Анджей Неупокоев: «Самоокупаемых театров в России нет, но мы в Таре научились эффективно работать»

Анджей Неупокоев: «Самоокупаемых театров в России нет, но мы в Таре научились эффективно работать»

Дата публикации 1 ноября 2017 14:04 Автор Алексей Пантелеев Фото Алексей Пантелеев

Директор Северного драматического театра в Таре Анджей Неупокоев, которого в прессе называют одним из самых эффективных региональных менеджеров в сфере культуры, рассказал «ОМСКРЕГИОНУ» о секретах эффективной работы театра в малом городе и о подготовке к крупному фестивалю.

— Анджей Анатольевич, сейчас все ваши силы направлены на проведение 19 ноября фестиваля «Сотоварищи» в Таре, что ждет его гостей?

— Идея Третьего всероссийского театрального фестиваля, который будет проходить в этом году, в корне отличается от прежних. Первый фестиваль был региональным, на второй были приглашены театры из близлежащих регионов. Но сейчас не только наш театр готовится к проведению этого мероприятия. Фестиваль откроется накануне 90-летнего юбилея со дня рождения Михаила Александровича Ульянова, поэтому мы разработали такую идею и концепцию, согласно которой в фестивале должен участвовать не только город Тара, но и весь район. А в роли организатора выступит все население Тары, а не отдельное учреждение. Горожане гордятся тем, что Тара в каком-то смысле причастна к жизни, к началу творчества Михаила Ульянова. И эта фигура для Тары действительно очень ценна. Поэтому принцип сопричастности как можно большего количества людей к организации этого мероприятия и лег в основу проведения фестиваля.

— В чем это выражается?

— Например, в доме-музее Ульянова будет проходить совместная программа — наш театр организует 20-минутный спектакль. В нем участвуют четыре артиста, и этот спектакль под названием «Родительский дом» будет связан с экскурсией. Помимо дома-музея Михаила Александровича, с фестивалем завязаны Дворец культуры «Север», Тарский краеведческий музей, Художественный музей, Центральная районная библиотека. Разработаны различные экскурсии, конкурсы творческих художественных работ, сочинений. Сюда же подтянули филиалы Аграрного и Педагогического университетов в Таре.

Само празднование уже начинается. В доме-музее экскурсии с нашими спектаклями начали проходить с конца октября. И число желающих его посетить растет ежедневно, хотя, казалось бы, в этом доме уже побывали многие тарчане. Интерес к Михаилу Александровичу Ульянову просыпается еще больше. Стоимость этого мероприятия со спектаклем — всего 60 рублей, из них 30 рублей отходит дому-музею, другая половина — театру. Деньги для нас небольшие, но не это главное, важен сам процесс и посвящение Михаилу Ульянову. А людям интересно, как работает симбиоз театра и музея — это получается уже довольно эффективно.

— Как сам театр готовится к юбилею артиста?

— Территория для проведения фестиваля уже подготовлена. У нас остаются небольшие штрихи по внутреннему убранству, приступаем к ремонту балкона, но внутри все уже готово — подклеили плитку, обои, навели в театре порядок.

Фестиваль откроется нашей премьерой чеховской «Чайки». Такой крупномасштабный спектакль мы не выпускали уже года три-четыре. Это было связано и с экономической ситуацией в регионе, которая претерпевала существенное сжатие, а на культуру выделялись меньшие деньги. Дошло до того, что в 2016 году финансирование театра на новые постановки составляло всего полмиллиона рублей — а это и материальная часть, и гонорарная. А еще из 300 тысяч рублей гонораров нужно убрать треть — это налоги, которые платит театр. То есть, за все постановки в год мы могли заплатить творческим людям, участвующим в постановках спектаклей, всего 200 тысяч рублей и на все эти постановки на матчасть выделить тоже 200 тысяч. При таком бюджете и речи о крупном масштабном спектакле идти не могло.

— Как выходили из ситуации?

— В нашей работе принимали участие члены попечительского совета театра, которые помогали нам материалами. Один из них, владелец строительного рынка в Омске Сергей Захарян, уже третий год подряд обеспечивает потребность театра в древесине. Мы делаем из нее декорации. Даже другие руководители учреждений культуры просят у меня его контакт.

— Возвращаясь к фестивалю «Сотоварищи», кто еще примет в нем участие?

