«Капитан воздушных фрегатов»

«Капитан воздушных фрегатов»

Дата публикации 20 апреля 2016 09:14 Автор Светлана Васильева

Имя выдающегося поэта Леонида Мартынова навсегда связано с газетой «Омская правда».

Из своих 75 лет он 40 прожил в родном городе. С 1935 года и во время войны в нашей газете печатались его стихи и очерки. И – из песни слова не выкинешь – в редакции он пережил горькие минуты незаслуженной хулы.

Читатель и фантазер

Леонид Мартынов родился в 1905 году в день святителя Николая Вешнего, был сыном Николая, крестился в Свято-Никольском казачьем соборе (под сенью знамени Ермака, отмечал поэт) и жил на Никольском проспекте (ныне улица Красных Зорь).

Св. Николая считало своим небесным покровителем сибирское казачество. И казачьими приметами густо была наполнена окружающая действительность. Родная улица одним концом упиралась в Казачий сад, другим – в Казачье кладбище. Казачий рынок – тоже неподалеку. Мама поэта до замужества учительствовала в казачьей станице. Юного Леонида восхищали офицерские казачьи песни, а местом притяжения стала казачья библиотека. А еще был Великий сибирский железнодорожный путь, изученный досконально от Челябинска до Канска благодаря постоянным поездкам в служебном вагоне с отцом – техником путей сообщения. «Пыльно–снежное паровозно–пароходное зауральское бытие» удивительным образом воспитало человека с фантазией, который «думал и делал не по правилам, читал, что не велено, рисовал, как нравится». Тогда, в бурлящие 20–е, творческую молодежь города, открывавшую смелые выставки и шумные литературные вечера, называли «омские озорники». Они мечтали о светлом будущем, жили этой мечтой. Но молодому Мартынову мало было одной компании. Его тянуло и к старой омской интеллигенции, в круг образованнейших людей, куда большинству сверстников не было пути.

А внешний образ молодого Леонида Мартынова сочно описал в своих воспоминаниях поэт Виктор Утков. Когда–то в детстве Мартынов, стесняясь собственной упитанности, создал для себя программу физических упражнений – с купанием в Иртыше до заморозков. И вот каким красавцем увидел его Утков в возрасте за 20 на профессорской яхте «Шалунья» в любимой и воспетой Мартыновым водной стихии: «Он стоял у мачты, держась за ванты, в одних трусах, бронзовый от загара, стройный, светловолосый. Пожалуй, для нашего тогдашнего идеала мужчины он был тонковат, но стройность и соразмерность всей фигуры, гордая постановка головы и какое–то непередаваемое изящество его облика на фоне белоснежного паруса яхты искупали недостаток мускулатуры».

Ветер странствий

Его прадед был офеней–книгоношей из Мурома, который дошел до Сибири и долго по ней странствовал. Тяга к путешествиям и смене впечатлений была, видимо, родовой чертой. «Все 20–е годы для меня прошли в скитаниях, – написал в воспоминаниях поэт. – Я поехал в Москву, мечтая о литературном образовании, но вскорости оказался в балхашской экспедиции Уводстроя, затем нанялся сборщиком лекарственных растений на Алтае, затем некоторое время был сельским книгоношей, затем летал над Барабинской степью на агитсамолете, затем искал в этой степи остатки мамонтов, переходил пешком Казахстан по трассе будущего Турксиба, участвовал как газетный корреспондент в торжествах по случаю открытия этого железнодорожного пути, выяснял, почему в Тарском урмане происходят лесные пожары, писал о строительстве совхозов Зернотреста и т. д., и т. д. При этом я писал стихи...». Столь активную жизнь прервал приговор.

Членов сибирского литературного объединения «Памир» обвинили в апологии Колчака, областничестве, антисоветизме, сибирском империализме и даже русском фашизме. Попытка Леонида Мартынова объяснить следователю на Лубянке романтический аспект мечты о будущем Новой Сибири – «сердца евразийского материка», не имела успеха. В обвинительном заключении Мартынову ставится в вину даже то, что «сотрудничал при Колчаке». В 14–то лет!

Чему учит консультант?

Из трехлетней ссылки в Вологду Леонид Мартынов вернулся в Омск в 1935–м. Писатель Сергей Залыгин вспоминает, как в студенчестве работал в «Омской правде» очеркистом. На той же должности в редакции состоял и Леонид Мартынов: «Боже мой, какие дежурные очерки писал я и какие необыкновенные – он!».

Мартыновские очерки – это материалы в газету, написанные поэтом, с сохранением интонации рассказчика, с особенными словечками. Он и темы выбирал необычные. Например, написал о спасателе, который не умеет плавать, посвятил очерк горожанке, которая держит корову, – это была типичнейшая ситуация в старом Омске, даже в центре слышно было мычание. Его героем стал старик кузнец, который просил у Калинина квартиру поближе к заводу, «а то без кузнечного стуку он лишится сна». Нет бы писать об ударниках пятилеток, а он – о старике, о женщине с коровой...

