«Незримый бой» Петра Галушко

«Незримый бой» Петра Галушко

Дата публикации 30 мая 2012 11:16

«Криминал-экспресс» открывает серию публикаций о работе омской милиции в годы Великой Отечественной войны. О тех, кто охранял покой на омских улицах в глубоком тылу, к сожалению, мало что известно.
«Криминал-экспресс» открывает серию публикаций о работе омской милиции в годы Великой Отечественной войны. О тех, кто охранял покой на омских улицах в глубоком тылу, к сожалению, мало что известно. Омской милицией в те годы руководил Василий Иванович Галкин. Все в это время было подчинено интересам фронта, повысились требования к личному составу, увеличился объем работы. При этом сотрудников не хватало: многие милиционеры ушли на войну. Ушедших на фронт мужчин заменили женщины, во время войны женщин среди сотрудников милиции было 42,5 процента личного состава.

Петру Константиновичу Галушко, проработавшему в омской милиции с 1935 по 1961 год, 29 июня исполняется 100 лет. Несмотря на преклонный возраст, память его не подводит, он передал в музей Управления МВД по Омской области свои воспоминания «Работа по раскрытию уголовных дел», на страницах которых выпукло запечатлено то нелегкое и непростое время. Фрагменты его воспоминаний мы решили предложить вниманию наших читателей.

«Чьи вы, хлопцы, будете?»
У каждого человека есть своя малая родина. Петр Галушко родился в маленьком белорусском селе Мхиничи в Могилевской области десятым ребенком в многодетной семье. Его отец Константин Ефимович работал бурлаком, повредил ногу, поэтому и не взяли его ни на Первую мировую, ни на Гражданскую войну. Закончив четыре класса церковно-приходской школы, Петр начал работать сначала на своих десятинах, а потом в колхозе. Так бы и стал крестьянином, как многие поколения его предков, но в начале 30-х в село пришел голод, вот и подался он со старшим братом в Донбасс.

- В городах тогда продукты давали по карточкам тем, кто работал, - вспоминает Петр Константинович. - А в сельской местности ничего не давали, жили, кто как сможет. На Украине и в Белоруссии люди вымирали целыми селами. На шахте я работал забойщиком, вручную рубил уголь, норма была семь кубометров за шесть часов. А летом 1933-го с братом Павлом приехали в Иркутскую область в село Большие Халты к своим землякам с целью изучения возможности переезда туда всех наших родственников.

В Сибири Петру не понравилось - очень много гнуса, спасаясь от которого, местные жители намазывались дегтем и соляркой. Начал копить деньги на возвращение в Донбасс, но в феврале 1934 года его призвали в Красную армию, служить пришлось в Омске в 217-м стрелковом полку. Как он вспоминает, «трудностей во время службы в армии я не испытывал. После трех лет работы в шахте для меня армейская нагрузка была просто забавой».

На охране правопорядка
Демобилизовавшись, Галушко решил остаться в Омске и устроился в военизированную охрану МПС. На дежурство охранникам выдавали оружие - револьверы системы наган. Из его воспоминаний: «Тогда было введено такое правило - когда прибывал пассажирский поезд, весь дежурный наряд из 3-4 человек выходил на перрон, становились на одной линии на определенной дистанции по стойке «смирно», руку под козырек фуражки - отдавали честь машинисту и пассажирам. Смотрелось это красиво и призывало к порядку. Наша команда поддерживала общественный порядок на железнодорожном транспорте, имела право вести дознание. На железнодорожном транспорте милицию создали по приказу наркома НКВД от 26 июля 1937 года».

