Одна из пушкинских «Повестей Белкина» стала основой премьерного спектакля «Пятого тетра», но рассказана она необычно.
Главное действующее лицо этой «Барышни-крестьянки» (12+) – хор, как в античном театре. Конечно, крепостные господ Муромских и Берестовых – не в древнегреческих тогах, а во вполне крестьянской одежде, правда, из нежно-зеленоватой ткани в розовый цветочек. В таких нарядах они практически сливаются с окружающей природой, ведь в этом райском саду даже берёзки – в таких же розовых цветочках. Идиллическая картина!
Хор здесь – и рассказчик, и потешник, и исполнитель господских причуд. Внутри этого «творческого колектива» рождаются свои отношения, появляются симпатии. Даже принадлежность к враждующим господам не мешает «людям хора» ни вместе праздновать, ни помогать молодым господам поддерживать романтическую связь. При этом каждый участник хора делится со зрителем своими эмоциями, даже если ему надо лишь произнести фрагмент пушкинского текста, описывая происходящее. Каждый произносит эти фразы не только с характерным крестьянским «оканьем», но и со своим чувством, как бы настоявшемся на народной мудрости. Не случайно ведь на любой поворот сюжета «люди хора» реагируют ещё и целой россыпью пословиц и поговорок. Уверена, любой зритель здесь пополнит свой запас народной мудрости! При этом, по желанию хозяев, каждый из хористов готов превратиться хоть в лошадь, хоть в повозку, хоть в охотничью собаку, хоть в скамейку, ведь крепостное право ещё не отменили.
Эта подчёркнутая театральность, доведённая до лубочной простоты, делает излишним психологический реализм, поэтому и остальные герои здесь – заданные типажи. Противостояние Муромского и Берестова подчёркнуто даже внешней несхожестью мощного Бориса Косицына и сухопарого Сергея Худобенко. И всё же, даже когда они в самом начале сами рассказывают о том, что «англоман» и «настоящий русский барин» могут быть только врагами, зритель уже видит, как много в них общего: они просто хорошие люди, любящие родители и по широте души не уступают друг другу. Да и внешне они вписаны в эту идиллию: у Муромского жилет того же цветочно-розового цвета, а главный цвет Берестова – зелёный, как и в лесной округе.
Молодые господа, Лиза Муромская (Анна Сотникова) и Алексей Берестов (Сергей Троицкий), это не желающие взрослеть капризные дети. Лиза как привыкла совсем маленькой девочкой (в этом образе – чудная Варя Никифорова) играть «в лошадки» на спине у крепостного мужика, так и продолжает «ездить» на своих крепостных. А они готовы на всё, чтобы длилась её беззаботность. Служанка Настя (Вероника Крымских-Куражева) придумывает, как барышне познакомиться с Алексеем, превратившись в крестьянку Акулину; девушки берутся за шитьё наряда, а мужики плетут для Лизы лапоточки из свежесрубленной липы.
В своём «крестьянском» наряде с огромным кокошником из розовых райских цветов Лиза-Акулина, пожалуй, даже больше отличается от крепостных девушек, чем в «барском» платье. Но где уж это понять вчерашнему студенту Алексею, мечтающему податься в гусары! Впрочем, его гусарство – тоже игрушечное: и треуголка, и мундир розового цвета местного рая. Правда, однажды этот мальчишка всё же вступит в свою игру: он остановит «человека хора», который должен был пояснить происходящее, и сам сообщит, что ослушается папеньку, потому что не менее упрям, чем его родитель. И действительно: он пишет своей Акулине, что готов соединить свою судьбу с ней, а жить они будут «своим трудом». Поэтому, когда он является к Лизе для последнего объяснения, то гусарский мундир забыт, он теперь в таком же «цветочно-райском» облачении. И скоро этот «милый дружок» поймёт, что ни стать «любезным пастушком», ни ослушаться папеньку ему не придётся.
Чужой в этом «райском саду» выглядит лишь гувернантка мисс Жаксон: её тёмно-синее платье с кринолином, высоченный парик, набеленное, как у какой-нибудь Коломбины, лицо с презрительно скошенными губами... Совсем не узнала в этом облике актрису Полину Романову! Но когда гувернантка осталась без своей «брони» – платья и парика – её уязвимость стала столь очевидна, что служанка Настя, как родной, подарила ей «райскую» одёжку со своего плеча. Да и чем гувернантка отличается от крепостных?
В спектакле Людмилы Исмайловой ни сюжет повести, ни текст Пушкина не изменены, но не случайно в программке указано, что спектакль – «по мотивам» этой повести. Известная история здесь – лишь основа для создания идиллической пасторали, воспевающей жизнь в сельском уединении на лоне природы. Художник-постановщик Альберт Нестеров и художник по свету Сергей Гаевой создали фантазийный, далёкий от реальности, но такой прекрасный мир! И завершается всё, конечно же, воссоединением влюблённых. Но... почему хор этого не воспевает? Почему спектакль заканчивается немой сценой? Режиссёр Исмайлова любит ставить в конце своих спектаклей многоточие, оставляя пространство для зрительских размышлений...
Елена Петрова
