Раиса Паульс отработала в киноиндустрии свыше сорока лет. На ее глазах самое массовое искусство проделало гигантский путь от узкопленочных черно-белых фильмов к «цифре».
Кричали: «Сапожник!»
В ее детстве поход в кино становился событием.
– Это было такое счастье – в выходной с утра пораньше отправиться в Дом культуры, где крутили фильмы! Сеанс, допустим, в два часа. А ты уже в одиннадцать топчешься возле кассы, ожидая, когда начнется продажа билетов. Залы тогда были набиты битком. И, помню, мы, ребятня, лежали на полу перед экраном, – рассказывает Раиса Сергеевна.
Но о том, что кино станет делом всей ее жизни, она тогда и помыслить не могла. Все вышло как-то само собой. Раиса рано осталась без родителей. В 17 лет уже трудилась на заводе. Потом за компанию с подружками отправилась поступать в ПТУ. Там выучилась на киномеханика. С этого и начался ее путь в профессии.
– Я тогда жила в Приморье, в одном из райцентров. А населенные пункты, которые мне дали обслуживать, находились на периферии, где не было стационарных киноустановок. Все нужно было возить с собой. И аппаратуру, и коробки с пленками. А один фильм весил, между прочим, килограммов десять, – вспоминает Раиса Паульс.
При этом специальным транспортом сельских киномехаников не обеспечивали. Ездить приходилось рейсовым автобусом. Благо работала Рая не в одиночку. Ей в помощники дали мужчину, который и отвечал за перенос тяжестей. Но все равно разнообразных приключений на долю молодого специалиста выпало немало.
Если фильм оказывался длинным, кинопрокатчики могли опоздать на автобус. Тогда им приходилось обратный путь проделывать пешком. Или проситься на ночлег к кому-то из местных.
Во многих клубах электричества в то время еще не было. И киноаппаратуру приводили в действие с помощью бензинового движка, который, бывало, никак не желал заводиться.
Пленка в ходе фильма часто рвалась. Ведь селянам обычно доставались ленты, до этого долго крутившиеся на других экранах и не раз подвергавшиеся склейке. Публика в таких случаях вела себя весьма эмоционально. Начинала топать, свистеть.
– Ты, естественно, переживаешь. А тебе кричат: «Сапожник»! Было очень обидно, – улыбается тем переживаниям Раиса Сергеевна.
Перед глазами – целая эпоха
В 1962 году вместе с мужем Раиса переехала в Омск, где ей предложили место киномеханика в кинотеатре «Победа» (сегодня это Свято-Никольский казачий собор). А дальше ее карьера складывалась так. Составитель программ в городской дирекции киносети. Методист, потом начальник отдела, потом – заместитель директора областного кинопроката по репертуарному планированию. Удостоена званий «Почетный кинематографист России», «Заслуженный работник культуры РФ». Она подчеркивает: ее жизнь в кино удалась.
– За период моей деятельности столько всего произошло, так все поменялось, что кажется, прошла целая эпоха, – рассуждает Раиса Сергеевна. – Когда я начинала работать, фильмы снимали на узкую 16-миллиметровую черно-белую пленку. Потом стали делать картины в цвете. Появился широкий формат. А однажды в Москве на ВДНХ я впервые увидела кругораму – панорамное кино с 360-градусным обзором и стереозвуком. Это было поразительно. Теперь фильмы с эффектом полного погружения – дело уже привычное. И вместо киноленты используется цифровой носитель, благодаря чему один киномеханик может обслуживать сразу несколько залов. Вот как далеко все шагнуло.
Идеологический фронт
В СССР в 1970 – 1980 годы кино пользовалось огромным спросом. Только в Омске работали 13 кинотеатров и 20 Дворцов культуры, где тоже организовывались киносеансы. На селе же киноустановки стояли в каждом клубе. И директора колхозов и совхозов соперничали друг с другом, чтобы приобрести лучшую аппаратуру.
Раиса Сергеевна подчеркивает: киноиндустрия тогда являлась сферой идеологической. Государство использовало кино как инструмент воздействия на умы и души людей. Но в то же время отрасль обязана была приносить прибыль.
С учетом этих двух задач и выстраивался репертуар кинотеатров. Любой сеанс начинался с показа документальных фильмов, рассказывавших о достижениях в советском сельском хозяйстве, строительстве, спорте, здравоохранении. Киножурналы, посвященные особо важным с точки зрения идеологии вопросам, «привязывали» к наиболее ярким фильмам – чтобы тема наверняка «выстрелила». В обязательном порядке в календарные планы включалось определенное количество удлиненных сеансов: когда хроника длилась не менее получаса. Также устраивались специальные показы к «красным» дням календаря, всенародные премьеры и другие акции.
Премьерные ленты в приоритетном порядке получали кинозалы так называемого «первого экрана», где за счет выгодного местоположения и более комфортных условий высокая посещаемость была гарантирована. Однако случалось, что на все главные кинотеатры фильмокопий не хватало – их количество для каждого региона определяли по разнарядке в Государственном комитете по кинематографии. А каждому директору нужно было делать план. Поэтому давали по одной фильмокопии на два кинотеатра. И начало киносеансов сдвигали таким образом, чтобы можно было передавать фильм частями туда-обратно.
Особой любовью советского зрителя пользовалось индийское кино, погружавшее в красивый мир сказки. Но деятельность кинопрокатчиков оценивалась прежде всего по количеству посещений российских лент. Поэтому директорам кинотеатров, чтобы заработать для своего коллектива премию, приходилось порой идти на хитрость: искусственно завышать кассовость российских лент, занижая процент посещаемости зарубежных. Особенно все старались преувеличить успех идеологически значимых произведений. Впрочем, в тот период выходило немало прекрасных российских картин, успех которых не нужно было намеренно раздувать. Люди ходили на них по нескольку раз, и до сих пор они любимы зрителем.
Про «клубнику»
Но и зарубежные фильмы били рекорд за рекордом. Оглушительным успехом в 1980 годы пользовался японский фильм «Легенда о Нарайяме». Раиса Сергеевна рассказывает, что молодежь занимала очередь за билетами в четыре утра. А ветераны приходили и требовали разместить их в зрительном зале на льготных основаниях. Картина повествовала об угнетенном положении трудового крестьянства Японии. Наверное, поэтому цензура ее и пропустила. Но, кроме того, в фильме было несколько пикантных сцен, а наш народ эротикой тогда избалован не был. Вот и валил в кинотеатры толпами.
Потом наступили рыночные отношения, и региональные кинопрокатчики получили право самостоятельно приобретать фильмы на кинорынке. В том числе зарубежные. В этот период на наши киноэкраны наряду с качественными иностранными лентами хлынул поток низкопробных картин. Дело в том, что нередко зарубежные фильмы предлагались российским дистрибьюторам пакетами: к хорошей картине прилагалась какая-нибудь пустышка.
– Например, в нагрузку к фильму «Красотка» шел какой-то очень слабенький фильм, который можно назвать рекламой нижнего женского белья, – рассказывает Раиса Паульс.
После того как он вышел в показ, в контору областного кинопроката позвонила рассерженная мама молодого человека, посмотревшего этот фильм. Мол, как вы допускаете подобные вещи!
Сегодняшнего зрителя милашками в белье уже не удивишь, он и не такое видел. Да и сам игровой кинематограф стал совершенно другим. Появилась масса спецэффектов, позволяющих создать на экране самые фантастические образы. А вот душа, сокрушается Раиса Сергеевна, из фильмов ушла.
