Иван Дворный: «Наверное, что-то в этой жизни я сделал правильно»

Иван Дворный: «Наверное, что-то в этой жизни я сделал правильно»

Дата публикации 7 октября 2015 13:28 Автор Алексей Одариев

В память о великом омском спортсмене.

9 сентября 1972 года, один из самых знаменитых матчей в истории баскетбола: СССР – США в финале Олимпиады в Мюнхене. Американцы уже начали праздновать победу, но советским спортсменам вернули три секунды, «отмотав» время на табло. И Едешко с Беловым за эти три секунды склонили чашу весов на нашу сторону. Мужская сборная СССР под руководством Владимира Кондрашина впервые стала олимпийским чемпионом, победив в сверхдраматичном финале.


Тот поединок стал главным матчем в баскетбольной жизни омского паренька Ивана Дворного. Автор этого материала много лет общался с Иваном Васильевичем. Мы говорили о многом,  но вот опубликовать интервью все как-то не получалось, каждый раз что-то мешало. И не успел. 22 сентября этого замечательного человека не стало. Земной путь «омского Гулливера» окончен, но память живет. И будет жить.


«Я полюбил эту великую игру»


– Иван Васильевич, где и как начинался ваш путь на мировой спортивный Олимп?


– Родился я в селе Ясная Поляна, что в Москаленском районе Омской области. Как и мой отец, я удался ростом. А в деревне в годы моего детства спортом мало кто занимался. Это сейчас для ребятишек во всех сельских районах строят залы, ледовые дворцы, бассейны. Тогда такого не было. Но уж чего-чего, а физической работы хватало: коров накормить, воды натаскать, дров наколоть. Да мало ли что еще. Потому и росли мы в основном ребятами крепкими, сильными.


И вот как-то на уроке физкультуры в школе учитель предложил мне попробовать толкнуть ядро. Ну, я с высоты своего роста и толкнул. Да так, что вскоре после этого был отправлен на районные соревнования по легкой атлетике. (Улыбается.) Получилось у меня неплохо, занял первое место, так что через несколько месяцев я уже выступал на областной спартакиаде, проходившей в Исилькуле. Там-то ко мне и подошел омский тренер Самсонов и говорит: «Слушай, парень, а слабо попробовать поиграть в баскетбол? Переезжай в Омск!» Первым моим чувством в тот момент было чувство страха: как это в Омск?! А я до этого и в городе-то никогда не был! Я и говорю: «Не знаю, отпустят ли родители». (Смеется.) Думал, на этом все и закончится. Нет! Вскоре к нам в село приехал Виктор Николаевич Промин, тренер по баскетболу. Приехал специально для того, чтобы встретиться с моими родителями. Очень уж ему приглянулся мой рост – тогда было сто девяносто восемь сантиметров, это уже потом я вырос до двухсот шести.


– И родители так сразу отпустили вас?


– Ничего подобного! Они тоже здорово перепугались! (Смеется.) Но наставник сумел их уговорить, и в итоге я приехал в Омск, где Виктор Николаевич стал моим первым тренером. Поначалу мне было трудно, все-таки городской образ жизни сильно отличается от деревенского. Но где-то через месяц начал привыкать, через два у меня стало что-то получаться на площадке, а через три я уже принял участие в своих первых в жизни соревнованиях.
Никогда не забуду того дня! В спортивном комплексе «Сибирский нефтяник» мы встречались с командой из Кургана, и я набрал в том матче двенадцать очков! Вот, наверное, тогда-то я и полюбил эту великую игру – баскетбол.


Три легендарные секунды


– Как же вы всего за три года прошли путь от матча с Курганом в «Сибирском нефтянике» до финального матча против сборной США на Олимпийских играх 1972 года в Мюнхене?


– В 1969 году я окончил детскую спортивную школу, а на следующий год меня пригласили в команду мастеров «Уралмаш». Сначала выходил там только на замену, а со временем закрепился и в стартовом составе. Меня заметили тренеры молодежной сборной Советского Союза, с этой командой я в 1970 году выиграл первенство Европы в Греции. Мне было тогда восемнадцать лет, и я был абсолютно счастлив, когда мне вручили значок «Мастер спорта СССР». (Улыбается.) В последующем я повзрослел, набрался опыта, по-спортивному «заматерел» и через год был включен в состав главной сборной страны. Ну а там и Олимпиада 1972 года.


