Выйдя на пенсию, омичка Татьяна Третьякова освоила электролобзик и шлифовальную машину.
Татьяна Третьякова – профессиональный художник-график, чья жизнь всегда неразрывно была связана с творчеством. Пять лет назад, перед выходом на пенсию, она увлеклась деревом. Освоила электролобзик, шлифовальную машину и дремель – для мелких работ. Сейчас из-под ее рук выходят разделочные доски с витиеватыми узорами, настенные панно с крылатыми кошками, птицы и много других функциональных изделий.
– Татьяна Прокофьевна, как вы начали работать с деревом?
– Дочь выходила замуж, и я оформляла ее свадьбу в «деревянном» стиле. У меня папа был плотником, делал мебель, поэтому я выросла на стружках. Но в те годы мне это было совершенно неинтересно. Позже я окончила художественно-графический факультет ОмГПУ, преподавала, работала оформителем, была неплохим шрифтовиком, я владею каллиграфией, и если бы не свадьба дочери, то любовь к дереву у меня бы так и не проснулась. Сейчас жалею, что у папы многого не переняла.
– Говорят, что строгать и пилить – не женское дело?
– Когда видят мои работы, многие удивляются. Мужчины особенно. Кто-то поддерживает. Мои первые изделия, я сейчас понимаю, были несовершенны. У меня не хватало навыков и силы в руках. И мужчины мне подсказывали, как лучше сделать. Иногда было немножко неприятно, когда говорили: «У вас работа незаконченная, полуфабрикат». Но я это дело не бросила. Доводила до совершенства. Были еще варианты – подходили мужчины с какой-то ревностью в глазах. Посмотрят, все потрогают, вижу – недовольство на лице, почему женщина этим занимается?
В магазине я выбираю такие доски, которые опытный строитель не возьмет.
Это нельзя назвать браком. Там просто много сучков. А для меня это узоры.
– Где берете древесину?
– У себя на даче. В этом году много выпилила вишни, яблонь, облепихи. Какие-то чурочки мне перепадают от соседей – приносят кусочки липы. Большие доски хвойных пород покупаю в магазине или в интернете. С доставкой, правда, сложно – если заказывать цельное дерево. Бывало, привезут, а оно разбилось. В магазине я выбираю такие доски, которые опытный строитель не возьмет. Это нельзя назвать браком. Там просто много сучков. А для меня это узоры. Ведь чем хвойные породы интересны? Вот сосна – растет и растет, мы к ней привыкли, а если ее разрезать, то внутри будет целый мир.
– У вас часто в работах повторяются образы птиц и котов.
– Как-то меня спросили, какой мой ангел? Я ответила, что еще не определилась – ищу. И вдруг я поняла, что мой ангел – не человекоподобный. Тогда какой? Может, мой личный ангел – это кот? У меня было два кота, один даже спас мне жизнь, поэтому у меня очень трепетное отношение к кошкам. Так я выпустила серию работ с пушистыми ангелами. И я думаю, что буду ее продолжать.
А потом в работе с деревом я начала осваивать новое направление – делать статуэтки. Стала вытачивать фигурки птиц! Даже историю для них сочинила – новым владельцам всегда говорю: «Пусть эта птица сидит у вас над окном, как птица счастья! Вы можете и в коридоре ее подвесить. Птица – символ свободы и благополучия!» Люди часто, когда смотрят на какую-то вещь, хотят, чтобы она приносила радость.
– У каждого вашего изделия есть свое назначение?
– Сначала я делала деревянные панно и керамическую плитку для выставочных залов. А потом поняла, что людям больше нравятся функциональные вещи. Стала добавлять крючки, чтобы можно было повесить кухонные полотенца или ключи. Это и красиво, и практично. Есть у меня и картины, которые можно использовать как подставки для чая – они сделаны из дерева с керамической плиткой.
– Керамические плитки с узорами тоже сами делаете?
– Это оттиски трав. Беру кусок глины, раскатываю, раскладываю веточки клевера или тысячелистника, а затем прокатываю скалкой. Потом из этого кусочка я могу сделать либо тарелку, либо плитку. Сейчас я бы продолжила заниматься керамикой, но все не охватить. Надо приоритеты расставлять, да и сложность в том, что у меня нет печи. А дерево – живой материал. От него даже после обработки идет энергия. Такие работы греют душу.
