Иван Дворный: «Наверное, что-то в этой жизни я сделал правильно»

Иван Дворный: «Наверное, что-то в этой жизни я сделал правильно»

Дата публикации 7 октября 2015 13:28 Автор Алексей Одариев

В память о великом омском спортсмене.

9 сентября 1972 года, один из самых знаменитых матчей в истории баскетбола: СССР – США в финале Олимпиады в Мюнхене. Американцы уже начали праздновать победу, но советским спортсменам вернули три секунды, «отмотав» время на табло. И Едешко с Беловым за эти три секунды склонили чашу весов на нашу сторону. Мужская сборная СССР под руководством Владимира Кондрашина впервые стала олимпийским чемпионом, победив в сверхдраматичном финале.


Тот поединок стал главным матчем в баскетбольной жизни омского паренька Ивана Дворного. Автор этого материала много лет общался с Иваном Васильевичем. Мы говорили о многом,  но вот опубликовать интервью все как-то не получалось, каждый раз что-то мешало. И не успел. 22 сентября этого замечательного человека не стало. Земной путь «омского Гулливера» окончен, но память живет. И будет жить.


«Я полюбил эту великую игру»


– Иван Васильевич, где и как начинался ваш путь на мировой спортивный Олимп?


– Родился я в селе Ясная Поляна, что в Москаленском районе Омской области. Как и мой отец, я удался ростом. А в деревне в годы моего детства спортом мало кто занимался. Это сейчас для ребятишек во всех сельских районах строят залы, ледовые дворцы, бассейны. Тогда такого не было. Но уж чего-чего, а физической работы хватало: коров накормить, воды натаскать, дров наколоть. Да мало ли что еще. Потому и росли мы в основном ребятами крепкими, сильными.


И вот как-то на уроке физкультуры в школе учитель предложил мне попробовать толкнуть ядро. Ну, я с высоты своего роста и толкнул. Да так, что вскоре после этого был отправлен на районные соревнования по легкой атлетике. (Улыбается.) Получилось у меня неплохо, занял первое место, так что через несколько месяцев я уже выступал на областной спартакиаде, проходившей в Исилькуле. Там-то ко мне и подошел омский тренер Самсонов и говорит: «Слушай, парень, а слабо попробовать поиграть в баскетбол? Переезжай в Омск!» Первым моим чувством в тот момент было чувство страха: как это в Омск?! А я до этого и в городе-то никогда не был! Я и говорю: «Не знаю, отпустят ли родители». (Смеется.) Думал, на этом все и закончится. Нет! Вскоре к нам в село приехал Виктор Николаевич Промин, тренер по баскетболу. Приехал специально для того, чтобы встретиться с моими родителями. Очень уж ему приглянулся мой рост – тогда было сто девяносто восемь сантиметров, это уже потом я вырос до двухсот шести.


– И родители так сразу отпустили вас?


– Ничего подобного! Они тоже здорово перепугались! (Смеется.) Но наставник сумел их уговорить, и в итоге я приехал в Омск, где Виктор Николаевич стал моим первым тренером. Поначалу мне было трудно, все-таки городской образ жизни сильно отличается от деревенского. Но где-то через месяц начал привыкать, через два у меня стало что-то получаться на площадке, а через три я уже принял участие в своих первых в жизни соревнованиях.
Никогда не забуду того дня! В спортивном комплексе «Сибирский нефтяник» мы встречались с командой из Кургана, и я набрал в том матче двенадцать очков! Вот, наверное, тогда-то я и полюбил эту великую игру – баскетбол.


Три легендарные секунды


– Как же вы всего за три года прошли путь от матча с Курганом в «Сибирском нефтянике» до финального матча против сборной США на Олимпийских играх 1972 года в Мюнхене?


– В 1969 году я окончил детскую спортивную школу, а на следующий год меня пригласили в команду мастеров «Уралмаш». Сначала выходил там только на замену, а со временем закрепился и в стартовом составе. Меня заметили тренеры молодежной сборной Советского Союза, с этой командой я в 1970 году выиграл первенство Европы в Греции. Мне было тогда восемнадцать лет, и я был абсолютно счастлив, когда мне вручили значок «Мастер спорта СССР». (Улыбается.) В последующем я повзрослел, набрался опыта, по-спортивному «заматерел» и через год был включен в состав главной сборной страны. Ну а там и Олимпиада 1972 года.


