Владимир Магомадов: «Белой вороной себя не чувствую»

Владимир Магомадов: «Белой вороной себя не чувствую»

Дата публикации 22 марта 2017 06:39 Автор

Солист Большого театра, победитель конкурса «Большая опера» – об уроках Синявской и Магомаева и о том, почему его не приняли в музыкальную школу

Его голос называют уникальным, сильным, певучим, роскошным, небесным, неземным. Контртенор Владимир Магомадов дважды выступал в Омске: пел партию Зибеля в «Фаусте» Новосибирского театра оперы и балета, а 8 марта нынешнего года дал концерт с органистом из Екатеринбурга Тарасом Багинцом и был восторженно принят публикой.

Из Грозного – в Крымск

– Владимир, контртенор – редкий голос. Было время, когда вы чувствовали себя белой вороной среди вокалистов?

– Среди вокалистов – нет, потому что в последние 10 – 20 лет контртенор не такое уж и редкое явление. Каждый третий вокалист старается петь контртенором: и теноры, и даже баритоны. Зачем только – не понимаю.

– Потому что высокие голоса на пике популярности…

– Да, барочная музыка сейчас в моде.

– Вы с детства мечтали стать певцом?

– Я хотел стать врачом. Но с трех лет пел, переодевался в костюмы, участвовал в представлениях для родителей. Мы жили в Грозном. А когда началась первая чеченская война, семья переехала сначала в Воронеж, потом в Крымск Краснодарского края. Я с 9 лет пел в хоре, с 11 выступал сольно, участвовал в детских конкурсах. А потом, когда услышал оперных исполнителей, подумал: все, без этого жить не смогу.

– Во время наводнения в Крымске семья пострадала?

– К сожалению, да. Слава Богу, все живы, здоровы. Государство помогло с новым жильем, выделило материальную помощь. Так что все закончилось благополучно.

– Родители поддерживали ваше увлечение музыкой?

– Они сначала думали, что я вырасту и пойду учиться в Грозненский нефтяной институт. У нефтяников деньги и работа есть всегда. Но Грозный пришлось покинуть, все изменилось. У меня бабушка – донская казачка, они с дедушкой пели в хоре старинные казачьи песни, выступали на городских мероприятиях. Но когда бабушка поняла, что я хочу выбрать путь певца, она мне говорила: «Вова, хорошо подумай. Надо смотреть на жизнь реально».

– Почему вас не отдали в музыкальную школу?

– Я пришел в музыкальную школу в 12 лет. Сказали, что я слишком взрослый, и не взяли. Поэтому мне пришлось поучиться на подготовительном отделении в Краснодарском институте искусств, ведь у меня было только свидетельство об окончании вокальной студии. Поступил через год.

– А как случился переход в ГИТИС?

– На втором курсе я сдавал экзамены (наш вуз уже стал консерваторией) и попал на конкурс вокалистов. На этот же конкурс привезла своих учеников Елена Станиславовна Рязанцева. Она послушала меня и сказала: «Тебе нужно в Москву, поступить в ГИТИС». Потом она мне перезвонила, чего я не ожидал. Бабушка сказала: «Поезжай!» Я поехал и поступил к Розетте Яковлевне Немчиновой.

Школа Синявской и Магомаев

– И в Краснодарской консерватории, и в ГИТИСе вы были единственным контртенором?

– В Краснодаре да, единственным, а в ГИТИСе на третьем курсе учился контртенор Коля Гладких.

– Я прочитала, что в российских музыкальных вузах нет методики обучения контртеноров.

– В России, к сожалению, не было. На Западе она давно сложилась. Наверное, поэтому Розетта Яковлевна Немчинова, когда я пришел к ней, сказала: «Я контр­теноров не беру». А потом смягчилась: «Иди, пой – послушаю». И после этого сказала: «Сдавай документы».

– Как вы попали в ученики к Тамаре Синявской?

– Розетта Яковлевна давно уговаривала Тамару Ильиничну начать преподавание. А я мечтал попасть к Синявской. «Ну, если она согласится с тобой работать», – сказала мой педагог. Синявская согласилась.

– Что вам дали уроки солистки Большого театра?

