В день памяти Сергея Рудзинского в театральной гостиной «Пятого театра» вновь собрались те, кто любит и помнит его создателя и первого художественного руководителя.
Больше двух десятков лет прошло с тех пор, как внезапно 20 февраля 1994 года на пике творческого взлета перестало биться сердце Сергея Леонидовича…
Вечер открыл актер Алексей Погодаев, исполнивший песню на стихи Бахыта Кенжеева, которая вернула гостей в те далекие девяностые:
Что еще в испарине тех времен?
Был студент речист, не весьма умен,
Наряжался рыжим на карнавал,
По подъездам барышень целовал.
Хорошо безусому по Руси
Милицейской ночью лететь в такси.
Тормознет – и лбом саданешь в стекло,
А очнешься – вдруг двадцать лет прошло…
Из того первого набора актеров, что не побоялись вслед за своим режиссером отправиться в неизвестность, в театре остались четверо: Татьяна Казакова, Владимир Остапов, Алексей Пичугин, Борис Косицын. И еще – Анна Николаевна Мальчевская, первый билетер и администратор, которую в шутку называют талисманом «Пятого театра». Но в том-то и магия имени Рудзинского: он оставил след в душе каждого встретившегося на его пути. И как-то незаметно, исподволь сформировал культурное пространство Омска. В этот вечер в театре собрались актеры, художники, журналисты, писатели, музыканты, каждому из которых было что вспомнить о своем друге, соратнике, режиссере.
Дольше всех его знала, пожалуй, актриса Валентина Киселева – их матери дружили, вместе работали в школе, и ей приходилось водиться с четырехлетним Сережей, который сочинял и рассказывал сказки своей одиннадцатилетней няне. Потом была школа, первая роль в студии Дворца пионеров, филфак пединститута и придуманный им студенческий театр «Окоем». Потом знаменитый театр «Протей». И работа на радио, телевидении, в Доме актера, в ТЮЗе. И красный диплом Щукинского театрального училища. И, наконец, кульминация этой яркой и короткой жизни: свой, родившийся из мечты, выстраданный, выдуманный и ставший реальным театр.
– Сергей Рудзинский искал не по Чехову «новые формы», он искал свое лицо – искал новый, неординарный театр, в котором сочеталось многое, – рассказывает актриса Татьяна Казакова. – Новая драматургия высочайшего уровня, режиссеры, не боящиеся новых подходов к режиссуре, актеры, которые многое могут... Ведь так хотелось отойти от рутины 80-х...
В этот вечер в театральном фойе были выставлены экспонаты будущего театрального музея: переданные мамой Сергея Ларисой Николаевной семейные альбомы, дипломы об окончании вузов, партийный билет (не мог же худрук быть беспартийным!), пожелтевшие газетные вырезки, пишущая машинка, настольная лампа…
Татьяна Казакова надеется, что музей станет не только местом сохранения памяти, но и территорией живого общения думающих, образованных людей, где проводятся встречи, беседы, прослушивания:
– Хотелось бы создать здесь своеобразную дворцовую академию – по образцу академии Карла Великого, где велись научные споры, устраивались состязания поэтов и музыкантов... Пусть наш музей будет живым…
Сергей Рудзинский ушел внезапно, в 39 лет. Всего четыре года отпустила ему судьба на работу в Его театре. Но у него остались соратники и друзья. И театр, который он создал.