— Такой масштабной афиши у нас еще не было, и фестиваль не просто так имеет пафосное и громкое звание Всероссийского. Со своим спектаклем приезжает из Москвы Театр имени Вахтангова, с которым неразрывно связана судьба Михаила Александровича Ульянова, — он будет в Таре впервые, чем мы можем гордиться. Вахтанговцы будут выступать во внеконкурсной программе. Также приезжает театр из города Березники Пермского края, с которыми велись колоссально тяжелые переговоры: у них не получалось приехать, но я смог убедить их, что им просто необходимо быть в Таре. Приедет театр из Тобольска, с которым мы хорошо сотрудничаем. Как всегда, украшением этого фестиваля будет Омский академический театр драмы, среди участников конкурсной программы также значится театр-студия Любови Ермолаевой. Ну и, конечно, надо отметить: впервые нас посетит Омский музыкальный театр со своим балетом. Любой фестиваль может позавидовать такой афише. Желающих было больше, но мы бы не смогли уже всех вместить, а жителям Тары трудно было бы посетить слишком много спектаклей за короткое время. Ведь артистам нужны зрители, а у нас в городе всего 27 тысяч жителей, из них любителей театра, постоянных наших зрителей — порядка 10%. Кстати, мы можем и этим гордиться, ведь в среднем по России этот показатель не более 3%.

— Какие еще сюрпризы ждут зрителей и гостей фестиваля?

— Планируется творческая встреча с актрисой театра имени Вахтангова Мариной Есипенко со своей программой «В Александровском саду». Мы ожидаем ее не одну, этот момент пока еще обсуждается. В тарской библиотеке будут проходить творческие встречи с другими артистами-участниками фестиваля. Плюс будет проведена творческая встреча с критиками. Возглавит жюри фестиваля Павел Руднев — заведующий литературно-драматургической частью МХАТ имени Чехова. Он входит в экспертный совет «Золотой маски» — самой престижной театральной премии России.

Кроме того, мы ждем в Таре дочь Михаила Ульянова, Елену Михайловну, которая приедет со своей творческой выставкой художественных работ. В свое время она увлекалась офортами, и 40 работ уже на оформлении выставки для фестиваля. С 19 по 24 ноября выставка будет проходить в художественном музее Тары, а 25-26 ноября работы будут перенесены сюда, в театр, и перед закрытием фестиваля Елена Михайловна расскажет гостям о своих работах и проведет ее презентацию.

Помимо прочего, во время фестиваля будут проводиться экскурсии по историческим местам города Тары. Мы хотели добиться, чтобы путешествия в Тару все-таки стали популярным туристическим направлением для жителей не только Омской области, но и других регионов Сибири. Да, есть официальный туристический маршрут в Большереченский зоопарк, но театральный и исторический туризм у нас еще не освоен. А ведь нашему городу больше 400 лет, это первый город на территории Омского Прииртышья! И под эту юбилейную дату можно это попробовать — если гостям и турагентствам понравится, как это будет организовано, туризм может стать новым «хлебом» Тарского района. Пусть не таким большим «ломтем» в бюджете, но нельзя ведь «сидеть» только на древесине и зарплате бюджетников. Хоть небольшие, но какие-то деньги туристы привезут, а в следующий раз, если им понравится, приедут с семьями и друзьями. Смогут заработать заведения общественного питания, частные гостиницы, производители сувениров.

Можно «привязать» сюда и экотуризм — не стоит забывать про нашу природу. И если это начало даст свой положительный эффект, я буду счастлив, что туристические поездки в Тару начнутся с фестиваля «Сотоварищи».

— За что будут бороться театры, приехавшие на фестиваль?

— В этом году у нас восемь номинаций, в которых будут соревноваться театры. Двое участников фестиваля — театр имени Вахтангова и Омский музыкальный театр — выступают вне конкурса. Главная номинация — Гран-при конкурса за лучшую театральную работу. Но помимо этого у нас есть и специальные номинации — лучшая режиссерская работа, лучшее музыкальное оформление и лучшая сценография и костюмы. Есть и более традиционные номинации — лучшие мужская и женская роли и лучшие роли второго плана.

— Кстати, для такого крупного мероприятия есть ли в Таре гостиницы?

