Константин Ромодановский, глава ФМС РФ

Константин Ромодановский, глава ФМС РФ

Дата публикации 4 июля 2014 12:01

«Мы видим, что 90% беженцев из Украины не хотят оставаться в России»
Глава федеральной миграционной службы РФ Константин Ромодановский в интервью «Комсомольской правде» рассказывает о ситуации с беженцами из Украины.
 
— Константин Олегович, в приграничных районах России с Украиной находится уже более 500 тысяч беженцев. Но такое впечатление, что на федеральном уровне эта проблема никак не координируется, непонятно, что беженцам делать дальше.
 
— Первый удар принимают на себя приграничные регионы, они начинают работать с людьми. Но надо понимать, что люди зачастую воспринимают тот или иной регион как транзитный, пересекают его и двигаются дальше, например, едут к родственникам. Мы сейчас четко видим, что 90 процентов въезжающих к нам граждан Украины не имеют намерения остаться в России. Мы их условно называем «люди, вынужденно покинувшие территорию Украины» (кстати, по сравнению с прошлым годом рост въезда с Украины — 24%). Это совершенно новая категория, для нее нет стандартов, поэтому мы с другими ведомствами и не можем пока выдавать совместные рекомендации. Если мы эту категорию формализуем, тогда для нее будут введены определенные механизмы.
 
— Вы будете это предлагать?
 
— Думаю, что будем. Но пока это только идея. Нужно обсудить, в настоящий момент целесообразно или нет вводить такой статус, ведь любая инициатива может дать как позитивные изменения, так и определенные последствия. Сейчас у нас есть люди, имеющие статус беженца, статус временного убежища или разрешение на временное проживание. Люди, прибывшие с Украины, в данном случае относятся к категории временно пребывающих. Она отличается от статуса временно проживающих. Это очень широкая категория, к слову, к ней также относятся туристы, приезжающие в гости.
Нами разработан проект нового закона о предоставлении убежища, который мы в ближайшее время внесем в правительство. В данном законе мы ввели новый институт «временная защита». Данный статус позволит оказывать содействие лицам в случае массового экстренного прибытия на территорию России из сопредельного государства, что и происходит сейчас с гражданами Украины.
 
— Если будет введен статус «люди, временно покинувшие территорию Украины», то для тех, кто его получит, будут созданы какие-то преференции?
 
— Я сейчас не говорю о преференциях. Но мы понимаем, что люди, покинувшие территорию Украины, люди страдающие, им нужна помощь, в том числе помощь через дополнительное финансирование регионов. Если ситуация не разрешится, может быть, имеет смысл как-то выделить эту категорию людей, чтобы ускорить предоставление им помощи. Наш подход — это единые стандарты.
 
— Могут ли тогда украинцы получить статус беженца или временного убежища? Что это дает?
 
— Статус временного убежища получают иностранные граждане, прибывшие в Россию не только с Украины, мы определяем этот статус с учетом ситуации в стране исхода. Часто этот статус получают те люди, которые не смогли получить статус беженца. Объясню, в чем дело. Статус беженца — это международная норма, он присваивается в соответствии с конвенцией 1951 года, и мы тут придерживаемся очень жестких стандартов. Если человек под них чуть-чуть не подходит, но мы понимаем, что в силу гуманитарных обстоятельств ему сложно вернуться на родину, он может обратиться за предоставлением статуса временного убежища, который дается на год с возможностью пролонгации.
Люди, получившие статус беженца или временного убежища, должны на время пребывания в России сдать свой национальный паспорт. Если же человек принимает решение отказаться от этого статуса, ему возвращаются документы и он отбывает на родину. Статус беженца позволяет человеку получать в России пенсию, медобслуживание и обучать детей в школе. Статус временного убежища пенсию получать не позволяет. Но оба статуса дают возможность трудоустроиться без получения разрешения на работу.
 
— Эти статусы — ближайший путь к получению российского гражданства?
 
— Вовсе нет, у нас таких вариантов много. Например, сокращены сроки получения гражданства по закону о носителях русского языка. Прямой путь к гражданству — это получение статуса временного проживания. Человек с таким статусом может пользоваться льготами по медицине и по обучению детей. Статус временного проживания не связан с какой-то эксклюзивной ситуацией в стране исхода. У человека с таким статусом остается его национальный документ, но в нем ставится штамп, что получено разрешение на временное проживание в России. И с этим документом он может вернуться в свою страну.
 
— Украинские беженцы жалуются, что им при устройстве в России на работу придется платить очень большие налоги.
 
— По закону нерезиденты у нас платят 30 процентов подоходного налога. Или же приобретают патент, он стоит 1216 рублей в месяц, пока иностранный гражданин не станет гражданином России. Закон един для всех.
 
— Каков ваш прогноз по притоку украинских беженцев в Россию?
 
— Я еще в марте говорил, что налицо симптомы гуманитарной катастрофы. Прогнозы строить сложно. Ситуация зависит от многих факторов, прежде всего, от действий киевских властей.
 
— В связи с ситуацией на Украине изменится ли у нас национальный состав мигрантов? Ведь в последние годы к нам в основном ехали выходцы из Средней Азии.
 
— Мне нельзя размышлять так, как вы. Понимаете, в чем дело: когда вы обращаете на улицах внимание на представителей Центральной и Юго-Восточной Азии, вы опираетесь на внешние различия. При этом вы совершенно не ощущаете эмиграцию с Украины, из Беларуси, Молдовы. Просто потому, что визуально нет больших отличий. У нас много работающих и из Восточной Европы.
 
