Городские лесные массивы превратились в участки земли, покрытые растительностью.
Знакомые с темой городских лесов специалисты полагают, что при утверждении в 2008 году в Омске правил землепользования и застройки не были учтены материалы инвентаризации лесов, проведенной в 1993 году. В результате многие лесные участки оказались вне рекреационных территориальных зон и попали в другие зоны, что позволяет предоставлять их под застройку и иных целей, никак не связанных с охраной лесов.
– Если раньше существовало понятие «лес», то сейчас оно исчезло. Такого понятия нет ни в Лесном, ни в Земельном кодексах. Ему на смену пришло другое – «участки земли, покрытые растительностью». И теперь этим законодательно закрепленным понятием активно стали пользоваться, говоря о том, что лес – это вовсе не лес, а обыкновенный участок земли. Именно по этой причине многие леса, находящиеся в городской черте, не попали в мероприятия по лесоустройству, – говорит заслуженный лесовод России Анатолий Богун.
По мнению эксперта, лесоустройство провели только на тех участках, где когда-то оно уже было проведено омским лесхозом. Эти лесные участки город принял на баланс, а все остальное осталось, по сути, бесхозным. И теперь никто не знает, какую площадь они занимают в действительности. Между тем в природе леса существуют, но на бумаге их нет.
Видимо, когда Омск расширял свои границы, в них вошли только определенные площади без учета того, что там расположены лесные массивы. Похоже, что лес вообще не считали за лес. Более того, в последние годы в городе не проводилось учета лесов. Если теперь спросить, какую площадь и сколько гектаров в Омске реально занимают леса, то на этот вопрос вряд ли кто сможет ответить.
Кроме того, Анатолий Богун полагает, что в нашем городе чрезмерно увлеклись сносом старых деревьев и высадкой новых. Оно и понятно. Начальство проедет по центральным улицам и похвалит чиновника за усердие. Ведь там все на виду и можно отчитаться о проделанной работе – сколько деревьев снесли, сколько высадили новых и какое количество средств было затрачено. А в лесах начальство не бывает и не видит того, что там происходит. И никто не поругает ответственного за это чиновника. Ни мэр, ни его заместители, ни природоохранная прокуратура. Поэтому в лес ничего и не вкладывают.
Как пояснил заслуженный лесовод, когда-то все леса, находившиеся в городской черте, входили в состав Государственного лесного фонда. То есть целиком принадлежали государству и находились под государственной охраной. Но затем ситуация изменилась, и было принято решение эти леса передать муниципалитетам.
– Тогда же к нам, в Главное управление лесного хозяйства Омской области, которым я руководил, зачастили чиновники из городского земельного комитета с просьбами и требованиями передать эти леса им. Как мог этому сопротивлялся и даже пошел на прием к мэру Валерию Рощупкину. Он пригласил своего заместителя, и тот начал рассказывать о том, что они собираются строить в лесах. Словом, разговора не получилось, а для себя решил: пока я начальник управления, ничего городу передавать не стану, – рассказывает Анатолий Богун.
Правда, передать леса все же пришлось. Федеральное ведомство прекратило выделение средств на оплату труда лесников. Лесников не стало, не стало и порядка в городских лесах.
Впрочем, как рассказывает эксперт, уже при нынешнем мэре ему довелось участвовать в одном из заседаний, где рассматривался вопрос содержания лесов. Как было заявлено, в каждом округе назначат ответственного человека, который будет заниматься лесом. Будет проведено лесоустройство, и еще много чего было сказано.
Между тем лесоустройство с описанием занимаемых площадей, возрастом деревьев, их составом, высотой и диаметром стволов было произведено только там, где оно и раньше было проведено. Когда леса находились в составе Гослесфонда. А на всех прочих территориях ничего сделано не было. Видимо, определенным чиновникам это и не нужно: забота о лесе накладывает на них дополнительные обязательства.
