У сорокалетнего омича Ивана Светличного удивительная военная судьба – запредельно тяжелая и героическая.
Как вспоминает жена Ивана, Анна, в тот октябрьский день 2022-го она была сама не своя. Нервничала, все валилось из рук. Причина беспокойства раскрылась ближе к вечеру – из военкомата мужу принесли повестку о мобилизации.
На войне легко не бывает
Срочная служба омича в свое время проходила на Северном Кавказе, поэтому пороха понюхать ему пришлось. Помогла восстановлению боевых навыков и серьезная подготовка в Светлом. После ее завершения, ровно через месяц, часть омичей отправили служить в 98-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию.
– В ходе СВО нашему тактическому подразделению приходится выполнять боевые задания на самых ответственных участках, – поясняет ветеран. – Я служил старшим наводчиком самоходного артиллерийского орудия 2С9 «Нона».
Здесь следует пояснить, артиллеристы между собой называют эту установку снайперской винтовкой. И не зря. Она может с уникальной точностью поражать противника как штатными снарядами, так и минами калибра 120 мм. Проще говоря, орудие и миномет в одном флаконе. Проблема лишь в том, что «флакон» этот, а точнее – корпус орудия, выполнен из легкого сплава. Серьезной брони на «Ноне» фактически нет, она же разрабатывалась в свое время специально для десантирования с воздуха. А там каждый килограмм на счету.
Маневренная, скорострельная, умеющая плавать пушка на гусеницах идеальна для поддержки атакующей пехоты. Только подбираться для боевой работы к переднему краю ей приходится очень близко. Туда, где по правилам нынешней войны в воздухе тесно от несущих смерть дронов.
– Иногда приходилось метров за шестьсот от центра боя работать, – вспоминает Иван, – фактически за спиной у ребят.
Атака дрона
В ходе одного из таких яростных боев в июле 2023 года наш земляк получил первое серьезное ранение.
– Дрон с кумулятивным зарядом ударил в то место, где расположена боеукладка, – восстанавливает ход событий Светличный. – От взрыва порох вспыхнул мгновенно.
У Ивана было обожжено почти 40 процентов тела. У его товарища – тоже омича, заряжающего Азамата Смагулова, ранение было еще серьезнее.
– Меня эвакуировали в Санкт-Петербург, – продолжает Иван. – В госпитале ввели в искусственную кому. Лежу, весь перебинтованный, и вижу сон. Снится мне Азамат. При этом я на одной скале нахожусь, а он на другой. И повсюду почему-то стеклянные витрины. Кричу своему товарищу: «Азамат, тебе срочно в Москву надо, в госпиталь». Он как будто не слышит, но вдруг его покойники начинают окружать. А сам он спокойно сидит за столом, улыбается и машет мне рукой. И повторяет при этом: «Не волнуйся, Ваня, здесь нормально!»
Азамата Смагулова, действительно, отправили в Москву, в Главный военный госпиталь имени Бурденко, хотя Иван об этом знать не мог. Врачи сделали все, чтобы спасти омича, но, к сожалению, через неделю Азамата не стало.
А Иван после лечения и отпуска, проведенного дома, в Береговом, с женой и двумя дочерьми, Ксенией и Аленой, вернулся в часть, продолжил свою боевую работу.
Спасти товарища!
Следует пояснить, когда война с применением большого количества коптеров перешла в активную фазу, враг начал применять довольно подлую тактику. Неонацисты прекрасно знают, что русские своих в беде не бросают, поэтому, когда в ходе боя появлялся раненый, к «трехсотому» бросалось на помощь сразу несколько человек. И тут в небе появлялся второй дрон, который бил в то же место.
