Сегодняшние события на Украине возвращают 86-летнюю жительницу Любинского района в ее опаленное войной детство.
У каждого человека есть детство. У кого-то оно счастливое, а у кого-то такое, что в него не хочется возвращаться. Как, например, у жительницы рабочего поселка Красный Яр Кристины Трофимовны Лисиной.
Она родилась на Украине в 1937 году, будучи совсем ребенком, дважды прощалась с жизнью и получила осколочное ранение. Сейчас омичка внимательно следит за всеми событиями, которые происходят в мире, и ей кажется, будто она видит страшные картины из своего детства. Даже спустя много лет воспоминания о прошлом по-прежнему вызывают у нее ком в горле и слезы.
Кровавая Волынь
Село Диковины – малая родина Кристины Трофимовны – находится в Гороховском районе Волынской области. Этот регион фашисты оккупировали сразу после нападения на Советский Союз. Зверствовали и банды украинских националистов. Период с февраля по июль 1943-го называют «Волынской кровавой резней». Сколько человек тогда погибло – точно неизвестно. По некоторым оценкам, от 30 до 60 тысяч мирных жителей.
Семье Кристины Трофимовны пришлось столкнуться и с фашистами, и с украинскими националистами.
– Я помню, как во время бомбежки мы не успели убежать в лес. У нас под домом был глубокий погреб. Спрятались там. Наша семья, еще соседи – бабушка с дочкой и пятью внуками, и батюшка с женой и двумя детьми прибежал. Церковь стояла через дорогу от дома. Немцы нас обнаружили. Вытащили из подвала, поставили перед пулеметом. Мать прощалась с нами, и соседи тоже, все думали, что сейчас нас расстреляют. У матери губа на губу не попадала, так тряслась. Мы перепуганы были, не зная как, – всхлипывая, рассказывает Кристина Трофимовна. Справившись с волнением, она продолжает:
– С нами дед Семен был. Он в Первую мировую воевал и попал к австро-венграм в плен. Там хорошо немецкий язык выучил. Фашист уже за курок взялся, а дед Семен начал с ним разговаривать. И тут снова бомбежка. Солдаты все – врассыпную, пулемет бросили, а мы – в лес бежать, прятаться.
Лисина Кристина Трофимовна с родителями (она слева).
В оккупации
До войны у семьи Кристины Трофимовны было крепкое хозяйство: добротный дом, на дворе – гуси, куры, корова и лошади. Всем этим свободно пользовались фашистские оккупанты.
– Корову в Германию угнали, живность зарезали – кормили своих. А мы голодали, – рассказывает Кристина Трофимовна.
В доме расположился штаб. Мать с маленькими детьми и деда под охраной заперли на летней кухне. Отца тогда с ними не было – он был на фронте.
– Деда Семена били. Я слышала, как он кричал немцам: «Я тебе в отцы гожусь, а ты меня бьешь!» И сестру мою старшую жестоко избили. А меня один раз привели в дом, и я вижу – на столе конфетки и пряники разложены. И так вкусно эти пряники пахли! У нас же крошки во рту не было. И меня спрашивают: «Партизаны были?» Я говорю: «Нет, никого не было». Меня как толкнули, я же маленькая была – из одной комнаты в другую пролетела, – вспоминает Кристина Трофимовна.
Есть у нее и ранение. Когда она его получила – точно не скажет: может, в шесть или семь лет. Помнит только, как вместе с дедом Мефодием бегала в огороде. Рядом упала бомба. Дедушку убило на месте. Кристине Трофимовне в щеку прилетел осколок. Об этих событиях ей напоминает шрам, оставшийся на всю жизнь.
От фашистской оккупации их освободили в 1944 году. На Волынь пришла Красная армия. Вернулся с фронта живым отец. На его глазах погиб двоюродный брат дедушки – подорвался на мине. Они вместе служили в обозе – подвозили солдатам снаряды…
Казалось бы, война кончилась, жить дальше да радоваться, но впереди семью снова ждала беда.
И снова на краю гибели
На территории, освобожденной от фашистов, по-прежнему лютовали украинские националисты. Банды прятались в лесах и продолжали нападать на мирных жителей. У Кристины Трофимовны был старший брат 1927 года рождения. Молодого парня бандеровцы угрозами заставляли вступить в банду. Но отец решил спрятать его в Советской армии – отправил служить. За это семью чуть было не убили.
– Бандеровцы узнали, что брата в армию отправили. Пришли ночью нас расстреливать. У нас там гористая местность. На холме стояла вахта – часовые. Ночью, при луне, они увидели, что в ограде тени, и сразу прибежали. Одного бандеровца в ограде убили. А второго ранили. Его забрали. А мы двери не открывали. Сидели, дрожали, – снова плачет Кристина Трофимовна.
Бандеровцы не успокоились – продолжали мстить. В армию полетели клеветнические письма о связи с предателями. Брата Кристины Трофимовны арестовали.
– Брат отсидел от звонка до звонка десять лет. И уже потом, когда вернулся, начал писать письма в разные инстанции, потому что его посадили без суда и следствия. Начал писать – за что его посадили? И пришел ответ: «За неимением улик вы оправданы». А мы столько пострадали, – рассказывает Кристина Трофимовна.
Под надзором
Семью сослали. Посадили в товарный вагон и под надзором часовых отправили в Кемеровскую область – в Прокопьевск. В пути выдавали паек – 200 граммов хлеба и воду. В пяти километрах от города находился лагерь заключенных. Семье выделили нары. Отмечались сначала раз в день, затем раз в неделю, раз в месяц, раз в год, но всегда были под надзором.
Кристине Трофимовне тогда было десять лет. Чтобы не умереть от голода, она пошла в няньки. Говорит, что и не мечтала когда-нибудь наесться вдоволь. Окончила семь классов вечерней школы, но на работу устроиться не могла – паспорта не было. С огромным трудом удалось попасть на овощную базу.
А в 18 лет она устроилась на военный завод. Когда его перевели в соседний город Киселевск, поселилась в общежитии. Там встретила будущего мужа. С ним переехала в Омскую область.
Сейчас Кристине Трофимовне 86 лет. Она каждый день следит за новостями.
– Я такая же пострадавшая… Детства не видела, и юности не видела. Единственное, что все время повторяю, слава богу, что сейчас я здесь, в России, а не там, – тяжело вздыхает Кристина Трофимовна.
Глядя на сегодняшние события, Кристине Трофимовне становится грустно и страшно, потому что она все это пережила и никогда не думала, что все это ей придется увидеть снова.