– Прежде всего, школу. Не каждый контртенор может петь русскую музыку. А я могу в одном концерте петь и барочную музыку, и русскую. Это разная подача звука, поэтому переключаться нелегко, нужно ювелирно оттачивать мастерство.

– А что больше любите исполнять?

– Барокко, музыку композиторов-романтиков. Но больше всего – русскую музыку. Я ее чувствую, она мне близка.

– Но в русских операх нет контртеноровых партий.

– Нет. Только травести-партии, написанные для женских голосов: контральто, меццо-сопрано. Мне нравится петь контральтовые партии, например Ратмира в опере «Руслан и Людмила», поставленной в Большом театре. Очень интересна вокально партия Вани из «Ивана Сусанина». Она написана для сопрано, но с очень низкой тесситурой. В спектакле мне пока не довелось спеть Ваню, только на концертах.

– Вам интереснее выступать с концертами или в оперных спектаклях?

– В спектаклях. Там погружение в игру, там я в образе героя спектакля. Оркестр, костюмы, мизансцены. А на концерте стоишь на сцене, как Владимир Магомадов, и ни за что не спрятаться.

– Вы приглашенный солист Большого театра, «Новой оперы», Новосибирского театра оперы и балета. Не было желания штатно работать в одной труппе?

– Меня устраивало такое положение дел. Но сейчас оно может измениться. В «Новой опере» им. Евгения Колобова я чувствую себя как дома. Мне предложили там работать, надеюсь, все получится. Я очень люблю этот театр.

– В спектаклях «Новой оперы» певцы играют, как драматические актеры. Поют и стоя, и лежа, и в движении.

– Мне это нравится, и благодаря моим педагогам Розетте Яковлевне и Максимилиану Изя­славовичу Немчинским я к этому готов. В оперном искусстве сейчас тенденция к тому, чтобы солисты не были статичны, чтобы был синтез искусств. Неинтересно же смотреть, когда артист просто выходит на сцену и исполняет арию. Совсем другое дело, когда он может прыгать, бегать, кувыркаться и при этом еще и петь.

– Как вы относитесь к режиссерским новшествам в постановке опер? Бывает, что солисты отказываются участвовать в спектаклях, когда прочтение классики слишком дерзкое.

– Я и за классическую, и за современную режиссуру, главное, чтобы не было пошлости. Пошлость на сцене не воспринимаю.

– Раз вы учились у Тамары Синявской, значит, были знакомы и с Муслимом Магомаевым?

– Да, мне повезло. Муслим Магометович давал мне душевные уроки. Весь неаполитанский репертуар мы подготовили с ним. Я с детства пел только одну неаполитанскую песню «Санта Лючия». А Магомаев помог влюбиться в этот репертуар. 30 октября 2008 года у меня была премьера «Орфея и Эвридики». Муслим Магометович собирался прийти на спектакль. Но 25 октября умер. В одном из интервью Тамара Синявская сказала, что незадолго до кончины Муслим Магомаев сказал про меня: «Володя, в принципе, уже готов для театра». Ей было приятно, что Муслим Магометович оценил ее работу со мной. В годовщину его смерти я выступал на открытии Крокус Сити Холла имени Муслима Магомаева.

Мороженое под запретом

– Когда в 2013 году вы были участником телеконкурса «Большая опера» на канале «Культура», у Тамары Синявской во время ваших выступлений были слезы на глазах. Вы пошли на конкурс, чтобы победить?

– Нет, я даже не думал о победе. Шел поэкспериментировать.

– За вас проголосовали и жюри, и телезрители…

– Слава Богу, что пришло много смс от телезрителей, а то бы меня обвинили во всех грехах. Ходили слухи: раз Синявская в жюри – победителем будет Магомадов.

– Ведущие во время конкурса охарактеризовали вас так: Владимир Магомадов неразговорчив, сосредоточен на работе, загадочен и неприступен – вещь в себе. Вы такой?

– Я такой только перед концертом или спектаклем. Не могу себя растрачивать на что-то другое.

– Как изменилась жизнь после победы на конкурсе?

– Меня узнали, стали приглашать выступить в разные города. В 2014 году был очень насыщенный график: постоянные разъезды, концерты.

– Вы намерены еще участвовать в вокальных конкурсах?