– Дорогу на Олимпийские игры вам открыл ваш спортивный талант?


– Нет, дело вовсе не в таланте, а в работоспособности и спортивной злости. Я всегда хотел только побеждать, это у меня в характере. И, чего уж там скрывать, как любой парень в молодом возрасте, мечтал о славе, признании. Но я, благодаря своему деревенскому детству, знал, что все дается только через труд. А в спорте, как я убедился впоследствии, тем более. Это же и общефизическая подготовка, и реакция, и прыжок, и скорость, и выносливость! Ну и, конечно, уверенность в своих силах, которая приходит только вместе с забитыми голами. Там уже начинается хороший кураж – перед выходом на площадку смотришь на соперников и думаешь: «Сейчас, ребята, я вам устрою маленький карнавал!» (Смеется.) И не важно, кто перед тобой, соперники по чемпионату СССР или грозные американцы. Чувствуешь в себе лишь уверенность и злость! Не удивительно, что нас боялись и итальянцы, и испанцы. Я вот сегодня смотрю в глаза наших баскетболистов и, увы, не вижу в них ничего подобного.


– Вы и сегодня хорошо помните все перипетии драматичного финала той Олимпиады или за сорок с лишним лет что-то забылось?


– Да разве такое забудешь?! Я счастливый человек. Участвовал в таком грандиозном событии, и не просто участвовал, а победил! Огромная радость, которая переполнила меня тогда, осталась со мной на всю мою жизнь. Я вот сейчас рассказываю вам, а у меня по коже мурашки бегут. (Смеется.) Жаль, что не могу высказать словами тех эмоций. Но я до сих пор помню эти три ставшие потом легендарными секунды, как будто смотрю замедленное кино: как Ваня Едешко бросает мяч – он летит через всю площадку, Саша Белов его принимает и бросает в кольцо. И вот мяч медленно-медленно падает на паркет, а Сашка победно вскидывает вверх руки. Я как-то сразу понял, почувствовал, что вот сейчас, на моих глазах, ребята из нашей команды совершили подвиг! Мы бросаемся их обнимать, тискать, а у меня одна мысль в голове: «Вот оно, счастье!» (Смеется.)


Показательный процесс


– Олимпийский чемпион в двадцать лет. Казалось бы, все двери теперь открыты перед вами, впереди ждет заслуженная слава и блестящая карьера. Но произошел случай, в корне изменивший всю вашу жизнь...


– Да, все верно вы говорите. Дело было в 1973 году, на таможне. Меня задержали после возвращения из-за границы, с очередных соревнований. У меня обнаружили излишки ввозимых товаров. Можно было провезти беспрепятственно две пары туфель, а я вез три. Знаете, в те годы в моде были туфли на платформе, но в Советском Союзе их было не купить. Все ведь  – дефицит. Ну а мы, молодые парни, конечно, хотели подзаработать. На жизнь, на то, чтобы одеться, чтобы покупать себе что-то за рубежом. Ведь зарплата была очень маленькой. Вот и везли оттуда магнитофоны, какие-то тряпки, парики. Да-да, тогда был большой спрос на импортные парики. Здесь я отдавал все это своему приятелю, а он продавал на барахолке. Это потом уже подобным бизнесом стало вполне легально заниматься полстраны. А в семидесятые годы я попал под показательный процесс: поймали контрабандистов и спекулянтов!


Я почти год находился под следствием, потом суд, приговор. Ну а потом началось то, что и до сих пор-то вспоминать не хочется: столыпинские вагоны, этапы, одиночки, вся эта уничтожающая человека система. Обидно было тогда, казалось, что преступление мое не столь серьезно, сколь сурово наказание. Это сейчас уже думаю – глупость, ошибка молодости. Но ничего не поделаешь, из песни, как говорится, слов не выкинешь. Все это моя жизнь, со взлетами и падениями. Я прожил ее так, как сумел, и сейчас нет смысла о чем-то жалеть, на кого-то обижаться.


