Как сложились судьбы детей, эвакуированных в Омск из блокадного города.
Ежегодно 27 января в центре Омска, у памятника детям блокадного Ленинграда, собираются омичи. И это не случайно. Ведь именно в этот день в 1944 году завершилась блокада Ленинграда, которая длилась 872 дня и унесла более миллиона человеческих жизней, в том числе и детей. Между тем многих тогда удалось спасти, вывезти под бомбежками из окруженного Ленинграда и эвакуировать в другие города. Среди них были Юрий Николаевич Ильин, Зоя Ивановна Ефимова и Нина Петровна Буторина, которые рассказали нам свои истории.
В 500 метрах от фронта
Когда началась блокада, Юрию Николаевичу Ильину было всего четыре года. Вместе с семьей он проживал в городе Колпино под Ленинградом в частном доме. Его отец трудился на Ижорском заводе – предприятии оборонного значения, на котором выпускали корпуса танков. Мама была домохозяйкой: занималась детьми, огородом, вела домашнее хозяйство.
Ветеран хорошо помнит события того времени.
– Отец был на казарменном положении. Восемь часов он трудился на заводе, а потом отправлялся на восемь часов для охраны объектов противовоздушной обороны. Домой он практически не приходил. Сестра вместе с бабушкой и дедушкой оказалась в оккупации. Фашисты уничтожили дедушкин хутор, чтобы он не смог помогать партизанам. Вырыв землянку, мои близкие прятались в ней, – вспоминает Юрий Ильин. – Несмотря на свой огород, мы, как и все ленинградцы, голодали. Всем, что на нем выращивали, делились с татарской семьей, с которой дружили родители. Однажды мы с мамой были на огороде, когда начался обстрел. Мама положила меня между грядками и прикрыла собой. Хотя обстрелы были привычным делом. Линия фронта проходила в 500 метрах от нашего дома, но тогда я этого не знал. Мало тогда я знал и о смерти. Понял, что такое смерть, когда одна из девочек повела меня в общежитие смотреть на мертвого бойца. Гроб стоял на стульях в совершенно пустой комнате, а в нем лежал мужчина в военной форме. Мы смотрели на него, и нам так хотелось, чтобы он открыл глаза. Когда до нас дошел смысл происходящего, охватил ужас, и мы побежали на улицу.
Позже маленькому Юре не раз доведется видеть убитых и раненых солдат, вражеские танки, идущие прямо на него, умерших от голода людей. А в сентябре 1942 года его отправят в эвакуацию.
В детском доме в Новосибирской области мальчик проведет около трех лет. А летом 1945 года его отправят обратно в Ленинград, к отцу. К тому времени его мамы не станет, их дом разберут на блиндажи, а вещи раздадут соседям. Но в 1983 году он вслед за старшей сестрой приедет в Омск. И город на Иртыше станет для него родным.
Уроки в бомбоубежище
Узнать ужасы войны довелось и Зое Ивановне Ефимовой.
– В Ленинград мои родители переехали в 1935 году, – рассказывает пенсионерка. – Работали в военно-механическом институте. В этом же доме мы и жили. В войну пережили страшный голод и сумасшедшие бомбежки. Все это я не забуду никогда. От голода умер мой маленький брат и бабушка. Перед войной я Окончила три класса, но 1 сентября школы не открылись. С ноября и до нового года мы учились в бомбоубежище. Потом школы опять не работали и открылись только в мае 1942 года.
Она вспоминает, как осенью 1941 года они с сестрой сидели у печки и читали книгу, когда вдруг погас свет. Зажегся он только весной. Все это время в их квартире не было тепла, воды, не работала канализация. Грелись, лежа под одеялами.
– С чайником я ходила за кипятком в столовую, которая была в нашем доме. И однажды запнулась, упала и вылила кипяток на себя. Пролежала всю зиму. Обычно, если кто-то ложился, потом уже не вставал. Но я выжила. Весной стала вставать и учиться ходить вокруг стола, – вспоминает Зоя Ивановна. – В эвакуацию мы уехали в августе 1942 года. Чтобы уехать, мама заставила отца уволиться и перейти на предприятие, которое готовили к эвакуации в Барнаул. Вскоре папу забрали на фронт, он попал в 30-ю лыжную бригаду, которая формировалась в Омской области, и погиб.
После войны семья жила у родственников в Москве. Учиться на геолога девушка уехала в Ленинград. В геологической экспедиции познакомилась с будущим мужем, который был родом из Казахстана. Так она оказалась в Уральске, где прожила довольно долго. А во время перестройки, когда начался парад суверенитетов, вместе с мужем переехала в Омск, где уже жила их дочь, где было спокойно, люди разных национальностей жили дружно и не делились на своих и чужих.
«Мамка, вставай!»
Когда началась война, Нине Петровне Буториной не было и двух лет. Она родилась в октябре 1939 года. И была первым и единственным ребенком в молодой семье. Ее отец работал на предприятии кораблестроения. А мама сидела дома с маленькой дочкой.
– Папу на фронт не взяли, у него была бронь, он нужен был как специалист на предприятии. А мама не хотела ехать в эвакуацию без него, боялась его оставить, потому что он был сильно истощен. Первым в мае 1942 года умер от голода папа, случилось это прямо на заводе. За ним через несколько дней ушла мама. После войны мои ленинградские соседи по коммунальной квартире рассказывали, что, когда умерла мама, я, маленькая, сидела рядом с ней и кричала: «Мамка, вставай, Нинка есть хочет!» Увидев это, они вызвали комиссию, которая отвезла меня в Дом малютки в Ленинграде, – рассказывает Нина Петровна.
В итоге девочку отправили в эвакуацию. Так она оказалась в Доме малютки в селе Протопоповка Любинского района Омской области, где прожила до первого класса. А потом попала в детский дом.
Здесь Нина узнала, что ее разыскивает мамин брат – Иван. Вместе с воспитательницей они написали ему письмо. Иван Дмитриевич долго поддерживал девочку. Писал письма, слал сушки, конфеты, теплые вещи и даже деньги. Но к себе Нину не забирал.
– Так я осталась в Омской области. Но с дядей связь мы не теряли до самой его смерти, – говорит пенсионерка. – Ребят из детдома часто забирали себе сельские жители. Хотели забрать и меня. Только воспитатели не отдали. Боялись, вдруг тяжело мне там будет. В детском доме мне нравилось. Но потом его расформировали, и я попала в село Новоягодное Знаменского района. Места там хорошие, корпуса были новые. Я окончила седьмой класс и в 14 лет уехала в Омск учиться на токаря, поступила в вечернюю школу.
Сегодня Нина Петровна давно уже на пенсии. Ушла на заслуженный отдых с должности инженера-технолога. Всю свою жизнь она прожила в Омске, в городе, который приютил ее совсем маленьким ребенком.