— Гостиниц в Таре шесть. Из них три центральных мы уже забронировали для участников фестиваля. Еще есть гостиницы для гостей, туристов, и они пока свободны, но номера в них нужно бронировать заранее. Этот фестиваль покажет, смогут ли омские турагентства и Тара как город организоваться таким образом, чтобы это переросло в долгосрочное взаимодействие. Сегодня с нами имеют договоры агентства «Увлечен и Я» и «Евразия-тур». Большую заинтересованность они проявляют именно из-за приезда театра имени Вахтангова. Но наша задача — сделать так, чтобы люди посещали Тару, потому что здесь играет свои спектакли Северный драматический театр.

— Как сегодня складывается бюджет театра?

— Я начал руководить театром в 2014 году, и до этого его максимальный заработок составлял 2,2 млн рублей в год (включая доход от основной деятельности и от сдачи площадей в аренду). Как умудрялся прежний директор закрывать всю хозяйственную потребность театра этими цифрами, я не знаю, наверное, талантом Татьяны Макаренко можно только восхититься. Театр не мог тогда тратить деньги в нужном количестве на хозяйственное обеспечение и многие другие необходимые вещи. А с 2015 года мы впервые стали ездить на фестивали уже на внебюджетные деньги и гастролировать, не получая субсидий из области, а извлекая прибыль из этих поездок.

До 2014 года часть денег театр зарабатывал основной деятельностью, а часть — от сдачи в аренду кафе. Но когда я пришел в театр и увидел, чем здесь кормят людей, у меня просто волосы встали дыбом. В театре должно быть что-то изысканное, это пик культурной жизни, люди приходят сюда отдыхать, и предлагать им заветренные салаты было бы неправильно и поэтому было решено совсем отказаться от таких горе-арендаторов, чем позориться и ассоциировать себя с советским гастрономом.

Если говорить о сегодняшней экономике учреждения, то в этом году мы выходим на зарабатывание денег по внебюджету за 4 млн рублей. Если убрать аренду из доходной части прошлых лет, то мы превысили прежние доходы уже более чем в два раза. Сейчас аренды нет, большую часть средств из этих 4 млн рублей мы зарабатываем именно от основной деятельности, получаем гранты и помощь от ряда попечителей. Хотя ведь сложности в экономике не закончились, зарплаты не растут, а продукты, товары и услуги дорожают. Люди в своих расходах ужимаются, но все-таки покупают билеты в театр.

Нам удалось преодолеть свой порог за счет анализа рынка, и в 2016 году мы вышли на доход от основной театральной деятельности в 3,16 млн рублей. Помимо этого, у нас есть партнеры: например, порядка 60 тыс. рублей на премии лучшим творческим работникам театра ежегодно выделяет фонд «Сибирская глубинка». Но самое важное, что четвертый год подряд мы участвуем в различных конкурсах федеральных грантов и их выигрываем. Кстати, в Омской области только наш театр все эти годы получает дополнительные средства на постановки в виде грантов. А за 4 года данная сумма превысила 2 млн рублей. И в 2017 году именно наш творческий проект занял первое место по всей России и получил 500 тысяч рублей. На эти деньги мы поставим спектакль «Волшебный планшет Джинна», который покажем на новогодние праздники.

— Доход в 4 млн рублей — достаточно для театра?

— Омские театры, возможно, и посмеются, но тут можно сделать интересное сравнение цифр. В 2016 году мы заработали 3,16 млн рублей. Жителей в Таре 27,6 тыс. человек. Получается, с одного жителя мы зарабатываем 114 рублей 25 копеек. Если же возьмем все омские театры за единицу и их внебюджетную часть и население Омска в 1,1 млн человек, то получится, что омские театры зарабатывают на одного жителя 99 рублей. Выходит, Северный драматический театр работает эффективнее. Хотя доходы населения Омска на порядок выше, чем в Таре, и гостевой поток Омска не сравним с тарским. Но хочу подчеркнуть это усредненные данные по театрам, ведь в Омске есть финансово устойчивые театры и все мы их прекрасно знаем, они в Омске достойно представляют театральную культуру региона.

— За счет чего, как вы думаете, достигается ваша эффективность?