Командование приняло решение: помогать товарищу будет один, самый подготовленный в фельдшерском деле. А где его взять, если штатный медик в критический момент может находиться за несколько километров – с другой группой наступающих. По этой причине в каждом подразделении сейчас готовят специалиста, способного грамотно оказать первую помощь. В число медбратьев попал и Светличный. Его обучили перевязывать, находить нужные вены, правильно ставить капельницы. В общем, всему, что поможет в первые минуты спасти жизнь товарища, пока за ним не прибудет эвакуация. Иван и спасал, причем не одну жизнь. Более того, по понедельникам уже он собирал ребят и обучал всему, что знал сам. Однополчане слушали внимательно, такие знания и навыки на войне лишними никогда не бывают.
Два ранения
В конце лета 2024 года, за две недели до самого тяжелого ранения, Иван пострадал от вражеских дронов еще раз. Они были заряжены кассетными боеприпасами. При этом поражающие элементы боеприпаса, шарики, попали и в командира. Его Иван перевязал первым, потом уж себя. Долго валяться в медсанбате омич не захотел, ведь грамотный наводчик – это сильное звено батареи, он много значит для успешного выполнения боевых задач.
15 сентября подразделение Светличного сменялось, отходило на короткий отдых. Иван уже собрался, ждал отправления возле КамАЗа. В это время прилетел вражеский дрон. Он нацелился на машину, в кузове которой находилось полтора десятка термобарических снарядов. Действие у них такое же, как и у тех, что применяет наводящий ужас на любого врага омский «Солнцепек». Только калибр поменьше. Омич понял, если ударят в них, взрыв получится чудовищной силы. При этом пострадают десятки сослуживцев. Наводчик стал глушить дрон специальным устройством. И ему это удалось сделать, в КамАЗ дрон не попал, но по инерции угодил в Ивана, в правую часть лица.
Рана была ужасная, разлетелись обе челюсти, позже бойцы признались, что через рану даже мозг был виден. От кровоизлияния случился инсульт, у бойца парализовало правую половину тела. Спасли уроки по медицине, которые омич проводил с ребятами. Остановили кровь и перевязали Ивана сослуживцы грамотно.
Для эвакуации вызвали «Газель» с медперсоналом, погрузили в нее потерявшего сознание Ивана, однако в пути за машиной увязался дрон. Что произошло дальше, всезнающая медицинская наука вряд ли сможет объяснить. Наполовину парализованный боец с развороченной головой, без сознания, заслышав жужжание коптера, резко встал и заслонил собой проем перед распахнувшейся дверью «Газели». Порция летающей смерти ударила воину в грудь. Бронежилета на нем уже не было, поэтому осколки изрешетили все тело, поразив легкие, кишечник, руки и ноги. Своим поступком Светличный спас врача, фельдшера и всех, кто находился в это время в машине. А сам второй раз впал в кому.
Жизнь продолжается
– В коме муж буянил, срывал с себя трубки, которыми был опутан с ног до головы, – продолжает Анна, – все рвался кого-то спасать. Его даже к кровати привязывать приходилось.
Когда Иван пришел в себя, то ходить он не мог. Помогла медсестра, которая за ним ухаживала. Буквально заставляла через боль выполнять упражнения, назначенные врачом.
– Чуть не била меня, – улыбается герой. – Кричала: «Ты сибиряк или тряпка? Ты, боец, обязательно у меня пойдешь».
И он, действительно, пошел. Это случилось в декабре прошлого года. Сначала на ходунках, потом уже самостоятельно.
Встречу с Иваном и Анной организовали в фонде «Защитники Отечества», где он недавно познакомился с министром образования Омской области. Еще до СВО Иван учился в ОмГТУ, но пришлось уйти, денег на очередной семестр не хватило. Сорокалетнего ветерана пообещали в следующем году восстановить в вузе на бюджет.
– Заболтались мы с вами, – вдруг спохватывается Светличный, – мне же на работу надо. Я после госпиталя в свою организацию вернулся, откуда по мобилизации уходил. Меня ждали, сейчас помогают во всем. Да и к учебе надо готовиться, руку разрабатывать, пишу-то пока плохо. Начал с детских раскрасок, обводил их ручкой. Сейчас уже лучше. Обязательно восстановлю все навыки, мне иначе нельзя. Я же из бойцовой породы.
