Омский художник-монументалист Антон Козлов о возрождении редкого вида искусства и уникальных проектах.
Мастер работает в редкой на сегодняшний день технике мозаики и передает свои знания студентам Омского педагогического университета.
Кожа Венеры
– Антон Сергеевич, вы преподаете навыки работы в технике мозаики. Есть ли сейчас интерес к этой технике?
– Интерес, конечно же, должен появиться, так как русская цивилизация сейчас возрождается после советского периода. А мозаика, вообще, тесно связана с государством, со страной, с родиной. Для нас, русских, мозаика – это все. И этому мы учим в педагогическом университете. Учу студентов работать со смальтой, с камнем, инструментами: молотком для колки смальты и камня – он называется мартеллина. Кубики, из которых делается мозаика, с советских времен у нас называются модулями, а истинное итальянское название – это тессера, кожа Венеры. Все наполнено таким алхимически-магическим смыслом.
– А давно ли вы работаете с мозаикой?
– Я влюбился в это искусство на первом курсе института, с первого занятия у Виктора Федоровича Юрчука. Понял, что это мой материал.
Русская цивилизация сейчас возрождается после советского периода. А мозаика, вообще, тесно связана с государством, со страной, с родиной. Для нас, русских, мозаика – это все. И этому мы учим в педагогическом университете студентов.
Вечное искусство
– Можно ли ваши работы видеть в публичном пространстве? И над какими проектами работаете для частных клиентов?
– В основном, конечно, это бассейны, хаммамы, оформление частных интерьеров, ванны. Что касается публичных пространств, то я оформил старообрядческую церковь в центре Омска. Однажды просто из любопытства решил там побывать, и мне очень понравилось: душевно, пахнет деревом, золота очень мало. И тут подходит батюшка. Ставит табуреточки, чайничек, говорит: «Давай чаю попьем». «Кто ты такой?» – спрашивает. Я отвечаю: «Художник, занимаюсь мозаикой». А он говорит: «Пять лет мечтаю на фасаде сделать нам мозаичку». Я отвечаю: «Давай сделаем». И сделали. Результат им очень понравился.
Хочется делать больше. Теперь мечта – сделать мозаичные деревья в дендросаде имени Гензе. Проект уже отдали на разработку. Планируется, что деревья будут высотой 5–6 метров. Сейчас ищут меценатов и спонсоров, которые бы помогли воплотить эту идею в жизнь.
– В какие суммы оценивается создание мозаичного произведения?
– Все зависит от материала. Например, есть очень дорогие цвета смальты: пурпурный, фиолетовый, розовый. Цена за такую смальту может достигать 15 тысяч рублей за квадратный метр и выше. Также будет иметь значение, какой бренд используется. Например, питерская смальта дороже московской, потому что используются другие пигменты, другое стекло и поставщики другие.
– Можно ли сказать, что мозаичные произведения вечны?
– Можно. Самый древний найденный археологический памятник с мозаикой был создан около трех тысяч лет до нашей эры. Находка была сделана на территории Турции. Там изображен скелет, а также есть надпись: «Пей, гуляй».
Со скульптором Виталием Шевченко мы придумали памятник кассете. В России такого памятника нет. Можно назвать ее «Егор Летов. Гражданская оборона». А главное, чтобы этот памятник был интерактивным – чтобы люди могли прокрутить шестеренку кассеты, и играла бы песня «Все идет по плану».
Две иконы
– Расскажите о вашей серии так называемых светских икон, которые уже представлялись в Омске на различных выставках. Как возникла идея создать портреты Достоевского и Летова?
– Для меня это иконы. Достоевский – это литературная икона. Егор Летов для меня – музыкальная икона. Какие у него потрясающие тексты! Оказывается, в МГУ филологи изучают литературу рока. И один из главных литераторов, тексты которого исследуют студенты, – Егор Летов. Он использовал все на данный момент существующие стихотворные формы.
– Вы собирались разместить мозаичный портрет Летова на одном из зданий Омска. Эта идея имеет перспективу? Насколько нам известно, у вас даже есть свой меценат. Может быть, обратиться с этим предложением к мэру или руководителю региона?
– Нецелесообразно, наверное, размещать портрет на доме, в котором жил Егор Летов. Жильцы боятся, что будет скопление народа. Люди хотят отдыхать. Это спальный район, пусть отдыхают. Есть две другие точки сопряжения: это корпус педагогического университета на проспекте Мира. Там Егор Летов, по-моему, записывал музыкальный альбом «Мышеловка». А также ДК «Звездный». Там он единственный раз выступал. И теперь все уперлось в человеческое, в определенные факторы.
Сейчас у нас новая глобальная идея – со скульптором Виталием Шевченко мы придумали памятник кассете. В России такого памятника нет. Можно назвать ее «Егор Летов. Гражданская оборона». А главное, чтобы этот памятник был интерактивным – чтобы люди могли прокрутить шестеренку кассеты, и играла бы песня «Все идет по плану». Потому что, с кем ни говорю, эта песня колоссальная. И разместить этот памятник у ДК «Звездный». Сейчас мы делаем проект этого монумента.
Есть идеи, есть силы
– В советский период мозаичные произведения можно было встретить на каждом шагу. Как вы думаете, в перспективе будут ли мозаичные произведения все чаще встречаться на улицах нашего города?
– Мы в это очень верим. Сейчас вот выиграли грант на проведение первого Всероссийского фестиваля российской мозаики. Он пройдет в Омске 1 октября в «Птичьей гавани». Будет представлено 25 арт-объектов с мозаикой со всей России. На следующий год там же у нас состоится открытие арт-объектов – птиц из мозаики. Спасибо грантам за то, что мозаика оживает. И есть идеи, есть силы, чтобы мозаика жила и украшала наш город. Будем надеяться, что так и случится.