— Если до 2014 года театр выпускал 6-7 постановок, то сейчас — не менее 12 постановок в год. И снижать эти темпы — возвращать себя в прошлое. В театр в Таре ходят порядка 2,5 тысяч зрителей, но ведь нельзя смотреть на одно и то же постоянно. После четырех показов одного спектакля наступает определенный вакуум — его попросту уже посмотрели те, кто хотел. Значит, надо обновлять репертуар. И в этом отношении у меня есть определенные хитрости и установки для административной части.

В основу любого проекта всегда ложится его эффективность, и сейчас у нас нет ни одного убыточного проекта, который бы не окупался и мы не извлекали из него доход.

Когда я только пришел в театр, впервые привез в Тару Ефима Шифрина. Несмотря на космические гонорары, он был самоокупаемым — билеты впервые в Таре продавались по тысяче рублей. Но театр не извлек из этого прибыли — моей основной задачей в 2014 году было вернуть зрителя в театр. Его, театр, тогда разрывали внутренние конфликты. Не может вспомогательный персонал театра быть основным и получать зарплату выше артистического и творческого персонала. Регресс по экономике был очень сильный. Первые полгода моей работы здесь были сплошным одним рабочим днем — денег ни на что не было. После новогодних спектаклей наступила полоса репертуарного кризиса. В первый год работы у меня не было отпуска и было всего 10 выходных. Моя жизнь была — это театр. Начинал с очень глубокого анализа деятельности театра — когда можно гастролировать, куда гастролировать, кого привозить. В первые полгода-год я звал и театр Ермолаевой, и Лицейский театр, приезжали в Тару «Галерка», «Арлекин», Драмтеатр. Тару посетил весь творческий бомонд Омска. Театр на этом не заработал, но к нам вернулся зритель. Сейчас же неэффективных мероприятий в театре уже попросту нет и я горжусь этим.

— Зато теперь вас называют одним из наиболее эффективных менеджеров в омской культуре… Из-за чего?

— Это, конечно, громко. Мне пришлось в театре начинать с азов рыночной экономики и делать стартап службы маркетинга, создавать ее с нуля. Мы проводили опросы населения: сколько тарчане могут потратить на посещение спектаклей, как часто они посещают театр, какие спектакли они хотели бы видеть и огромное множество других вопросов, чтоб понять и вникнуть, на что можно в Таре рассчитывать, чтобы грамотно выстроить ценовую политику театра. Если цена завышена — теряешь зрителя, занижена — теряешь выручку, а зрителей при этом не прибавляется. Сильной творческой части недостаточно, она должна быть подкреплена грамотной экономикой, и тогда этот тандем начинает работать. У нас такой тандем сложился с главным режиссером Константином Рехтиным, за что я ему очень благодарен, что он поверил мне, доверился тому, что мои намерения — дать ему свободу в творчестве, а не угнетать его и контролировать. Средняя цена билета в Северном драматическом театре сейчас ниже, чем в Омске, но это и логично, ведь жители Тары по статистическим данным зарабатывают в среднем значительно меньше, чем жители Омска. Но, как я уже говорил, из расчета на одного жителя мы зарабатываем больше.

Кроме того, благодаря федеральной программе поддержки театров малых городов в этом году наш театр получил дополнительно 7 млн рублей, и 0,8 млн рублей в качестве областного софинансирования. Всего нам было выделено 7,8 млн рублей. Из этих денег 3,7 млн рублей были потрачены на обновление материально-технической базы. Мы купили новый видеопроектор, два объектива — широко- и узкоформатный, экран, микрофоны, микшерские пульты, современный цифровой световой пульт и множество оборудования для производственных цехов. Сейчас мы фактически не имеем с этим проблем. А если эта программа состоится и в следующем году, мы начнем заниматься модернизацией оборудования костюмерного и реквизиторского цехов. Еще около 4 млн рублей пошли на постановку спектаклей, и это оказались достойные работы.

— Какое еще финансирование театр получает из областного бюджета?

— Это фонд оплаты труда, коммунальное содержание здания — отопление и свет, а вот хозяйственные нужды, канцелярия, ремонт, компьютерная техника, телефонная связь ложатся уже на внебюджет. В России нет ни одного театра, который мог бы окупать себя полностью. Наш же театр изначально создавался для жителей севера области и имел в своем базисе социальную направленность. Приезжая в деревню с гастролями, мы знаем, что не можем продавать билеты дороже 50 рублей, и при этом знаем, что на спектакль придет 20-30 человек. Мы заработаем на спектакле в деревне около 1500 рублей, а затраты на поездку в деревню намного выше.

