Николай Перистов: «Хочется будить воображение омичей»

Николай Перистов: «Хочется будить воображение омичей»

Дата публикации 24 июля 2013 12:07 Автор Светлана Васильева Фото Евгений Кармаев

Омский косторез привык быть «белой вороной».
Омский косторез привык быть «белой вороной».

На предстоящем в августе фестивале «Дни российской культуры» в Каннах в экспозиции нашего региона будут представлены и работы руководителя косторезной студии «Архаика» Сибирского культурного центра, заслуженного мастера народных художественных промыслов Омской области Николая Перистова.

Поиск и приключения

– Николай Васильевич, вы работаете с костью мамонта. Почему? Разве не проще, как многие мастера, создавать резные изделия из костей менее экзотических животных?

– Можно, конечно, заниматься резьбой по кости коров. Но студия не случайно называется «Архаика» – мы ищем останки мамонтов. Для этого каждое лето отправляемся в экспедиции на север области. Чаще всего обнаруживаем кости на берегах Иртыша и малых речек. Землю не нужно копать, все лежит под ногами. Ищем на осыпавшихся берегах, отмелях, а то и в воде по колено. Если кость большая, нужно силу приложить, чтобы доставить в Омск. И поторопиться законсервировать, иначе пропадет.

– Комары, мошки… А какие еще испытания стали привычными в экспедициях?

– Комары – это маленькая неприятность. Гадюки под ногами – надо быть внимательным. А самое опасное, конечно, встреча с медведем.

– Было? 

– Было. Мишка в малиннике ягодами лакомился. Знаете, какая у человека реакция на такую встречу? Волосы на голове непроизвольно поднимаются. Главное, конечно, на медведицу не выйти. Однажды возвращались домой, решили сократить путь на сотню километров и поехали в дождь по грунтовой дороге. Увязли в кювете. Штурман говорит: «До села четыре километра». Двоих отправили за подмогой. И пришлось им пройти не четыре, а двадцать четыре километра. Ночью послышались шаги – лося, медведя? Спугнули выстрелами из охотничьего ружья в небо. Утром на пожарной машине подоспела помощь.

– Родители, отправляя в экспедицию подростков, знают о таком экстриме?

– Родители просят: «Возьмите моего!» И ребята рвутся в экспедиции не ради экзотики и экстрима. Тут поиск, исследовательский азарт.

Тигрольвы гуляли по Сибири

– В прошлом году все СМИ разместили сенсационное сообщение: вы нашли череп тигрольва. Как это случилось?

– Пять лет назад привез костный фрагмент. Исследовать его помогал капитан милиции и по совместительству аспирант ОмГПУ – палеонтолог Алексей Бондарев. В прошлом году он сам поехал на то же место и обнаружил вторую половину черепа ископаемого животного.

– Почему не раньше?

– В палеонтологии понятие «то же место» относительное. Реки меняют русла, происходят сдвиги земной коры, вода уносит доисторические останки. Пара километров в одном районе – нормальная площадка для поисков. Останки сложили как пазл, исследовали, и подтвердилось, что это череп одного льва. Кстати, пещерным его назвали не потому, что жил в пещере, а потому, что изображение льва находили на стенах пещер. От африканского он отличается большим размером и отсутствием гривы, его еще называют тигрольвом.

– Выходит, вы искали материал для работы, а оказалось, помогли ученым…

– И открыли в Сибирском культурном центре выставку «Река времени: этнография и палеонтология». Там есть чему удивиться. Представьте, мамонты в течение жизни шесть раз меняли зубы: одни выпадали – новые вырастали. А предшественниками мамонтов были мастодонты. 

– Вы разрешаете все экспонаты трогать руками – на что в музеях обычно табу.

– А почему бы и нет? Хочется разбудить воображение взрослых и детей.

Неповторимый стиль «Архаики»

– Николай Васильевич, где вы учились кострорезному искусству?

– На худграфе пединститута я познакомился с известным в Омске мастером Виктором Степановичем Синицких. Прежде он был художественным руководителем Тобольской косторезной фабрики. Искусство это осваивал с 13 лет. Виктор Степанович меня многому научил, и я ему благодарен.

– Но ваши работы совсем не напоминают тобольскую школу.

– Со временем я задумался: зачем нам повторять чужое? В Омске промысла прежде не было. Стоит ли копировать всем известные тобольские оленьи упряжки? Надо идти своим путем. Вот, например, считается: нужно работать только с бивнем мамонта, кость – не поделочная. А у меня есть композиции из трубчатой кости, первая – «Славянский цикл». Конечно, мы вырезаем из кости то, что составило славу этого вида прикладного искусства: иконы и четки, шахматы и гребни, бусы и кулоны. Но это не главное. Мы делаем рельефные изображения на костяных плоскостях, образные панно. В прошлом году выставили свои работы в Константиновском дворце Петербурга. Там были еще витрины мастеров из Тобольска, Якутии. Наши работы отличались, к ним был большой интерес искусствоведов и зрителей.

Хранитель древностей

– Кроме того, что косторез, вы еще и известный в Омске коллекционер старины. С чего все началось?

– Я называю себя не коллекционером, а собирателем. Интерес к старине был с детства. Однажды мама показала мне подсвечник и сказала, что, когда она родилась, свеча горела в этом подсвечнике. Это произвело на меня большое впечатление. Мне очень нравилось рассматривать боевые награды отца – два ордена Славы – и авиационный шлем и рацию, привезенные с фронта мамой. Она летала на ночных бомбардировщиках. А собирать старинные вещи стал, когда вернулся из армии. Мне 55 лет – давно это было…

– Вашим сверстникам не казалось это увлечение странным? В то время от старинных вещей, наоборот, массово избавлялись: дубовую мебель заменяли клееной полированной, вышивки и кружева объявили мещанством.

– Может, кому-то и казалось странным. Но я привык быть «белой вороной». Например, очень стремился служить в армии. И пошел сразу после школы. И диплом на худграфе я писал по церковному зодчеству области. А тогда, в советское время, мало кто интересовался храмами.

– Что же вы открыли-разыскали?

– Описал 27 церквей и мечетей, многие были почти утрачены. С двумя фотоаппаратами «Зенит» прошел пешком много километров.

– Это правда, что вас с юности называют по имени-отчеству?

– Правда. Наверное, потому что увлечения всегда были взрослые, серьезные.

– Наверное, кто-то считает вас чудаком?

– Ну и что? Все, что делаю, мне по душе. Разве не в этом счастье?


Справка
Николай Васильевич Перистов – косторез, член творческого Союза художников России. Лауреат премии администрации Омской области за заслуги в развитии культуры и искусства. Студии «Архаика», которой он руководит 15 лет, присвоено звание лауреата премии губернатора Омской области «За заслуги в развитии народного творчества» в номинации «Лучший творческий коллектив» (2008 год).
Работы Николая Перистова хранятся в музеях Омска, в государственных и частных коллекциях в России и за рубежом.
Материал о мастере вошел в энциклопедию «Лучшие люди России».

©
Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской области Праймериз как точная наука

Между настоящими выборами и предварительным голосованием ...
Ромахин Алексей

Ромахин Алексейпрезидент общественной организации Фонд развития Омской области "Город будущего"9 мая — особенный для омской промышленности день

О том, что в годы Великой Отечественной войны Омск стал одним ...
Хомутских Артем

Хомутских Артемспортивный журналистКак сборная Франции по фехтованию Сибирь постигала

Теперь мастера клинка из Франции представляют, какой ценой ...

Все авторы блогов

Loading...