Продолжаем конкурс читательских писем
«Уважаемая редакция! Я, коренная омичка, хочу рассказать о любимом городе, о том, каким он был во времена моего детства и юности. Родилась я и жила до 1946 года на улице Коммунистической, где нашими соседями были семьи Бобылевых, Нартовых, Савицких, известные в Омске. Это были интеллигентные и очень культурные люди, приехавшие к нам из Ленинграда. Семь классов я окончила в школе №10 на улице Красногвардейской. Школа находилась в старинном бревенчатом двухэтажном особняке с большими высокими окнами, парадным и черным входом. Здесь учились только девочки. Математику, иностранный язык и географию преподавали учителя, получившие образование до революции. Начиная с четвертого класса в школе были переводные экзамены. Прописи, буквари, учебники нам выдавали бесплатно. После окончания учебного года их сдавали в библиотеку. Мы тогда знали почти всех соседей. По пути в школу стояли дома, где жили семьи юриста Злацковского, врачей Бугаева, Ласкова и Зарницына, художника Белова. Моя сестра долгие годы дружила со старшей дочерью Кондратия Петровича – Галиной. Я часто бывала с сестрой в их доме, хорошо знала и Веру Кондратьевну.
У Беловых была очень дружная и гостеприимная семья. Их дом стоял напротив старого здания 66-й школы, рядом с садом Сибзавода, где летом проводились смотры художественной самодеятельности и прослушивание хоров. Готовились к выступлениям сестры Беловы, моя сестра и их подруги всегда у Беловых: гладили платья, фартуки, ленты. В то время хоровые смотры становились настоящим праздником и для зрителей, и для его участников. Самым главным и зрелищным всегда было выступление сводного хора под руководством Елены Калугиной.
В 1946 году наша семья переехала на улицу Чапаева – в дом, на месте которого сейчас стоит здание Пенсионного фонда Омской области. Дом до революции принадлежал булочнику. В одной из четырех квартир стояла огромная русская печка с большим котлом. Как рассказывали старожилы, в этом котле варили баранки и сушки. Нужно отдать должное, что не только наш дом, но и все дома того времени от Тарской до Орджоникидзе были построены до революции, имели прекрасные и красивые дворы, где было много сирени, яблонь, черемухи, акаций, георгинов, вьюнов, астр, других деревьев и цветов. В некоторых домах был задний двор с сараями, сеновалами, а также грядками с овощами. Детьми мы помогали нашим мамам их поливать. Воду носили в ведрах на коромысле от стадиона «Динамо», где ее покупали в каменной будке. За один вечер приходилось ходить за водой и стоять в очереди по нескольку раз. Поэтому мы очень обрадовались, когда на углу улиц Тарской и Чапаева открыли водокачку.
С новой водокачкой наша жизнь стала веселее: времени для игр и развлечений оставалось больше. В детстве мы очень любили купаться и загорать. По вечерам со взрослыми ходили купаться на Зеленый остров. Днем убегали на пляж у стадиона «Динамо». Зимой на стадионе заливали каток. Он был прекрасно освещен. Здесь играла музыка и стояла теплушка, где можно было погреться, сдать на хранение верхнюю одежду, взять напрокат и наточить коньки. С нами на каток ходил Владислав Дворжецкий. С мамой Таисией Владимировной и бабушкой он временно жил в маленькой холодной комнатке в квартире моей подруги. С Владиславом мы дружили до его отъезда из Омска к отцу. Он был хорошим рассказчиком, выдумщиком и очень любил спорить. Однажды на спор с сыном актрисы драмтеатра Володей Головиным спрыгнул с ворот высотой три метра. Переехав в Театральный переулок, Владик не перестал с нами общаться. Приходил к моей подруге и после того, как вернулся от отца в Омск. Я тогда уже училась в мединституте, а Дворжецкий поступил в медучилище. В свою комнатку на улице Чапаева в последний раз он приходил в 1965 году.
На углу улиц Интернациональной и Красный Путь в середине прошлого века находился Дом пионеров, а рядом с ним Сад пионеров. Считаю, что Дом пионеров был украшением улицы Интернациональной. Жалко, что это здание, как и многие другие, потом снесли.
А вот еще одна интересная деталь. На здании драмтеатра в те годы был установлен репродуктор, по которому транслировали концерты оперных и эстрадных певцов, шли литературные передачи. Любимых артистов мы узнавали сразу. Любинский проспект того времени тоже сильно отличался от современного. Его проезжая часть была выложена булыжником до Ильинской горки, а пешеходная – красным кирпичом с кладкой из черепицы. Кирпичи были вытоптаны до углублений в них. Напротив Ильинской горки была лодочная станция: омичи очень любили кататься на лодках. На самой горке стояло оставшееся здание из церковного ансамбля, в котором находилось речное училище. Позже здание снесли, а на его месте установили поклонный крест. Впрочем, то, как использовались старые дома, это отдельная история, которую помнят, пожалуй, только старожилы. Многие знают, что, к примеру, в особняке купца Батюшкина была резиденция Верховного правителя России А.В.Колчака, а до того, как в нем открыли Центр изучения истории Гражданской войны, был архив ЗАГСа. А я еще помню то время, когда в нем располагался костно-туберкулезный детский санаторий. Дети зимой и летом спали в нем на крытой веранде, выход из которой вел в большой с беседками сад.
Хочу признаться, что всегда очень любила свой город. Никогда не хотела из него уезжать. Так и получилось, что детство, юность, молодость – вся жизнь связана с людьми и улицами родного Омска.
Людмила Ивановна Перминова».