Еще до того, как Галушко превратился из охранника в милиционера, ему пришлось испытать первую схватку с преступником. В начале сентября 1936 года на железнодорожном вокзале стрелки, охранявшие вагоны с ценным грузом, за хищение задержали молодого парня крепкого телосложения, который в ходе задержания ударил одного охранника. Его доставили в оперативный пункт, но он выскочил из комнаты и побежал в сторону клуба Лобкова. Вот что было дальше: «Я - за ним, на ходу сбросил шинель, шапку, а беглец удалялся и петлял по кварталам улиц Ленинских. Я два раза выстрелил в воздух, он на это не отреагировал. Было раннее утро, когда добежал до очередного поворота за угол, увидел, что беглеца на улице нет. Наугад определив усадьбу, где он мог скрыться, я перелез через забор. Сначала решил проверить в сарайчике. Как только вошел в помещение, беглец напал на меня сзади, пытался выхватить оружие. Во время схватки я прострелил ему руку, но его это не остановило. При повторном нападении я ударил его револьвером по голове, после чего мое оружие вышло из строя, но вскоре на помощь прибыл мой напарник. В ходе расследования было установлено, что задержали мы преступника, который был осужден за грабеж на 10 лет, но, просидев несколько месяцев, бежал из колонии. На мой вопрос, с какой целью напал на меня, признался: «Хотел обезоружить, убить и скрыться, но просчитался». Его осудили по новой статье на длительный срок».

Как вспоминает Петр Галушко, 7 ноября 1937 года к 20-летию Великого Октября в Омске впервые было открыто трамвайное движение. Это было большим достижением, ведь до этого приходилось ходить пешком или ездить в фанерных салонах, поставленных в кузова грузовых машин. Но и этот большой революционный праздник не обошлось без происшествий: «Из столовой № 35, называемой фабрикой-кухней, позвонили и попросили унять двух нетрезвых хулиганов, которые устроили там погром. Раньше меня туда прибыли на лошадях два работника милиции из третьего отделения. Преступники оказали сопротивление - одному оперу хулиган порезал руку, второй отступил. У дверей столовой собралась большая толпа, я растолкал зевак, прорвался в зал и, воспользовавшись тем, что преступник с ножом повернулся ко мне спиной, атаковал его сзади и свалил. С помощью работника милиции хулиган был связан, а с другим рабочие справились сами, даже «подбросили» ему для порядка».

В 1938 году хорошо зарекомендовавший себя на службе Галушко был направлен на учебу в Омскую межобластную школу милиции для приобретения знаний в объеме среднего оперативно-начальствующего состава. Учился он хорошо, заслужил почетные значки ГТО II ступени и «Ворошиловский стрелок», поэтому после окончания ему присвоили звание лейтенанта милиции и оставили работать в школе, сначала командиром взвода, а потом начальником учебного курса.

Кому война, а кому - мать родна
Начало Великой Отечественной войны курсанты и преподаватели омской школы милиции встретили в летних лагерях, где отрабатывали огневую, строевую и тактическую подготовку. Лейтенант Галушко был откомандирован в распоряжение начальника УВД и включился в работу по поддержанию общественного порядка. Ему пришлось заниматься расселением прибывших в Омск вместе с эвакуированными военными заводами специалистов. Сначала людей размещали на берегу Оми в палатках, потом облисполком выдал ордера на расселение эвакуированных в квартиры. Большинство омичей соглашались на вынужденное уплотнение, но с некоторыми приходилось проводить разъяснительную работу.

Вместе с резким увеличением потока железнодорожных грузов возросла и уголовная преступность. Товарные поезда останавливали на перегонах и похищали в больших количествах продукты и промтовары, поэтому Галушко вернули в органы железнодорожной милиции. В его зоне ответственности находились контейнерные, почтовые и багажные перевозки, ему за короткий срок удалось раскрыть несколько уголовных дел по хищениям грузов. А летом 1042 года он был направлен на самостоятельную работу начальником оперативного пункта станции Татарская, которая входила в Омское отделение железной дороги.

В его подчинении оказались четыре оперативно-следственных работника и десяток милиционеров, из них половина - пенсионеры. А между тем железнодорожное движение на узловой станции было очень интенсивным, расхитители грузов пытались тащить все, что попадалось под руку. Петру Константиновичу пришлось заниматься расследованием десятков уголовных дел, из них наиболее запомнились крупное хищение ткани для мундиров офицерского состава двумя дезертирами и воровство продуктов для последующей продажи кладовщиком и руководителем ОРСа строительного поезда. А весной 1944-го Галушко принял участие в задержании банды уголовников из 14 человек, ехавшей в поезде.

