Леонид Шароха отлично владел пишущей машинкой и снабжал свои «экзотические» тексты фотографиями, сделанными на разных полушариях Земли.
Леонид Иванович Шароха – удивительный человек. Его личность была переполнена многочисленными талантами. Оцените-ка: ведущий солист Омского русского народного хора, гениальный частушечник, виртуоз-балалаечник, артист-рассказчик и, наконец, неутомимый репортер, вооруженный хорошей памятью и фотоаппаратом. И особо подчеркну: Шароха – репортер «Омской правды». Он внес особо ценный репортерский вклад, ибо объехал Землю-матушку не раз, и не два!
Первый раз он уехал далеко от родного дома, когда пришло время надеть солдатскую форму и спешить на Дальний Восток – воевать с японцами. Ну и с фашистами ему пришлось встретиться, вернее, с варварскими следами их нападения на нашу страну: Леонид Шароха с товарищами по оружию участвовал в восстановлении разрушенного Сталинграда. Правда, ему приходилось строить кварталы на новом месте: центр Сталинграда был разрушен до основания. Я был в Сталинграде уже в 1960 году, но в бывшем пекле великой битвы нашел только дом Павлова и универмаг, где был пленен фельдмаршал Паулюс. А «новый Сталинград» был далеко, на горизонте.
Вернувшись из тех странствий, Шароха стал выбирать дело, так сказать, на всю оставшуюся жизнь. Как-то он случайно наткнулся на объявление: филармония приглашала самодеятельных артистов в Омский народный хор. Леонид Иванович в тот момент испытал неожиданное волнение: голова закружилась и ноги дрогнули – и это у солдата с боевыми наградами! Но что делать: человек свою судьбу решал! И пошел он на прослушивание, где «петуха не пустил», а запел про Ермака, сидевшего на диком бреге Иртыша, так громко, что администратор хора «возвел очи к небу»: откуда мол такой громовержец?! Но организатор хора Елена Владимировна Калугина приветливо улыбнулась солдату: мол, наш человек!
И началась незабываемая жизнь.
– Вот ты сам обмозгуй ситуацию, – рассказывал мне Шароха. – В области не было домов культуры, беда: выступать приходилось в неприспособленных помещениях. Только представь: зрителям негде сесть, а певцам не хватало воздуха – теснотища! Отдыхали, устраиваясь на полу, рядом – не повернуться, забирались на душные полати. Но терпели: хотелось быстрее войти в творческую форму, а зрители так истосковались по песне, что терпели все, даже, не попав в помещение, слушали хор на морозе. Заметь, двери были открыты настежь, чтобы народ не задохнулся. Во как!
Ну а потом стало еще сложнее: вся страна, а позднее и зарубежье захотели послушать русские народные песни и посмотреть красочные сибирские танцы, да еще с участием «медведя», в шкуру которого чаще всего забирался именно Шароха. И вот, смотрите: подготовив новую программу, показав ее землякам, хор исчезал из города на два-три месяца, а порой, бывало, и на полгода. И нередко об этих фантастических поездках омичи узнавали из писем – репортажей Леонида Ивановича: он их присылал в редакцию из дальнего далека.
Как-то я беседовал с художественным руководителем коллектива, народным артистом СССР Г. Н. Пантюковым:
– Все думают, что главная моя забота – музыка к песням, раскрытие талантов наших звезд... Все так, но главное, о чем я думаю, беспокоюсь утром, – здоров ли Шароха?
Я не понял. И Георгий Николаевич прояснил ситуацию:
– На дальних гастролях всякое может случиться. Не дай бог, заболеют несколько певцов, а их номер идет 15 – 20 минут. Что делать? Бывало, что часть багажа где-то притормозила железная дорога, и из программы выпадает танец. Кошмар! В таких аварийных случаях у меня вся надежда на Леонида Ивановича. Он один может занять публику на час. У Шарохи есть частушечная программа с балалайкой. Кроме того, Леонид Иванович может подарить слушателям цикл песен на стихи Сергея Есенина. Да, на шароховскую музыку.
Еще один секрет популярности Шарохи – он никогда не отказывался от выступлений в домах отдыха и профилакториях предприятий. Рассказчиком был он первоклассным и мог артистически воспроизвести самые любопытные случаи из своей вместительной «картотеки впечатлений». Я не раз бывал на таких его шоу-экспромтах, хорошо их помню...
Он отлично владел пишущей машинкой, а потом снабжал свои «экзотические» тексты фотографиями, сделанными на разных полушариях Земли. И, не имея конкурентов в этом «жанре», Шароха стал постоянным автором «Омской правды». Ну, а впоследствии отважно сел за книгу не только о своей работе, но и о вкладе творчества хора в сокровищницу культуры области страны. И здесь его тоже ждала удача.
Он умел все! Только одно ему не удавалась – он не умел писать коротко. И не мог сдерживать себя, когда видел и слышал чиновников, небрежно судящих о народном творчестве. На помощь Шарохе пришла журналист «Омской правды» Тамара Леонидовна Саблина. Они с удовольствием работали вместе и создавали прелестную книгу о путешествии с песней – «Пока крутятся колеса». Книга издана несколько раз.
В его скромной квартирке на стене висит широкополая мексиканская шляпа. Когда Шароха ее надевал, с ним хотелось разговаривать по-испански. И я не шучу... В 60 – 70-е годы руководство Министерства культуры очень скупилось при возведении артистов в ранг залуженных, народных. И когда Леонид Иванович стал заслуженным артистом РСФСР, он был чрезвычайно рад. В это время Людмила Георгиевна, народная артистка СССР, пригласила «Леню» в свой коллектив. И не случайно: в свое время на творческих конкурсах Шароха выступал с нею на равных. (На его парадном пиджаке всегда был лауреатский знак.) Но нашлись противники прекрасного союза: «Ну зачем два медведя в одной берлоге?!». И дуэт не сложился. А жаль.
Но он так и остался корреспондентом «ОП». Посмотрите на фото: Леонид Иванович – наш человек. Правда?
