Александр Капралов: «Скульптор бросается в работу, как в омут»

Александр Капралов: «Скульптор бросается в работу, как в омут»

Дата публикации 5 февраля 2014 08:21 Автор Светлана Васильева Фото Евгений Кармаев

По результатам IX выставки-конкурса на лучшее художественное произведение среди профессионалов Александр Капралов признан художником года в номинации «Скульптура».
По результатам IX выставки-конкурса на лучшее художественное произведение среди профессионалов Александр Капралов признан художником года в номинации «Скульптура».

Люди, птицы, маски

– Александр Николаевич, в Омске веками вообще не было скульп­тур. Потом встали на площадях памятники одному человеку – Ленину. А в 80-е годы тогдашний председатель Омского союза художников Станислав Белов говорил: художники в долгу перед городом. И предлагал украшать Омск скульптурами. Похоже, вы среди первых, кто взялся за выполнение этого долга.

– Никогда не считал, что украшаю город. Официальных заказов не было. Разве что Дон Кихота у ТЮЗа и Достоевского у театра драмы я поставил по договоренности с мэром Валерием Рощупкиным в обмен на городскую мастерскую – не платил аренду. А у других работ, что видят омичи, – своя судьба. «Динамическое равновесие» у музея имени М. А. Врубеля я поставил, когда открывал там выставку, и забирать потом не стал, так и стоит. «Коммунальный карась» лет пять оставался в мастерской, потом скульптуру купила фирма недвижимости. «Книга» на Любинском появилась по заказу книжного магазина. На улице Ленина перед мастерской поставил свою работу.

– А какова судьба трона, удивлявшего омичей на набережной Оми?

– Его приобрела новосибирская галерея, стоит по соседству с мэрией.

– Где еще стоят на улицах ваши работы?

– В Чите, Сургуте.

– В ваших многофигурных скульптурах много человеческих персонажей и много животных, птиц. Какой символический смысл в образах «братьев наших меньших»?

– Птица – свобода, рыба – мудрость, благополучие, лошадь – тысячелетняя связка с человеком. Это устоялось и, я думаю, легко читается.

– Маленький человек и власть – ваша главная тема?

– Я много этому посвятил работ. Трон – олицетворение власти, весы – суда и нашего выбора. А в последнее время все больше ввожу в скульптуры шутов, клоунов, потому что с годами убеждаюсь, что наша жизнь – это даже не театр, а цирк. Вокруг одни маски.

– И вы приглашаете зрителей посмеяться над великой гордыней человека или маленькими слабостями. Юмор всегда сопутствует замыслу скульптуры?

– В молодости хотелось быть умным, серьезным, читать толстые книги. А чем становишься старше, тем с большей иронией смотришь на происходящее вокруг. Иначе жить невозможно.

– Много иллюзий оказалось разрушено?

– Я, как и все, интересовался политикой, верил в перестройку,  Ельцина, а потом с болью увидел разрушение страны. Обидно за страну и наши надежды. В городе это не так остро ощущается, как, например, в Москаленках.

– Вы по образу мыслей славянофил?

– Да, наверное.

Слушай всех, а делай по-своему

– Когда поступали на худграф, знали, что будете скульп­тором, а не живописцем, не графиком?

– Нет. У нас на худграфе скульп­туре уделяли мало внимания. Но на втором курсе Виталий Сафронов привел меня в мастерскую к скульптору Анатолию Петровичу Юдину. Виталий Сафронов учился у нас, потом перешел в институт сервиса, стал модельером, имел успех. Но переехал в Германию, поступил в Академию художеств в Штудтгарте по классу скульптуры, сегодня выставляет в Лувре. Тогда, 20 с лишним лет назад, у него только проснулся интерес к скульптуре, и он меня им заразил. Я начал заниматься у Анатолия Петровича, единственного моего учителя, прекрасного человека, который всю свою жизнь, до последнего дня, преподавал на художественно-графическом факультете.

– Какой его урок был для вас особенно важен?

– Он любил говорить: «Слушай всех, а делай по-своему». Однажды известный омский скульптор пришел и разбирал мои работы. Вот тогда я впервые и услышал эту фразу. Ей и следую.

– А интересно, к какому творческому направлению вы себя относите? На мой взгляд, вы реалист.

– Я пробовал делать формальные вещи и понял, что это мне не интересно. Да, мои скульп­туры декоративны, изломанны, но без фигур, без конкретных деталей работать не хочу. Есть разные мнения о моих работах – ну что ж, пусть так.

– Ваш почерк ни с чьим не спутаешь. Почему вы выбрали путь скульптора, работающего со сварным металлом?

– Сварка придает скульпторам легкость, свободу. Я пробовал сделать в мастерской свою литейку. А потом разобрал. Была у меня только одна литая скульп­тура «Мыслитель», ее сделали на заводе имени Баранова. Она давно куплена, даже не знаю, где находится сейчас. Понял, что не мое. Литые скульптуры нужно отдавать на предприятия. А мне нравится все делать самому. Конечно, скульптуры в бронзе, мраморе – это на века, а мои работы, знаю, попадут во вторчермет. Металл подвергается коррозии… Легко ставить – легко и убрать. Я к этому отношусь спокойно.