— Но все-таки меньше, чем из Средней Азии.
 
— Немного меньше, может быть, соотношение 65 на 35. Но этих 35 вы не видите, вы видите только 65. Я этого тоже не вижу, но у меня есть цифры. У нас на каждого въезжающего есть досье. И говорить о том, что в России в основном трудятся жители из Средней Азии, неверно. Несколько лет назад стали трубить о китайской экспансии. Мы запустили информационную систему — и выяснилось, что сейчас граждан Германии в России находится на 25% больше, чем граждан Китая, их просто не видно. Вы вначале встречаете глазами, а потом умом. Но это обман. Например, на третьем месте среди находящихся в России граждан из дальнего зарубежья — граждане США.
 
— Тогда спрошу по-другому: теперь россиянам будет казаться, что выходцев из Средней Азии стало меньше?
 
— Я отвечу дипломатично. После принятия ряда законов, позволяющих более эффективно действовать инструментарию миграционной службы, за 5,5 месяца этого года на 30 процентов сократился въезд в Россию граждан Узбекистана и на 20 процентов — граждан Таджикистана. То есть каждый пятый житель Таджикистана в Россию не въезжает.
 
— Это после введения для мигрантов экзамена по русскому языку?
 
— Нет, это связано с законами, не позволяющими уйти от ответственности за нарушение сроков пребывания в России. Если человек превышает отведенный срок и не делает никакой отметки, не обращается в ФМС, мы ему автоматически закрываем въезд в Россию на три года с момента выезда. 
 
— В разгаре  дачный сезон. Увеличился ли отлов незаконных мигрантов и как обстоят дела с правонарушениями?
 
— Количество нарушений, связанных с режимом пребывания, сократилось на 25%. При этом количество проверок осталось примерно таким же, как в прошлом году. Что интересно: мы сейчас запрещаем въезд в Россию чуть ли не в два раза большему числу иностранцев по сравнению с числом пойманных нарушителей.
Когда нарушителя ловят люди, они могут и не поймать, а машина индифферентна. Приезжий не отметился в нужный срок в ФМС, система это зафиксировала. Наш сотрудник обязан оформить документы и отправить их по инстанциям, после чего для нарушителя закрывается въезд в Россию. Если наш сотрудник этого не сделал, возникает вопрос, почему. Мы разбираемся с подобными случаями, нажимая на такое ядовитое понятие, как коррупция. Эффективность такого механизма в два раза выше, нежели когда наши сотрудники бегают по стройкам и рынкам и ищут нарушителей.
 
— В связи с массовым притоком в Россию жителей Украины будут ли пересматриваться квоты разрешений на временное проживание?
 
— Это должны определить регионы, именно они дают предложения по квотам, которые потом утверждаются постановлением правительства. В постановлении сказано, что квоты в течение года не корректируются, а мы предлагаем разрешить их корректировать. Нынешний год показал, что это необходимо делать. Миграция — это очень динамичное явление.
Мы исходим из того, что демографическая ситуация исправляется. А кто будет работать эти 20 лет, пока родившиеся смогут начать трудиться? Нам требуется 1 миллион рабочих рук в год, кто будет заполнять эту нишу? Ее заполняют мигранты. И лично я считаю так: гораздо лучше, что эту миграционную нишу заполняют люди с советским менталитетом, в том числе выходцы из Узбекистана и Таджикистана, нежели это были бы представители Африки и Юго-Восточной Азии, которые для нас более далеки.
 
— И все-таки чего больше от мигрантов: пользы или вреда?
 
— Давайте просто прикинем, что делают у нас трудовые мигранты. Они нам создают продукт. Они снимают квартиры. Они у нас деньги на продукты тратят. Мы боремся за туристов, не так ли? Но это и трудовые туристы тоже. Они отдают нам свой труд и вносят деньги в наш бюджет. За четыре года существования патентов в бюджет поступило более 26 миллиардов рублей.
При этом мигранты зарабатывают меньше, чем на их месте заработал бы российский гражданин. Да, с одной стороны, мы должны защищать наш рынок труда и нашего работника, с другой — наш бизнес развивается тогда, когда он получает прибыль. Плюсы и минусы должны просчитать экономисты.
 
— То есть однозначного ответа о пользе мигрантов нет?
 
— Я бы сказал, нет однозначного подтверждения, что миграция отрицательно влияет на наш рынок труда. К тому же россиянин сейчас пойдет не на всякую работу.
 
— Некоторые депутаты уверяют, что мы бесплатно мигрантов лечим и обучаем.
 
— Да, есть такие мигранты, которые злоупотребляют и приезжают в Россию рожать. Но я был бы признателен, если бы хоть какой-то регион просчитал и представил данные, сколько он потратил на лечение и обучение мигрантов. Говорить в общем — это одно, а просчитать, сопоставить, сколько мы потратили на мигрантов и какой продукт они создали, — это другое. Все должно быть не на эмоциях, а в цифрах.
©
Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской областиЗачем продавать за бесценок объекты, которые нужны городу?

Недавнее заседание комитета Законодательного собрания по ...
Иван Сычев

Иван Сычевблогер, редактор geektimes.ruВремя первых: к премьере фильма

6 апреля 2017 года на экраны выходит фильм о космическом полёте ...
Сумароков Станислав

Сумароков Станиславбуквоед и любитель изящной словесностиДень суслика — 5, или Полет на Марс

Я уже говорил о своей любви к г-ну Сусликову? Повторюсь: я его ...

Все авторы блогов

Loading...