Омичу Сергею Ашхотову в сентябре исполняется сорок лет. Значительный отрезок своей жизни он посвятил воинской службе, в том числе на передовой СВО. А в канун юбилея решил окончательно связать свою дальнейшую судьбу с армией.
Биография у Сергея самая обыкновенная. Родился в Калачинском районе, окончил школу, затем техникум. Как большинство мальчишек, любил играть в футбол. Пришло время – отслужил срочную в войсках ПВО.
В начале двухтысячных найти на гражданке работу по душе не получилось, поэтому вернулся на службу, но уже по контракту.
«Хочу мобилизоваться!»
– Как раз формировалась новая бригада – горная. Для нашего обучения военное ведомство привлекло грамотных специалистов. Готовили качественно, включая боевую подготовку, – вспоминает омич.
В ПВО он дослужился до командира зенитно-пулеметного отделения, поэтому предложили стать пулеметчиком и на новом месте службы.
Через три года, когда срок контракта закончился, Сергей вновь стал гражданским человеком. Работал много, со временем появилась семья. Вместе с супругой Анастасией сейчас воспитывают ее дочку от первого брака – Марину, которой пятнадцать, и младшую Алису, ей восемь.
– За тем, как вся эта бандеровщина на Украине зарождалась и разрасталась, я внимательно следил, – признается собеседник. – Мой прадед из Нальчика, он воевал в Великую Отечественную на Северо-Кавказском направлении. Столько людей погибло в ту войну, а оказалось, что нацистскую гадину мы тогда не додавили.
После начала СВО кабардинская кровь не позволила нашему герою оставаться дома. В свои тридцать восемь пошел в военкомат, хотел вновь заключить контракт с Министерством обороны. Но там отказали, сказали, староват. А когда началась мобилизация, Сергей каждый день в Богословку звонил, где был прописан, думал, повестка туда придет.
– Ее все не было, но я узнал, что кому-то повестка пришла, а он идти на СВО не хочет. Расспросил, кто повестками занимается, позвонил, попросил нас поменять. Женщина растерялась, мобилизация только начиналась, мало кто знал, что можно, что нельзя, – говорит Сергей.
В итоге свою повестку в военкомате он все же вырвал. Дальше все быстро произошло. Через день оказался в Светлом, а еще через день его вместе с такими же мобилизованными выстроили на плацу. Омичам объявили, что утром их отправляют на три месяца в Новороссийск – учиться.
– Когда борт приземлился, нас погрузили в КамАЗы и куда-то повезли, – рассказывает Сергей. – Я в кузове сбоку сидел, смотрю – дорога совсем плохая и реклама на обочине на украинском языке. Когда остановились, спросил у водителя: «А море далеко?» «Нет, – отвечает, – вон за тем леском. Днепр называется. А за ним город Херсон, сейчас туда переправляться будем».
«Так, так, так», – говорит пулемет
Впрочем, своей подготовки мобилизованные омичи не избежали. Для Сергея она шла постоянно, ведь он попал в отряд десантников, который выполнял особые задания. Эвакуировать раненых, взять опорный пункт противника малыми силами, провести разведку боем – вот лишь некоторые задачи из длинного списка тех, которые приходилось решать за прошедшие полтора года.
– В нашем отряде было человек двадцать пять, – уточняет Ашхотов. – Просыпались утром и начинали выдумывать себе различные задачи. Отрабатывали варианты действий при их решении, потому что в боевой обстановке может что угодно случиться.
Через некоторое время спецотряд в составе всей десантно-штурмовой дивизии перебросили в Запорожье. А перед самой отправкой омич вновь подписал контракт с Министерством обороны России, потому что окончательно понял, служба – это его.
На груди у героя красуются орден Мужества и медаль Суворова – уважаемые среди ветеранов награды.
– В районе Работино – Вербовое началось самое пекло, – продолжает Сергей. – Меня там осколком от танкового снаряда в шею ранило.
За мужество, проявленное в ходе боев на данном направлении, омича наградили орденом.
Вот как это было. Ему и еще двум бойцам поставили задачу защищать лесополосу.
– Вокруг все было выжжено, я нашел чуть сбоку небольшую яму, расположил в ней свой пулемет. Ребята у самой полосы залегли, следили, не пойдет ли по ней кто, – рассказывает Сергей. – Ночью почти ничего не видно, поэтому я ориентировался больше на товарищей. Как только они начинали отрабатывать из автоматов, заряжал сотку патронов по лесополосе. Попадал в цель или нет, определить было невозможно, темно. Таким образом мы с ребятами отбили пять или шесть накатов. Патронов у меня было в запасе много, я даже ленту в короб пулемета не заряжал, просто выкладывал ее и косил бандеровцев. Переживал лишь о том, чтобы дико нагревшийся ствол не подвел, запасного у меня с собой не было. Позже, когда по врагу отработала наша артиллерия и подошло подкрепление, выяснилось – наступали неонацисты группами. Накатывали человек по восемь, а когда мы отсекали их своим огнем, пытались отойти назад. Затем снова атаковали, очень уж нужна им была эта лесополоса.
В ней они и остались, лежали группами, как наступали, все с пулевыми ранениями.
За тем, как вся эта бандеровщина на Украине зарождалась и разрасталась, я внимательно следил. Мой прадед из Нальчика, он воевал в Великую Отечественную на Северо-Кавказском направлении. Столько людей погибло в ту войну, а оказалось, что нацистскую гадину мы тогда не додавили.
Учить настоящим образом
Младшей дочери Алисе долго не говорили, что папа на СВО. Но она сама узнала, случайно увидела в телефоне у матери видео, где Сергей с пулеметом. Закатила, конечно, истерику.
– Мой бывший командир сейчас в Рязани, в учебном центре служит. Зовет и меня инструктором, опыт-то большой. Написал рапорт, перевод оформили, – говорит Сергей. – Семью пока перевозить не будем, садик и школа очень далеко от базы, на которой служить буду. Хочу не только других учить, но и сам учиться дальше. Это поможет быстрее офицерское звание получить.
Пока Сергей будет осваиваться на новом месте, его семью здесь, в Омске, взяло под опеку региональное отделение фонда «Защитники Отечества».
– Готовить новобранцев необходимо, – уверен Ашхотов, – мы все люди, и все мы разные. Дело в том, что некоторые идут на СВО главным образом из-за хорошего оклада, а не от большого желания Родину защищать. Начинаешь им что-то объяснять, на раздражение натыкаешься: «Я в Чечне был, в других горячих точках, чего ты меня учишь?!» Пытаешься разъяснить таким, что война сегодня совсем другая. Средства поражения изменились, а значит, и вести себя на поле боя надо совсем по-другому. Вот этим и хочу заниматься, учить ребят беречь себя и своих товарищей на поле боя.