– После выхода на свободу вы продолжили спортивную карьеру?


– Да, но она, мягко говоря, не задалась. На мне ведь уже был штамп на всю жизнь – «зек». Такой не может олицетворять собой славу советского спорта, быть примером для молодежи, играть за сборную страны, выезжать за рубеж. А я к тому времени уже обзавелся семьей, которую нужно содержать. Пора было подумать о новой профессии. Вот тогда-то я и пришел в омское локомотивное депо «Московка», где впоследствии и проработал пятнадцать лет слесарем по ремонту подвижного состава. И всегда вспоминаю эти годы только как самые светлые. Да, работа, сама по себе, тяжелая. Электровоз – он ведь тяжелый и грязный. (Смеется.) Но зато люди меня там окружали очень порядочные и хорошие. Бригада у нас была отличная!


– Ваши коллеги знали, что они ремонтируют локомотивы бок о бок с чемпионом Олимпийских игр, заслуженным мастером спорта?


– Я по характеру человек скромный. Если люди знали о моем спортивном прошлом и задавали какие-то вопросы, всегда отвечал. А если не знали, сам я никогда бы первым не стал хвалиться, вот я какой, дескать, весь из себя заслуженный. (Улыбается.) Наоборот, я старался не себя афишировать, а тянуться за теми прекрасными людьми, что меня окружали, рабочим классом Страны Советов. Перенимал у них технические знания, секреты мастерства.


«Обо мне вспомнили»


– Потом грянули «лихие девяностые», советский пролетариат, вчерашний гегемон, оказался никому не нужен, как и вся промышленность. И вы решились на смелый для почти пятидесятилетнего человека шаг…


– Да, по совету друга я уехал жить и работать в США, в город Балтимор, почетным гражданином которого я являлся благодаря своим былым баскетбольным заслугам. Именно это звание и помогло мне без проблем получить визу. Но устроиться на работу в сферу спорта это не помогло. Да плюс мое «знание» английского языка, прямо скажем, оставляющее желать лучшего. (Улыбается.) В итоге я стал ночным уборщиком супермаркета, получая по 75 долларов в день за 12-часовую смену. Но это не страшно, я за жизнь привык к небольшим доходам. Проблема была в другом: тоска по семье, друзьям,  России, Омску. А тут еще из дома стали поступать приятные известия: с полувековым юбилеем меня поздравил Президент России Владимир Владимирович Путин. После этого обо мне как-то вдруг сразу вспомнили спортивные чиновники и в моем родном городе. (Смеется.) А тут еще за выдающиеся спортивные достижения мне назначили президентскую стипендию в 15 тысяч рублей – очень неплохие по тем временам деньги. И я вернулся к семье, на Родину.


– Ну, влюбленные-то в баскетбол люди никогда и не забывали вас. Уже не первый год ветеранский турнир по этому виду спорта носит имя Ивана Дворного. Для вас важно такое признание?


– Прежде всего, мне просто очень приятно, что такой ветеранский турнир, на который каждый год с удовольствием приезжают команды из других регионов России, а также из Казахстана, вообще проходит на омской земле. И за это большое спасибо моему другу и энтузиасту бас­кетбола Станиславу Владимировичу Сухареву. Ну а то, что люди решили назвать турнир моим именем… Приятно, конечно. (Улыбается.) Значит, уважают, значит, что-то в этой жизни я сделал правильно.

Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской области Праймериз как точная наука

Между настоящими выборами и предварительным голосованием ...
Ромахин Алексей

Ромахин Алексейпрезидент общественной организации Фонд развития Омской области "Город будущего"9 мая — особенный для омской промышленности день

О том, что в годы Великой Отечественной войны Омск стал одним ...
Хомутских Артем

Хомутских Артемспортивный журналистКак сборная Франции по фехтованию Сибирь постигала

Теперь мастера клинка из Франции представляют, какой ценой ...

Все авторы блогов

Loading...