В Омске группа энтузиастов уже три года готовит морских юнг и настоящих патриотов.
В детстве Александр Глотов, как и большинство мальчишек тех лет, мечтал о небе, хотел стать военным летчиком. Три раза парень пытался поступить в летное училище, но каждый раз не мог пройти медкомиссию. Последняя попытка случилась, когда он уже проходил срочную службу в рядах Советской армии.
Старшие товарищи посоветовали начать с получения статуса кадрового военного. Александр так и поступил, окончил школу прапорщиков и начал нелегкую службу техника танковой роты.
Путь к мечте
– Есть такая шутка: «Танкистом становятся по трем причинам – по дурости, по незнанию и по призванию», – улыбается ветеран, – какая из них моя, уже не важно. Главное, если ты стал военным, служи честно. В 1986 году пришлось отправиться в длительную, как тогда говорили, командировку в Афганистан. А чуть позже, когда смирился с мыслью, что летчиком уже не стану, поступил в танковое училище, окончил его и начал служить офицером.
Кстати, уже тогда душа Александра Глотова начала подавать сигналы о своем морском предназначении.
– Очень хотели с товарищем попасть в морскую пехоту, – вспоминает Александр. – Даже написали письмо командиру одной из частей на Дальнем Востоке с просьбой принять на службу.
Однако судьба военного человека от одного его желания мало зависит. Сначала последовала служба в Забайкалье, затем в Омске. А в конце девяностых, когда по известным причинам армию накрыли масштабные сокращения, Александр Глотов и вовсе оказался на гражданке.
Выслуга лет у офицера была, однако уходить в тридцать с небольшим лет на пенсию он категорически отказался. Речное хозяйство в регионе к тому времени еще как-то сводило концы с концами, поэтому Александр окончил школу командного состава флота при Судоремонтно-судостроительном заводе и получил диплом штурмана-механика.
– Дизель – он везде дизель, хоть на суше, хоть на воде. Правда, ходить в навигации пришлось недолго – предложили поработать в речном училище, – продолжает рассказ Глотов. – Туда набирали бывших офицеров, чтобы дисциплину у курсантов поднять. У меня на курсе 370 человек было, в 2002 году мы впервые вывели ребят на парад Победы. У них такие впечатления были – не описать. Однако через пару лет Омское речное училище начали объединять с институтом, я опять попал под сокращение.
Морское дело
В 2020 году бывшие курсанты, подопечные Александра Глотова, предложили ему создать и возглавить региональное отделение Всероссийского общества спасения на водах. В нашей области его тогда не было. Через несколько месяцев организация, которая сегодня готовит спасателей для омских водоемов, была создана. Нерешенной оставалась лишь проблема с помещением. Глотов обратился в ДОСААФ, а там в обмен на кабинет предложили возродить в регионе Морскую школу.
Так и появилась на Левом берегу Иртыша, к радости грезящих морем мальчишек и девчонок, школа юнг имени Владимира Рыпакова.
– История жизни Владимира Васильевича уникальна, – поясняет руководитель. – Он сам окончил школу юнг на Соловках, где, кстати, учился вместе с Валентином Пикулем. На фронт попал в 14 лет юнгой Северного флота, сопровождал конвои ленд-лиза. А закончил войну на Тихоокеанском флоте, где участвовал в разгроме милитаристской Японии.
В идеале мы вооружаем наших ребят и девчат первичными знаниями в морском деле. Это в будущем поможет им при поступлении в морские военные училища. С этой целью укрепляем связи с профильными учебными заведениями в Санкт-Петербурге, Севастополе, Калининграде и Владивостоке. Там наших ребят уже знают, с удовольствием примут их, когда придет время.
Рыпаков до конца жизни мечтал о том, что школа юнг, которая, кстати, в годы войны находилась в Таре, потому что детей моряков-ленинградцев во время блокады эвакуировали именно туда, возродится в Омске.
Помогают Глотову сегодня воспитывать и обучать морскому делу будущих флотоводцев фактически на общественных началах такие же энтузиасты, как и он, – преподаватель Института водного транспорта Евгений Егоров и механик Александр Глебов.
– В идеале мы вооружаем наших ребят и девчат первичными знаниями в морском деле, – продолжает рассказчик. – Это в будущем поможет им при поступлении в морские военные училища. С этой целью укрепляем связи с профильными учебными заведениями в Санкт-Петербурге, Севастополе, Калининграде и Владивостоке. Там наших ребят уже знают, с удовольствием примут их, когда придет время.
На первый курс в школу юнг набирают учащихся четвертых и пятых классов, на второй уже ребят постарше – шестиклассников. Седьмой и восьмой классы – это третий курс. Ну а великовозрастные воспитанники уже готовятся к поступлению, с ними все индивидуально.
– Ребята у нас изучают шлюпочное дело, овладевают навыками радиотелеграфистов, проходят курс огневой подготовки, судомоделирования, занимаются спортом. Летом в ходе шлюпочной практики два месяца мы проводим на воде. В этот раз даже в однодневный поход ходили вверх по Иртышу. Друзья-речники помогли – протащили против течения всю нашу незамысловатую флотилию, а вниз мы уж сами шли, – улыбается Глотов.
Смысл жизни
Помощь речников и поддержка ДОСААФ часто выручают, ведь финансирование содержания школы юнг оставляет желать лучшего. Все, что организация зарабатывает на подготовке матросов-спасателей, идет на поддержание материальной базы. Даже весла для своих шлюпок ребята делают сами, выпиливают их из целых досок.
– Сегодня у нас одиннадцать судов, – объясняет руководитель. – Это лодки, которые флот списывает, мы с детьми их здесь ремонтируем, доводим до ума. Не хватает весел, спасательных жилетов, много чего еще. Но мы не жалуемся – это не в традициях русских моряков. Главное, что ребята в ходе занятий многому учатся, да и характер закаляют. В будущей жизни, как бы она ни сложилась, это обязательно пригодится. Все читается в глазах ребенка, когда он, к примеру, научился шуруповертом или дрелью пользоваться. Когда такой взгляд ловишь, только одна мысль возникает: «Ты свою жизнь не зря прожил».
Воспитанников школы юнг имени Владимира Рыпакова сегодня можно увидеть на всех массовых военно-патриотических мероприятиях, посвященных Великой Победе. По морской форме, купленной родителями, их легко узнать. Помимо этого, омские юнги – частые гости загородных лагерей отдыха. Там они учат своих сверстников вязать морские узлы, пользоваться радиотелеграфом, рассказывают о славных победах российского и советского флота.
– Через несколько лет буду поступать в военно-морской институт в Санкт-Петербурге, – делится планами семиклассник Матвей Агафонов. – В Харино живу, ездить далеко, поэтому я в форме и в школу хожу. У нас к морскому воротничку уважительно относятся. Учителя говорят, что я серьезнее стал, когда в школу юнг поступил. Я и сам это чувствую. У нас одному парню в городской школе запрещают в форме приходить. Классная руководительница говорит, что военных не любит. Я бы ни за что снимать не стал – в этой форме наши предки фашистов били. И сейчас морская пехота их на Украине громит. Я так считаю, не любишь военную форму – твое дело, но уважать ее ты должна. Люди в ней над тобой мирное небо защищают!
