Мы продолжаем публиковать читательские письма.
«Так случилось, что «Омская правда» была моим спутником на крутых поворотах биографии. Родился я 20 декабря 1933 года в селе Ольгино Полтавского района Омской области в крестьянской семье (отец – механик МТС, остальные члены семьи – колхозники). Там же учился, взрослел. Профессиональное образование ученого-агронома получил в Омском сельскохозяйственном институте. Работал агрономом колхоза, главным агрономом МТС, совхоза, начальником районного производственного управления сельского хозяйства. В 1971 – 1996 гг. был главным агрономом областного управления сельского хозяйства, заместителем начальника по земледелию.
Начало трудовой деятельности (Большеуковская МТС, совхозы «Полтавский», «Еремеевский») совпало с непростым периодом 50 – 60-х годов. Деревню сотрясали всякие катаклизмы, реформы, преобразования, укрупнения, ликвидация МТС, так называемых малых сел, огосударствление экономически слабых колхозов, неоплаченные трудодни, дефицит всего и вся, скудность жизни людей. Аграрная отрасль была объявлена «черной дырой». Ситуацию отягощали неподъемные поставки сельскохозяйственной продукции за пределы области, лишавшие омичей необходимого для региона продовольствия.
В то время в сельском хозяйстве властвовали дерективные методы управления. Руководители и специалисты на местах лишались всякой самостоятельности, что сказывалось на их заинтересованности в результатах труда. Это наносило огромный вред производству. Особенно губительна была перезагрузка пашни зерновыми культурами. Кратковременный эффект целины закончился. Земледелие оказалось совершенно беззащитным перед неблагоприятными погодными условиями. Урожайность зерновых сравнялась с уровнем единоличного хлебопашества в конце XIX – начале ХХ веков. Среднегодовой валовой сбор зерна в области в 1961 – 1965 годах составлял 1,8 млн. тонн, урожайность – 6,6 ц /г, а в 1967 году – 3,8 ц /г. В отдельных районах контрасты были еще более выразительные. Одолевали неподъемное поголовье скота, бескормица, последние силы уходили на «заморские» походы за кормами. Что делать? Мириться с таким беспределом стало совершенно невозможно, и я написал злую статью в «Омскую правду» – «Хлеб по хлебу сеять – ни молотить, ни веять». Ее не опубликовали, вернули мне как не соответствующую политике центра. Спецкор «Омской правды» Николай Ясько шутил: «Муза гнева и печали».
Сейчас об этом можно открыто говорить, писать, а полвека назад это было рискованным делом, требовалась смелость, а для редактора газеты – высочайшая ответственность.
Но в 1964 году, после Октябрьского пленума ЦК КПСС, на котором Н. С. Хрущев был отстранен от власти, к нам в совхоз «Еремеевский» прибыл спецкор «Омской правды» Николай Григорьевич Ясько с задачей возобновить эту мою статью и напечатать ее в газете. Он даже переночевал у меня. Содержание статьи мы сделали еще критичнее, злее. И вскоре она появилась в «Омской правде» как гром среди ясного неба, создав беспрецедентную ситуацию в аграрной среде. Ведь царила еще атмосфера гонения паропоклонников, в «окнах РОСТА» красовался карикатурный лозунг «А мы травку сеяли, сеяли!». Воспевались оды глубокой вспашке, раннему севу, кукурузе, кормовым бобам, торфяным горшочкам и т.д.
Первый секретарь обкома КПСС С. И. Манякин поручил И. П. Горбачеву, первому заместителю председателя облисполкома, провести презентацию этой статьи с участием актива агрономов, ученых. Назвав некоторые конкретные хозяйства, Иван Павлович с присущей ему эмоциональностью провозгласил, что многие поля доведены до такой степени засоренности, что там «может спрятаться дивизия», а зерновая масса на току приводила в ужас очевидцев, когда «ворох зерна шевелился от преобладания там овсюга». К сожалению, этот урок не пошел впрок для некоторых хозяйственников. Но эти высказывания Горбачева долго служили байкой в аграрной среде, а технологическая позиция, изложенная в статье, вошла в историю, стала своеобразным кредо агрономической культуры.
Некоторые фрагменты моей статьи использовал Сергей Иосифович Манякин в докладе на пленуме обкома КПСС в марте 1965 года. Намного позже ее подробно комментировал омский писатель Петр Ребрин в журнале «Наш современник» и книге «Творческая ситуация», а совсем недавно – публицист Иван Викторов в книге «Граждане Сибири». На нее неоднократно ссылался академик РАН А. Н. Каштанов, бывший омич. Он считал, что «Омская правда» была «горячей линией» в данной работе и без создания общественного мнения ситуацию было бы невозможно изменить.
Между тем мое сотрудничество с «Омской правдой» в процессе трудовой деятельности было продолжительным, регулярным, особенно в период работы главным агрономом облсельхозуправления. Горжусь тем, что в редакции газеты был своим человеком, мои материалы принимали охотно, в большинстве случаев их готовил по собственной инициативе. Вспоминаю неоднократные встречи и совместное редактирование материалов с А. Г. Яценко, М. И. Сильвановичем, В. П. Ляшко, А. П. Долгушиным, Т. Л. Саблиной. Помню, двери их кабинетов всегда были распахнуты.
Число моих печатных выступлений в газете не поддается счету. Вот перечень лишь немногих публикаций, сохранившихся в домашних архивах: «Хлеб по хлебу сеять – ни молотить, ни веять», «Озимое поле области», «Сев – дело творческое», «Трудная жатва», «В чьих руках прогресс?», «Земледелие первично», «Когда кричащего не слышат», «Крестьянское чудо», «Реальность», «Кормопроизводству – новые подходы», «В коммерческой карусели», «Природа не делает подарков». Кроме того, в 1970 – 1980-е годы я нередко становился автором передовиц о сезонных сельхозработах, весенних полевых работах, заготовке кормов, подготовке паров, севе озимых, уборке урожая, зяблевой обработке почвы, зимних агромероприятиях. За годы работы я опубликовал более 200 статей, очерков, и большинство из них были напечатаны в «Омской правде».
Алексей Антонович Мороз, ветеран труда, заслуженный агроном РСФСР, лауреат премии Совета Министров СССР».