Сегодня театр столкнулся с огромной проблемой: мы должны ездить в село, но у нас есть госзадание, которое привязывает нас к стационарной площадке, где мы должны иметь определенное количество прокатов спектаклей и привлечь определенное число зрителей. И эти требования противоречат друг другу. Здесь нужно что-то решать на уровне федерального Министерства культуры. Для социальных учреждений культуры, которые должны работать для людей сельской местности, госзадание нужно корректировать согласно их направленности. Ну, это просто некорректно — сравнивать по показателям эффективности театры столицы или областных центров с театрами малых городов, у них в основе разные социальные функции!

— Но вы продолжаете ездить по селам?

— Да, но по сравнению с тем временем, когда это направление субсидировалось, количество гастролей уменьшилось. Уже третий год мы не получаем субсидий на поездки в село. Мы ездим со спектаклями только тогда, когда это экономически эффективно. Из сельских направлений остались Колосовка, Тевриз, Муромцево, когда мы договариваемся с районными администрациями, и они дают нам финансовые гарантии. Мы выставляем счет на свои затраты для поездки, плюс там небольшая доля рентабельности — театр должен хоть что-то заработать.

Кстати, в госзадании значится, что из заработанных внебюджетных средств мы должны потратить определенную долю на заработную плату. Сейчас это около миллиона рублей. До 2015 года театр просто вообще не мог себе позволить тратить средства из внебюджетной части на своих работников. Сейчас для нас это не проблема.

— Какова сегодня зарплата в театре?

— Фонд оплаты труда изменился в связи «майскими указами» президента. Они гласят, что в 2018 году зарплата работников культуры должна сравняться со средней зарплатой по региону. Спасибо областному правительству и министерству культуры — нам в фонд оплаты труда добавили 5 млн рублей, и с сентября зарплаты значительно выросли.

В нашем театре сейчас существует уникальная система оплаты труда и стимулирования артистического персонала, не имеющая аналогов в России — я ее разрабатывал сам с нуля за полтора года. Она действует уже второй год, и претензий от коллектива нет. Заработная плата артистов Северного драматического театра сейчас уступает только зарплате в Омском драмтеатре, и то заслуженным и народным. Средняя зарплата артиста в Северном драматическом театре на конец 2016 года составила 28,3 тыс. рублей. Артисты высшей категории получали до 36 тыс. рублей. Для сравнения, административно-управленческий аппарат имел 23,8 тыс. рублей.

— Каковы еще особенности вашей репертуарной политики? Сколько стоит поставить один спектакль и сколько он «живет» на сцене?

— Сегодня именно из-за того, что мы находимся в малом городе, я запретил показ одного и того же спектакля чаще, чем один раз в месяц. Это позволяет зрителю с одной стороны подзабыть спектакль, а с другой — создавать определенный ажиотаж. При этом продолжительность «жизни» спектакля увеличилась. Раньше мы отыгрывали постановку 7-8 раз, и дальше спектакли могли оказаться «на полке» — продать их уже было сложно. Но у нас есть в репертуаре и такие спектакли, которые живут уже более 10 лет, например, «Сказка для Вани-жениха», «Пролетный гусь», «Шуточки». Более новые спектакли, которые мы ставили около 4 лет назад и которые по-прежнему в топе — «Прибайкальская кадриль», «А зори здесь тихие», «Шутки в глухомани», «Есенин. Возвращение», «Снежная королева», «Продавец дождя», «Блэз» и этот список можно перечислять и дальше. Сейчас спектаклей, которые не востребованы, единицы. Но эта невостребованность возникает не из-за того, что народ на них не идет, а из-за того, что труппа претерпела большие изменения, а если спектакль ставил приезжий режиссер, то его восстановить очень тяжело. Мы возобновляем только те спектакли, которые и далее будут нас достойно представлять и не теряют в своей художественной ценности.

— Вас ждут и любят в Омске, когда приедете в областной центр с гастролями?