– Дорогу на Олимпийские игры вам открыл ваш спортивный талант?


– Нет, дело вовсе не в таланте, а в работоспособности и спортивной злости. Я всегда хотел только побеждать, это у меня в характере. И, чего уж там скрывать, как любой парень в молодом возрасте, мечтал о славе, признании. Но я, благодаря своему деревенскому детству, знал, что все дается только через труд. А в спорте, как я убедился впоследствии, тем более. Это же и общефизическая подготовка, и реакция, и прыжок, и скорость, и выносливость! Ну и, конечно, уверенность в своих силах, которая приходит только вместе с забитыми голами. Там уже начинается хороший кураж – перед выходом на площадку смотришь на соперников и думаешь: «Сейчас, ребята, я вам устрою маленький карнавал!» (Смеется.) И не важно, кто перед тобой, соперники по чемпионату СССР или грозные американцы. Чувствуешь в себе лишь уверенность и злость! Не удивительно, что нас боялись и итальянцы, и испанцы. Я вот сегодня смотрю в глаза наших баскетболистов и, увы, не вижу в них ничего подобного.


– Вы и сегодня хорошо помните все перипетии драматичного финала той Олимпиады или за сорок с лишним лет что-то забылось?


– Да разве такое забудешь?! Я счастливый человек. Участвовал в таком грандиозном событии, и не просто участвовал, а победил! Огромная радость, которая переполнила меня тогда, осталась со мной на всю мою жизнь. Я вот сейчас рассказываю вам, а у меня по коже мурашки бегут. (Смеется.) Жаль, что не могу высказать словами тех эмоций. Но я до сих пор помню эти три ставшие потом легендарными секунды, как будто смотрю замедленное кино: как Ваня Едешко бросает мяч – он летит через всю площадку, Саша Белов его принимает и бросает в кольцо. И вот мяч медленно-медленно падает на паркет, а Сашка победно вскидывает вверх руки. Я как-то сразу понял, почувствовал, что вот сейчас, на моих глазах, ребята из нашей команды совершили подвиг! Мы бросаемся их обнимать, тискать, а у меня одна мысль в голове: «Вот оно, счастье!» (Смеется.)


Показательный процесс


– Олимпийский чемпион в двадцать лет. Казалось бы, все двери теперь открыты перед вами, впереди ждет заслуженная слава и блестящая карьера. Но произошел случай, в корне изменивший всю вашу жизнь...


– Да, все верно вы говорите. Дело было в 1973 году, на таможне. Меня задержали после возвращения из-за границы, с очередных соревнований. У меня обнаружили излишки ввозимых товаров. Можно было провезти беспрепятственно две пары туфель, а я вез три. Знаете, в те годы в моде были туфли на платформе, но в Советском Союзе их было не купить. Все ведь  – дефицит. Ну а мы, молодые парни, конечно, хотели подзаработать. На жизнь, на то, чтобы одеться, чтобы покупать себе что-то за рубежом. Ведь зарплата была очень маленькой. Вот и везли оттуда магнитофоны, какие-то тряпки, парики. Да-да, тогда был большой спрос на импортные парики. Здесь я отдавал все это своему приятелю, а он продавал на барахолке. Это потом уже подобным бизнесом стало вполне легально заниматься полстраны. А в семидесятые годы я попал под показательный процесс: поймали контрабандистов и спекулянтов!


Я почти год находился под следствием, потом суд, приговор. Ну а потом началось то, что и до сих пор-то вспоминать не хочется: столыпинские вагоны, этапы, одиночки, вся эта уничтожающая человека система. Обидно было тогда, казалось, что преступление мое не столь серьезно, сколь сурово наказание. Это сейчас уже думаю – глупость, ошибка молодости. Но ничего не поделаешь, из песни, как говорится, слов не выкинешь. Все это моя жизнь, со взлетами и падениями. Я прожил ее так, как сумел, и сейчас нет смысла о чем-то жалеть, на кого-то обижаться.