Пришлось ему заниматься и расследованием убийств - в 1944-м в поезде был убит курсант летного училища, а в 1945-м - демобилизованный солдат, возвращавшийся домой после Победы. Летом 1945 года в поезде на станции Татарская были обнаружены трупы сразу двух солдат. Оказалось, что они отравились этиловым спиртом, купленным на вокзале в Тюмени. Оба они участвовали в боях с фашистами и остались живы, а погибли от выпивки, оказавшейся отравой.

Бой после Победы
А в 1946 году Петру Галушко пришлось повоевать - его включили в специальный отряд из работников госбезопасности, проводивший зачистку в Литве. Пришлось вести ожесточенные бои с бывшими гитлеровскими карателями, которые уничтожали пленных и евреев в концлагерях. После капитуляции Германии они не сложили оружие и не сдались в плен, а ушли в леса и на хутора целыми подразделениями. Называли они себя «лесными братьями», руководили ими из-за границы спецслужбы наших бывших союзников.

После возвращения из Прибалтики Галушко был назначен заместителем начальника Омского отдела железнодорожной милиции по оперативной работе. Преступлений совершалось много, а работников в отделе было мало. Из вагонов в больших количествах похищали ценные грузы, солдаты, передислоцировавшиеся на Восток, продавали трофейное оружие, которое попадало в руки к преступникам. А бандиты из него стреляли в железнодорожников и милиционеров, погибли несколько работников милиции. Как вспоминает Галушко, «мою квартиру тоже обстреляли, было три выстрела из двух стволов, следили за мной с целью убийства».

В ходе расследования уголовного дела по хищениям грузов из вагонов было арестовано более 10 преступников. Кроме хищений было доказано совершенное ими убийство и грабежи. В воспоминаниях Петра Константиновича подробно рассказывается о многих крупных хищениях и убийствах, которые ему довелось расследовать, нередко с риском для жизни, но нет возможности уместить все интересные факты в одной статье. В середине 50-х его назначили заместителем начальника Исилькульского отдела милиции, где ему тоже довелось участвовать в раскрытии серьезных преступлений.

А в 1960 году его уволили на пенсию, поскольку шло массовое сокращение штатов в армии и милиции. Вот что вспоминает Петр Галушко: «Тогда армию и милицию сокращали на 1 млн. человек, в основном за счет милиции. Никита Хрущев заявлял, что через 25 лет будем жить при коммунизме, всего будет вдосталь, и милиции не потребуется. А ту работу, которую выполняет милиция, будут выполнять народные дружинники в порядке общественной нагрузки. Я тоже попал под этот каток. У меня служба в армии и правоохранительных органах составляла 27 лет плюс два зачетных, итого 29, а надо было 25. К своему увольнению я отнесся спокойно, хотя и чувствовал, что могу еще приносить пользу».

Петр Галушко не стал возвращаться в Омск, а до сих пор живет в Исилькуле. Из тех, с кем ему довелось служить, в живых уже почти никого не осталось, а он по-прежнему продолжает вести свой «незримый бой» - со старостью и болезнями. И пока одерживает победу и собирается достойно встретить свой вековой юбилей.

Андрей КОЛОМИЕЦ
Фото предоставлено музеем истории УМВД России по Омской области
©
Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Буторин Игорь

Буторин Игорьпутешественник, мореплавательКак я ударил автопробегом по «Самсунгу»

Думаете я присоединился к хейтерам южнокорейского концерна за ...
Пантелеев Алексей

Пантелеев АлексейЖурналистМиллионеры из омских трущоб

Вконец замерзающий омский рынок жилья опять удивил. На сайте ...
Сафонов Руслан

Сафонов Русланхудожник-карикатуристДураки, дороги и Достоевский

Наш новый блогер Руслан Сафонов отразил в карикатурах жизнь ...

Все авторы блогов