— До 2015 года наш театр гастролировал два раза в год, а после этого — практически ежемесячно. Но со второго квартала 2017 года мы просто завалены работой. Это и фестиваль «Сотоварищи», и премьеры новых спектаклей, два международных театральных проекта, губернаторская елка. Накладывает отпечаток и госзадание, которое привязывает нас к своей площадке. Если не выполнить госзадание — грозит административная ответственность руководителю и потеря субсидий, которые были выделены областью. Не знаю, правда, кто будет ее налагать — суд или министерство культуры, мы с этим не сталкивались, потому что все показатели выполняем и некоторые из них даже в разы перевыполняем на протяжении последних двух лет.

В Омск мы ездили 28-29 октября, вывозили для омичей премьеру «Ужин дураков» по Фрэнсису Веберу, зал был переполнен. Этот спектакль поставил режиссер из Казани Ринат Фазлеев. Затем уже 25 ноября параллельно с фестивалем «Сотоварищи» мы снова едем на гастроли в Омск — зал на этот спектакль уже был моментально выкуплен после состоявшейся премьеры у нас в театре, 300 мест в Доме актера взял Немецкий культурный центр. И в третий раз приедем уже в декабре. Будем участвовать в фестивале Хейфица в театре имени Любови Ермолаевой со спектаклем «Саня, Ваня с ними Римас» по Гуркину в постановке Константина Рехтина, а так же по просьбам наших зрителей привезем снова «Ужин дураков».

— В Омске в последнее время создаются небольшие частные, молодежные театры. Чувствуете ли какую-то конкуренцию за зрителя?

— Такие проекты, безусловно, имеют право на существование, но их деятельность должна быть открыта и легальна, в том числе и по отчислениям в РАО и налогам. Мы все должны быть в одних условиях. Антреприза — это минимальный штат, минимальные декорации и режиссура. Однако мы боремся за одного и того же зрителя, один и тот же кошелек.

— А из какой сферы вы сами пришли в культуру?

— Я окончил Омский государственный аграрный университет, где с аграрного факультета, отучившись три курса, перевелся на экономический факультет по специальности «управление». В период производственной практики работал в «Агровнешторге» специалистом по экспорту-импорту. После окончания вуза вернулся в Тару. Здесь шесть лет возглавлял дирекцию Парка культуры и отдыха. Когда я заступал на должность директора, парк зарабатывал 150 тысяч рублей, а когда уходил — уже миллион. Ежегодно шло увеличение дохода на 50-60%. Парк обновил аттракционы, игровую площадку, были отремонтированы здания — это все было сделано на внебюджетные средства за счет доходов парка. Однако я не сошелся в некоторых вопросах развития парка с главой Тары и ушел в частный бизнес, работал коммерческим директором, управляющим ряда компаний.

В 2013 году внутри Северного драматического театра появились сложности. В то время я был помощником депутата Заксобрания и пришел к министру культуры предложить свою помощь. Через какое-то время вновь состоялся разговор с министром культуры, который, признаюсь, огорошил меня предложением возглавить учреждение.

К слову, в первый год работы мне очень помог мой прежний опыт работы и спорт — я для снятия стрессовой нагрузки начал бегать утром и вечером. Вечерние пробежки позволяли проанализировать, что было сделано за день и все расставить по полочкам. А утренние — помогали планировать день. В этом году я пробежал два полумарафона — в Омске и Таре. Второй опыт был более удачным, и в Таре я занял второе место в своей возрастной группе, а в общем зачете — шестое. Наверное, я единственный руководитель омского культурного учреждения, а может и не только в нашем регионе, который бегает марафоны (смеется).

— Спасибо за интересную и содержательную беседу!


Распечатать страницу

Комментарии пользователей (всего 1):

Ослик
Красивый! Умный! Энергичный! Талантливый! Вся Тара и культура Омской области на нём! Как России повезло! Почему молчит Путин?! Этого Неуспокоенного в министры культуры России!
08 ноября, 15:16 | Ответить
Добавить комментарий
Загрузка...

Блоги

Борис Никонов

Борис НиконовНаблюдательный омичЗачем богатый Омск спонсирует бедную Собчак?

Как можно прославиться? Например, как чеховский ...
Виктория Богданова

Виктория БогдановаПроизводитель одежды, креативный директор бренда MacushkaНаши родители не покидали город, а пытались его изменить. И мы сможем!

Хочу поблагодарить всех, кто пришел 10 сентября на ...
Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской области«Единая Россия» может наступить на «грабли Двораковского»

Прошедшую избирательную кампанию в городской Совет ...

Все авторы блогов