– Я хочу в нынешнем году принять участие в конкурсе Елены Образцовой. Он состоится в сентябре в Петербурге. Мы познакомились с Еленой Васильевной в Большом театре, потом она состояла в жюри «Большой оперы». Очень была дружелюбным человеком. Я люблю слушать ее записи, как и Тамары Синявской. Очень много вокальных приемов, которые хочется перенять.

– А какие еще вокалисты вас вдохновляют?

– Анна Нетребко, Вероника Джиоева. Из мужчин часто слушаю Муслима Магомаева и ранние записи Дмитрия Хворостовского. На концерте в Москве меня потряс своей техникой контртенор аргентинец Франко Фоджоли. Как легко он берет верхние ноты! Но русская музыка даже таким мастерам, как он, не дается. В Большой театр на прослушивание приезжали контр­теноры со всего мира, которые претендовали на партию Ратмира. А в результате партию отдали Юрию Миненко и мне.

– Как часто у вас бывают зарубежные гастроли?

– Я каждый год бываю на фестивале в Румынии. Выступаю в Европе, часто летаю с концертами в Америку.

– А в Китае, где особенно любят высокие голоса, приходилось петь?

– Да, они в восторге от высоких голосов. Витас там кумир. Китайцы очень благодарные зрители. После каждой верхней ноты готовы аплодировать, слушают, затаив дыхание.

– Открыли голос – значит, нужно его сохранять. Или развивать?

– И сохранять, и развивать. Это очень сложно. Когда не получается, певцы рано уходят со сцены. Нужен особый режим. Очень важен хороший сон, чуть недоспал – все: голос не звучит. Нельзя перенапрягаться, петь, когда простужен. Мороженое под запретом. Но вот Муслим Магомаев всегда ел мороженое – каждому свое, и надо понять, что тебе можно, а что нельзя.

– Владимир, у вас есть профессиональная мечта?

– Спеть на многих больших площадках мира. Выступить с оркестрами Владимира Спивакова, Юрия Башмета, Жана-Кристофа Спинози и Антонио Паппано. Это дирижеры, которые поют и дышат вместе с вокалистом.

– Как родные сегодня относятся к вашим успехам?

– Они рады за меня. Бабушка приезжала в Москву на оперу «Руслан и Людмила». Она строгий критик, но когда я сам нахожу в своем пении недостатки, она говорит: «Ты чересчур себя критикуешь».

Распечатать страницу

Материалы свежего номера

Тема номера

Программа перемен

Программа перемен

Владимир Путин выступил перед Федеральным ...

Информбюро

Омск, встречай!

Омск, встречай!

Максим Батырев с новым мастер-классом для ...

Власть

В школу – с комфортом

В школу – с комфортом

Губернатор Омской области Александр Бурков вручил ...

Социум

Контроль возрастет

Контроль возрастет

Сеть стационарных постов мониторинга качества ...

Строительство

Дублер высокой надежности

Дублер высокой надежности

Для защиты новой автодороги от паводка уже возвели ...

Культура

Зигзаги удачи Валентины талызиной

Зигзаги удачи Валентины ...

Сегодня нашей прославленной землячке исполняется 85 ...

Наследие

Мгновения победы

Мгновения победы

В юбилейный год во всех образовательных ...

Спорт

Георгий Емельянов: «Упав, ты только начинаешь бой!»

Георгий Емельянов: «Упав, ...

Главный тренер сборной Омской области по ММА ...

Здоровье

Когда болит голова

Когда болит голова

Как избавиться от различных видов мигрени.

Образование

Все умное – детям!

Все умное – детям!

В Омске заработал детский технопарк «Кванториум», ...

Закон и порядок

Красный, желтый, зеленый

Красный, желтый, зеленый

В этом году будет отмечаться своеобразный юбилей – ...

ЖКХ

Сугроб на обочине

Сугроб на обочине

Работы по очистке городских магистралей ведутся в ...

Актуально

Олимпиада талантов

Олимпиада талантов

В Большеречье дан старт Малым Дельфийским играм.

Спецпроекты

Из салона с номерами

Из салона с номерами

С 1 января вступили в силу новые правила регистрации ...

Земляки

Станки работали день и ночь...

Станки работали день и ...

Во время войны, когда взрослые мужчины воевали на ...

Крупным планом

Дома раздора

Дома раздора

Как жители многоквартирных домов становятся ...

Добавить комментарий