«И ругали его на редакционных летучках, – свидетельствует Сергей Залыгин, – и чего только он пишет? Где выкапывает?... А ведь Мартынов очень не любил, когда его ругали, переживал и маялся, я это точно знаю. Он в эти минуты сильно краснел, почти не отвечал на замечания и смотрел в потолок. Потом спрашивал: «Все?» – «А вам мало, что ли?» – «Значит, все... Я могу уйти». Вставал и уходил. И всем присутствующим становилось как–то не по себе».

Но эти летучки были еще безобидны. Наступало время собраний на политические темы, начинавшихся сразу после работы и оканчивающихся за полночь. (Вот отчего, видимо, журналисты считались очень занятыми людьми, хотя писали мало.)

 27 августа 1936 года – открытое партсобрание в «Омской правде», посвященное осуждению «троцкистских бандитов». 31 августа в «Молодом большевике» появляется разоблачительная статья «Троцкистское гнездо в омском ОГИЗе». В ней припоминается участие Мартынова в литобъединении «Памир». Вывод: «В результате годовой «деятельности» Мартынова омский ОГИЗ не смог вырастить ни одного молодого поэта, писателя...». Через день – обсуждение статьи на собрании в «Омской правде». Директор книжного издательства И. Н. Попов пытается заступиться за поэта. Его одергивает председатель месткома редакции А. М. Скрипченко: «Товарищ Попов... считает, что раз эти чуждые люди отбыли ссылку, наказаны, то они теперь безобидны. Не такая сейчас обстановка». Ему вторит директор типографии С. С. Сенкевич: «Пругер, Мартынов и другие имеют плохое прошлое, и неизвестно, не маскируют ли они сейчас свою контр­революционную работу».

Временно замещающий должность редактора газеты И. И. Шацкий говорит, что Мартынов начинал как кулацкий поэт. Это совершенная ложь, Мартынов – горожанин, он далек от сельской темы. Но обвинение прозвучало.

Через год арестуют Шацкого. А перед арестом его ретиво обличали подчиненные...

Новые подозрения

Леонид Мартынов не воевал. Сотрудничал с литчастью эвакуированного в Омск Театра имени Е. Вахтангова. В сентябре 1943 года был призван и определен на подготовку в Омское пехотное училище. Но в 1944–м на тактических занятиях повредил ногу и был комиссован.

С первых дней войны в «Омской правде» публиковались его патриотические стихи. Леонид Мартынов был первым из омских писателей, откликнувшимся на грозные события в жизни страны стихотворением «За Родину!». Поэта вдохновляли значительные события на фронте. Стихотворение Леонида Мартынова «Народ–победитель» в 1945-м звучало повсюду. Его опубликовали все районные газеты Омской области. Стихотворение было подхвачено как ответ на симоновское «Жди меня», как венец темы ожидания – возвращение.

За годы Великой Отечественной вышло пять книг поэта. Он вместе с художником Кондратием Беловым выпускал яркие «Окна сатиры». Тем обиднее новые обвинения в аполитичности, уходе от действительности. Поэту пришлось оправдываться: «Тема о потерянном и вновь обретаемом Лукоморье стала основной темой моих стихов и в дни Великой Отечественной вой­ны, войны с фашизмом. Где бы я ни был в то время – в затемненной Москве, в освобожденных районах за Волоколамском, в глубоком тылу, где работали на оборону эвакуированные заводы, – я повествовал, как умел, о борьбе народа за свое Лукоморье, за свое счастье». Кстати, одно из самых известных стихотворений Леонида Мартынова «След» написано в 1946 году.

Поэта избивали хлестко и методично. Во втором номере журнала «Сибирские огни» за 1947 год вышла большая рецензия «На ложном пути» на сборник стихов Леонида Мартынова «Эрцинский лес». Самые мягкие формулировки в этой публикации: «стихи выглядят как безыдейные, легковесные упражнения автора», «сборник – апофеоз упадочнической поэзии». Автору «рецензии», видимо, пришлось потрудиться, придумывая много разных слов, выражений и примеривая ярлыки. Автор постарался на славу, нанизывая грехи на шампур: «эгоцентризм», «мотивы декаденщины», «идейная деградация», «зовет в сумерки прошлого». Вывод в последней фразе: «Эрцинский лес» не вооружает, а разоружает идейно советского читателя».

Статья в журнале была одним из эпизодов кампании против Мартынова. Приказано было обсуждать партийное постановление, посвященное Зощенко и Ахматовой, и выявить местных безыдейных авторов. Сказано – нашли Мартынова «для примера». Были и собрания в «Омской правде», и справка о работе ОГИЗа, издающего «политически вредные» произведения. И заседание по этому поводу бюро обкома, где первый секретарь говорит, у нас–де в области 65 героев, а ОГИЗ не думает об этом, Мартынов с его «Лукоморьем» увел руководство в сторону. Да и переводы Мартыновым иностранных поэтов Вийона, Рембо, Ронсара являются вредными и тенденциозными.