– Вы оставляете незачищенными швы, рваные края. Это авторский почерк?

– В каждом городе кто-то из скульпторов работает со сварным металлом. И все по-разному. Обычно сварные работы более декоративные, плоскостные. У меня много деталей. Считается, что хорошая скульптура должна быть лаконичной. От дерева, камня отсекается все лишнее. А мне нравится, когда всего много, чтобы людям было интересно смотреть, разглядывать мои работы. Хотя понимаю, что это дробит форму. Скульптура – это такая работа: в нее бросаешься, как в омут. И, конечно, скульптура – это грязное дело.

– У вас по-прежнему две мастерские?

– В Москаленках это фактически цех, а на улице Ленина – выставочный зал. В Москаленках мастерскую построил сам, это меня выручило в трудное время. Есть мастерская – чувствуешь себя свободным человеком.

– Вас в Москаленках считали чудаком…

– Наверное, кто-то и сейчас считает. Но я убедился: чудаком считают человека, который находится в начале пути. А если чего-то добился, уже перестает быть чудаком в глазах других.

Выйти на сцену – большое испытание

– В Интернете множество отзывов о ваших работах, их обсуждают, о них спорят. А для вас что важнее: мнение зрителей или коллег?


– Коллег. Искушенных людей. Мне запомнилась добрая оценка в книге отзывов на моей выставке студента-скульптора академии художеств. Студенты ко всему подходят с максимализмом, жестко судят старших. Тем приятнее хорошие слова от молодого коллеги.

– Ваши скульптуры вошли в число достопримечательностей Омска. Вы чувствуете себя популярным человеком?

– Нет, я вообще стесняюсь всякой публичности. На открытии выставки во время представления автора не могу дождаться, когда все это кончится. Выйти на сцену и что-то говорить – для меня большое испытание. Шучу: художнику надо язык обрезать при рождении.

– Кто ваш любимый скульптор?

– Из скульпторов ХХ века итальянец Джакомо Манцу.

– А Роден?

– Я однажды смотрел передачу и услышал мнение, с которым согласен: Роден – больше салонный художник, чем возмутитель спокойствия, как его представляли. Мне по душе творчество учеников Родена. Но в мировом искусстве нет равных Микеланджело. Не было и не будет. Я не понимаю, как можно было сделать то, что сделал он. Это фантастика.

– Вы верите в великую миссию искусства?

– Нет. Искусство было и остается элитарным. Стоит посмот­реть статистику: сколько людей посещает выставки. Ну и что эта тысяча пришедших значит в миллионном городе?

– Но к вашим скульптурам это не относится. А чем еще хотели бы порадовать омичей?

– Когда мы с дизайнером Игорем Вахитовым выбирали место для Дон Кихота, предполагалось, что это будет не одна скульптура, а композиция: рядом Санчо Панса на ослике, ветряная мельница. Но для того, чтобы это появилось, нужен все-таки заказ. И первая моя сварная скульптура «Колесо покаяния», приобретенная музеем «Искусство Омска», могла бы быть доработана, увеличена до восьми метров, чтобы интересно было рассматривать каждую фигурку. Но в одиночку такой проект не вытянуть. Вот я все время слышу: скульпторов мало. Нет спроса – нет скульпторов. Будет спрос – появятся.

– Вы очень работоспособный человек. А что делаете, когда не трудитесь в мастерской?

– Люблю охоту. На уток, зай­цев, если есть лицензия – на косулю. Еще – грибник. А рыбалкой не увлекаюсь.

– Чем порадуете омских зрителей в 2014 году?

– Жду в июле на персональной выставке по случаю 55-летия.


Из отзывов в Интернете

«Поражена памятником Достоевскому: глубочайшее проникновение в суть жизни и творчества писателя, отражение личности, сколь великой, столь и страдающей, но не оставляющей своего креста как долга всей жизни. Для меня это событие личной жизни – знакомство со скульптором Александром Капраловым».
* * *

«Замечательно, что город украшает себя произведениями своего художника».
* * *

«Мимо Дон Кихота у ТЮЗа, стремительно несущегося куда-то вдаль на войну с ветряными мельницами, пройти невозможно. Его хочется потрогать, поразглядывать, повосторгаться».
* * *

«К скульптурам Капралова можно относиться по-разному (лично мне большинство из них нравятся, особенно «Карась» и «Дон Кихот»), но они, однозначно, придают колорит омским улицам. Если мне выдается случай показывать Омск иногородним гостям, то обязательно стараюсь показать хотя бы одну капраловскую скульптуру».
* * *

«Замечательный автор. Нашему Омску побольше бы городских скульптур вообще и таких юморных в частности».
©
Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Буторин Игорь

Буторин Игорьпутешественник, мореплавательКак я ударил автопробегом по «Самсунгу»

Думаете я присоединился к хейтерам южнокорейского концерна за ...
Пантелеев Алексей

Пантелеев АлексейЖурналистМиллионеры из омских трущоб

Вконец замерзающий омский рынок жилья опять удивил. На сайте ...
Сафонов Руслан

Сафонов Русланхудожник-карикатуристДураки, дороги и Достоевский

Наш новый блогер Руслан Сафонов отразил в карикатурах жизнь ...

Все авторы блогов