– После выхода на свободу вы продолжили спортивную карьеру?


– Да, но она, мягко говоря, не задалась. На мне ведь уже был штамп на всю жизнь – «зек». Такой не может олицетворять собой славу советского спорта, быть примером для молодежи, играть за сборную страны, выезжать за рубеж. А я к тому времени уже обзавелся семьей, которую нужно содержать. Пора было подумать о новой профессии. Вот тогда-то я и пришел в омское локомотивное депо «Московка», где впоследствии и проработал пятнадцать лет слесарем по ремонту подвижного состава. И всегда вспоминаю эти годы только как самые светлые. Да, работа, сама по себе, тяжелая. Электровоз – он ведь тяжелый и грязный. (Смеется.) Но зато люди меня там окружали очень порядочные и хорошие. Бригада у нас была отличная!


– Ваши коллеги знали, что они ремонтируют локомотивы бок о бок с чемпионом Олимпийских игр, заслуженным мастером спорта?


– Я по характеру человек скромный. Если люди знали о моем спортивном прошлом и задавали какие-то вопросы, всегда отвечал. А если не знали, сам я никогда бы первым не стал хвалиться, вот я какой, дескать, весь из себя заслуженный. (Улыбается.) Наоборот, я старался не себя афишировать, а тянуться за теми прекрасными людьми, что меня окружали, рабочим классом Страны Советов. Перенимал у них технические знания, секреты мастерства.


«Обо мне вспомнили»


– Потом грянули «лихие девяностые», советский пролетариат, вчерашний гегемон, оказался никому не нужен, как и вся промышленность. И вы решились на смелый для почти пятидесятилетнего человека шаг…


– Да, по совету друга я уехал жить и работать в США, в город Балтимор, почетным гражданином которого я являлся благодаря своим былым баскетбольным заслугам. Именно это звание и помогло мне без проблем получить визу. Но устроиться на работу в сферу спорта это не помогло. Да плюс мое «знание» английского языка, прямо скажем, оставляющее желать лучшего. (Улыбается.) В итоге я стал ночным уборщиком супермаркета, получая по 75 долларов в день за 12-часовую смену. Но это не страшно, я за жизнь привык к небольшим доходам. Проблема была в другом: тоска по семье, друзьям,  России, Омску. А тут еще из дома стали поступать приятные известия: с полувековым юбилеем меня поздравил Президент России Владимир Владимирович Путин. После этого обо мне как-то вдруг сразу вспомнили спортивные чиновники и в моем родном городе. (Смеется.) А тут еще за выдающиеся спортивные достижения мне назначили президентскую стипендию в 15 тысяч рублей – очень неплохие по тем временам деньги. И я вернулся к семье, на Родину.


– Ну, влюбленные-то в баскетбол люди никогда и не забывали вас. Уже не первый год ветеранский турнир по этому виду спорта носит имя Ивана Дворного. Для вас важно такое признание?


– Прежде всего, мне просто очень приятно, что такой ветеранский турнир, на который каждый год с удовольствием приезжают команды из других регионов России, а также из Казахстана, вообще проходит на омской земле. И за это большое спасибо моему другу и энтузиасту бас­кетбола Станиславу Владимировичу Сухареву. Ну а то, что люди решили назвать турнир моим именем… Приятно, конечно. (Улыбается.) Значит, уважают, значит, что-то в этой жизни я сделал правильно.

Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Буторин Игорь

Буторин Игорьпутешественник, мореплавательКак я ударил автопробегом по «Самсунгу»

Думаете я присоединился к хейтерам южнокорейского концерна за ...
Пантелеев Алексей

Пантелеев АлексейЖурналистМиллионеры из омских трущоб

Вконец замерзающий омский рынок жилья опять удивил. На сайте ...
Сафонов Руслан

Сафонов Русланхудожник-карикатуристДураки, дороги и Достоевский

Наш новый блогер Руслан Сафонов отразил в карикатурах жизнь ...

Все авторы блогов