Просто Поэт

Мартынов не ответил хулителям. Он уехал из Омска навсегда в Москву, где поселился по адресу: 11–я Сокольническая, 11, кв. 11, в 11–метровой комнате коммунальной квартиры без телефона. Один из крупнейших поэтов XX века жил в таких условиях с женой, тещей и привезенным из Омска котом. В Москве, бывало, в его адрес повторяли омские пассажи. Так, например, Вера Инбер как–то высказалась о том, что Леониду Мартынову с нами не по пути. И 10 лет поэта не печатали. А когда в 1966–м его циклы стихов «Мгновенье» и «Первородство» были представлены на соискание Ленинской премии, в Комитет по премиям и в ЦК КПСС пришли «приветы из Омска» – письма с протестом против присуждения премии «политически незрелому» автору.

У Леонида Мартынова была ранимая душа, но он сумел, справившись с болью, беззлобно пережить перипетии многолетней травли. Он стал лауреатом и орденоносцем. Только литературным начальником никто никогда не мог его представить. «Служебный кабинет, а в кабинете – Мартынов? Нет, это невозможно, – вспоминал Сергей Залыгин. – Да он и сам, конечно, удивился бы страшно, если бы кто–то вдруг предложил занять ему ту или иную руководящую должность».

Его «оторванную от советской действительности лирику» литературоведы давно причислили к философскому направлению русской поэзии, ведущему начало от Ломоносова. Андрей Вознесенский очень хорошо сказал о Леониде Мартынове: «Хранитель огня, пустынник XX века, далекий от литсуеты, он уединялся в свою крупноблочную пещеру, окруженный собраниями драгоценных камней и фолиантов. В нем отстаивалось время...Бессребреник, он был рожден для поэзии и жил ею. Самостью ее. Он мыслил рифмой... Мартынов своим присутствием ограждал поэзию от банальщины».

Распечатать страницу

Материалы свежего номера

Тема номера

Ремонт ко двору

Ремонт ко двору

В Омске стартовал масштабный проект ...

К 100-летию «Омской правды»

Летопись века

Летопись века

В нашем редакционном архиве мы случайно обнаружили ...

Информбюро

Автобус за пять минут,

Автобус за пять минут,

В Омске появится новая маршрутная сеть, ...

Власть

«Обеспечить старшему поколению достойную жизнь»

«Обеспечить старшему ...

Правительство Омской области и ветеранские ...

Экономика

Городу поставили диагноз

Городу поставили диагноз

Омичи обсудили возможности для ...

Политакцент

Сергей Грушичев: «Жителям Левобережья нужен депутат, который будет отстаивать их интересы»

Сергей Грушичев: «Жителям ...

О новых принципах работы партии власти, отношении к ...

Социум

Надбавка за детей

Надбавка за детей

Кому выгоден перерасчет пенсии?

Строительство

Ремонт ко двору

Ремонт ко двору

Омске стартовал партийный проект «Городская ...

Культура

Праздник на нашей улице

Праздник на нашей улице

Пешеходный Любинский проспект может стать новой ...

Наследие

История не из учебника

История не из учебника

В начале 1717 года из России приглашается в Тобольск ...

Спорт

В шаге от «регулярки»

В шаге от «регулярки»

«Авангард» готовится к «гладкому» чемпионату КХЛ ...

Здоровье

Андрей Стороженко: «Омская медицина  получит еще 140 миллионов на развитие санитарной авиации»

Андрей Стороженко: ...

Об этом зампредседателя областного правительства, ...

Актуально

Вот зараза!

Вот зараза!

Мифы и факты об африканской чуме свиней.

Спецпроекты

Юрий Тетянников: «Единая Россия»будет следить за вредными выбросами в атмосферу»

Юрий Тетянников: «Единая ...

Гость общественной приемной пообещал читателям ...

Правдивая история

«Свежий номер с частицей моей души»

«Свежий номер с частицей ...

18 лет в «Омской правде» работала легенда омской ...

Добавить комментарий
Загрузка...

Блоги

Виктория Богданова

Виктория БогдановаПроизводитель одежды, креативный директор бренда MacushkaОмск может претендовать на звание столицы российского дизайна

Если спросить омичей, что они знают о легкой промышленности в ...
Заборских Александр

Заборских АлександрТот случай, когда гонзо-журналистика - единственный оптимальный видСходка омских анимешников, или Срочная фрисби-реанимация

В среде молодежи всегда были альтернативные течения. Это уже ...
Белкин Евгений

Белкин ЕвгенийИТ- обозреватель, техноблогерНемецкий рейс: репортаж из 1990-х

Первый пассажирский авиарейс из Омска в Германию был выполнен ...

Все авторы блогов