Герой Советского Союза, полковник в отставке Николай Кравченко о том, что поддерживает его на жизненном пути.
В юности его кумирами были такие личности, как маршалы Жуков и Рокоссовский. А любимой книгой – документальное произведение Ивана Лисова «Десантники».
Десантное училище
– Николай Васильевич, как вы решили стать военным? Мечтали об этом с детства?
– Нет, когда мой папа умер на операционном столе от рака, я думал стать врачом, чтобы спасать людей. Мы с другом Сашей Ивановым даже сходили в мединститут на день открытых дверей. Но там во время показа фильма об операции на колене Саше стало плохо. Он, как ошпаренный, выскочил из зала и сказал, что расхотел быть доктором. Глядя на него, я тоже подумал, что, наверное, мне туда не надо. И вместо мединститута поехал поступать в Гвардейское высшее воздушно-десантное командное училище в Рязани. Был принят, о чем ни разу не пожалел. Учился с большим удовольствием.
– Но что-то же вас к этому шагу подтолкнуло?
– Знаете, будучи школьником, я много читал. И однажды прочел документальную книгу генерал-лейтенанта Советской армии Ивана Лисова «Десантники». Она меня сильно впечатлила! Я думал: «Десантники – вот настоящие люди». Потом вышли в прокат фильмы «Офицеры», «В зоне особого внимания». Много было других художественных и документальных фильмов о Великой Отечественной войне, о маршалах Победы Жукове и Рокоссовском. Эти люди тоже стали для меня примером. Хотелось быть на них похожим. Ну и в школе нам хорошо преподавали историю. Это сейчас все подается очень кратко. А мы события военных лет подробным образом изучали, хорошо знали всех героев, воевавших с фашистами. К тому же мой папа был участником Великой Отечественной войны, дедушка – участником Первой мировой. Все это, видимо, на меня повлияло.
Надо c детьми больше говорить на важные темы. Что такое патриотизм, любовь к Родине. Проводить уроки мужества. И не только силами нас, ветеранов, но и силами педагогов. И делать это, начиная с детского сада. Должна быть программа патриотического воспитания, чтобы от поколения к поколению передавались ценности, составляющие основу нашей жизни.
А о десантном училище в Рязани я узнал, когда в 16 лет пришел в военкомат для постановки на первоначальный воинский учет. О нем мне рассказал прапорщик, c которым я разговорился. Ну и, поняв, что в медики идти уже не хочу, подумал: «Почему бы не стать десантником?» Физическая подготовка у меня была. Я занимался легкой атлетикой, тяжелой атлетикой. И все нормативы при поступлении сдал на отлично.
Афганистан
– А не приходила в голову мысль, что может так случится – придется взять в руки оружие? Были к этому морально готовы?
– Ну, тогда мне просто хотелось попрыгать с парашютом, пострелять, интересна была техника. О том, что на долю нашего поколения тоже может выпасть война, даже не задумывался. Уже потом нас в училище научили всему: стрелять из разных видов вооружений, укладывать парашюты – не только людские, но и грузовые, готовить технику к десантированию. В этом плане мы были профессионалами.
– Когда вас направили в Афганистан, там уже шли боевые действия?
– Да. Полным ходом. И западные державы, США активно помогали афганским моджахедам. Не только оружием. На стороне бандформирований воевало много наемников, которых готовили в Пакистане. Мы поехали в Афганистан на замену нашим военнослужащим, находившимся в составе ограниченного контингента советских войск с 1979 года.
– В каких условиях приходилось воевать? Что было самым сложным?
– Помимо прочего, там были сложные погодные условия. Это сильные ветры, это перепады температур: от минусовых в ночное время до плюс 45–50 градусов днем. Поэтому при росте метр семьдесят четыре я там весил 55 килограммов. Сказывалиcь и физическая нагрузка, и постоянное напряжение (в любой момент можно было подорваться на мине), и большая ответственность за людей, за то, чтобы не было потерь.
Награды
– Из Афганистана вы вернулись с целым комплектом боевых наград. Первой наградой стал орден Красной Звезды, который вы получили за участие в операции по деблокированию Ургунской долины. Что это была за операция?
– Наш передовой отряд должен был прочистить путь для продвижения основных сил. Для этого требовалось пройти по единственной дороге через ущелье, которая была покрыта минными ловушками и со всех сторон простреливалась.
Нам удалось за неделю эту дорогу освободить, взять много оружия и боеприпасов, уничтожить все банды и поставить там свой гарнизон.
– А потом был бой, за который вы удостоены звания Героя Советского Союза. Тогда вы заменили погибшего командира батальона и приняли командование на себя, не допустив тем самым потери управляемости. Как было принято это решение? Вы были там старшим по званию?
– Да просто другого выхода не было. Или ты действуешь, или жди, когда тебя пристрелят. В этот день вертушки не летали – стояла плохая погода, и поддержать нас с воздуха было некому. А полковая артиллерия находилась далеко. Оставалось надеяться на себя, что мы и сделали. В результате вышли из засады с минимальными потерями. Вообще, у нас не было таких операций, где мы не победили противника. Все наши ребята были молодыми, крепкими, дерзкими и хорошо подготовленными. К тому же та сторона не имела такой мощной авиации и артиллерии, как у нас.
Разговор о главном
– После Афганистана вы окончили военную академию, педагогический университет. И много лет посвятили воспитанию молодежи. Были заместителем начальника, потом начальником Омского общевойскового училища, начальником Омского кадетского корпуса. И сейчас, насколько мне известно, на общественных началах работаете со школьниками, участвуете в организации мероприятий военно-патриотической направленности. Вы согласны с мнением, что за последнее время в патриотическом воспитании молодого поколения много было упущено?
– Главное упущение в том, что учебу отделили от воспитания. Учеба осталась, а воспитания никакого нет. Так быть не должно. Дети у нас хорошие. Мы бываем в школах и видим: они понимают, что сегодня происходит, у них есть родственники, участвующие в СВО. Но надо c ними больше говорить на важные темы. Что такое патриотизм, любовь к Родине. Проводить уроки мужества. И не только силами нас, ветеранов, но и силами педагогов. И делать это, начиная с детского сада. Должна быть программа патриотического воспитания.
У нас богатая литература и по Афганистану, и по Чечне. И надо, чтобы дети ее читали, чтобы от поколения к поколению передавались ценности, составляющие основу нашей жизни.
– Николай Васильевич, а каковы ваши личные жизненные ценности?
– Я люблю жизнь, люблю нашу Родину, люблю свою семью.
– Как поддерживаете себя, чтобы быть таким подтянутым?
– Посещаю бассейн, баню. Хожу пешком. Сюда пришел пешочком. И обратно тоже пойду прогуляться по снегу. Двигаться надо!
