Сегодня, 30 мая, в ТЮЗе неожиданная премьера: в спектакле «Служанка-интриганка» принимают участие юные актеры театра «Параллельный мир».
Заговорили вопреки прогнозам врачей
– Лариса Петровна, как возникла идея создать театр для особенных детей?
– Это идея Инессы Артемовой. В 2012 году она возглавляла фонд «Добрый мир» и обратилась с предложением создать такой театр к директору ТЮЗа Валентине Соколовой. А Валентина Николаевна обратилась к нам с мужем. Попросила: «Не говорите сразу «нет». Подумайте». И я, и Олег Чичко, помимо работы актерами в ТЮЗе, вели детскую театральную студию, преподавали в модельном агентстве: он – актерское мастерство, я – технику речи. Кроме того, я вела занятия по речи в колледже культуры на курсе Константина Рехтина, ставшем основой труппы Северного драматического театра. Но мы никогда не работали с особенными детьми. Не знали, с чего начать, можно ли оперировать с ними такими понятиями, как «представьте себе». У нас было много вопросов, ответы на которые мы искали в Интернете. Нас вдохновил московский Театр простодушных Игоря Неупокоева. Мы, можно сказать, его последователи. И единственный театр за Уралом, где дети с синдромом Дауна говорят на сцене. Обычно для таких детей создают пластические театры.
– Каким был первый спектакль театра «Параллельный мир»?
– «Обнимите меня, пожалуйста» – про ежика, с которым никто не хотел дружить. У нас было тогда только 7 актеров с синдромом Дауна, и каждый говорил в спектакле по одной фразе. А потом к нам стали приводить детей с другими диагнозами, и сегодня в коллективе 35 детей.
– Как вы осваивали методику работы?
– Много читали. На фестивалях в Бресте, Москве, Тюмени, Омске участвовали в мастер-классах. К нам приезжали из Швеции специалисты, которые занимаются с особенными детьми. Чем наш театр отличается от московского? Мы сразу поставили задачу: наши ребята будут работать без дирижера, самостоятельно. То есть двигаться по сцене, искать выход из ситуации, если что-то пойдет не так. Помогать и подсказывать друг другу. Особенные дети живут каждый в своем ритме. Мы долго не могли научить их ходить по кругу. В итоге – и ходят кругом, и танцуют вместе. Оказалось, все можно.
– У особенных детей проблемы с речью?
– У нас за годы занятий заговорили четыре ребенка, которым врачи предрекали: это не может случиться никогда.
– То есть театр стал еще и медицинским учреждением?
– Нет. Дело в другом. В мотивации: «Я хочу играть роль!» А для этого нужно научиться говорить. Мы даем роли каждому и стараемся, чтобы даже занятый в массовке был виден со сцены. Каждый – индивидуальность, каждый – звездочка. Но если хочешь получить большую роль, нужно говорить. И они заговорили.
Ангелы живут среди нас
– Какие еще проблемы нужно было преодолеть?
– Проблемы с общением, заниженной самооценкой. Приходили ребята с опущенными плечами. Постепенно плечи расправлялись, ребята начали общаться. На репетициях спектакля «Служанка-интриганка» они на равных разговаривают с актерами ТЮЗа. К этому опыту совместной работы мы долго шли. Вторым был спектакль «Подпрыгнувший мышонок», третьим – «Наш мир» – плод наших фантазий, демонстрирующий возможности наших актеров. Как он появился на свет? Женя Витман как-то сказал: «Лариса Петровна, а мы будем играть Пушкина? Я люблю читать стихи». Мы придумали сюжет, в котором Пьеро хочет жениться, но одна девушка мечтает, чтобы он носил ее на руках, другая – чтобы давал деньги, а третья – коварная, взяла сердце героя, а когда появился другой мужчина, бросила его. И Женя читает сонет, правда, не Пушкина, а Лопе де Вега: «О, женщина, услада из услад и злейшее из порождений ада». А кто-то любит танцевать, и для него мы придумали в спектакле хореографические номера. Саша Волгин и Андрюша Левин садятся на поперечный шпагат, Коля Смирнов мастерски крутится на диске «Здоровье» в течение трех с лишним минут, и голова при этом не кружится. Все это мы соединили в спектакле.
– У особенных детей есть способности, которыми не обладают обычные дети?
– Их нужно увидеть. Нет бесталанных людей, все рождаются одаренными. Мы пришли в гости к Веронике Кузьминой, а мама говорит: «Вот, рисует какие-то лепешки, не могу заставить домик нарисовать». Мы посмотрели – потрясающие рисунки, очень эмоциональные. И Олег Чичко придумал для Вероники спектакль «Ангелы живут среди нас». В нем подняты острые проблемы, как этих детей не понимают и обижают, как одиночество может привести к трагедии самоубийства. Там есть такой прием: суперзанавес поднимается, и она попадает в мир ангелов. Для этого спектакля ребята сами расписывали костюмы в технике «батик». Использовались нетрадиционные шумовые инструменты. Это был проект, в котором мы использовали методы арт-терапии. В этом спектакле были заняты не только особенные дети. Участвовали дети из танцевального ансамбля «Непоседы», Академии детского мюзикла. А потом девочки из «Непосед» пришли к нам: «Можно будем у вас заниматься, пусть в массовке играть, но вместе с вашими детьми?» Я считаю, прекрасный результат. Главное не спектакль поставить, главное то, что произошло с этими девочками, которые переживают за наших ребят, хотят с ними общаться.
– Вы считаете, дети рождаются особенными не случайно?
– Я много думала об этом. Мир сегодня болен. Деньги заменяют все, даже любовь. Родителей любят, когда они дают деньги. Не могут помогать – им дорога в геронтологический центр. Уходят семейные ценности. Эти дети рождаются, чтобы научить нас любить. Чтобы мы увидели, какие мы разные, открыли свои сердца друг другу.
Вместе с профессионалами
– Как появился проект совместной постановки с ТЮЗом?
– Мне понравилась пьеса генри Филдинга «Служанка-интриганка». И мы мечтали поставить комедию дель арте в масках. Идею вынашивали долго. Сначала у нас вышел спектакль «Мастерская глупостей» по пьесе новосибирских авторов Максима Туханина и Георгия Селегея, в котором все актеры были клоунами. Это была первая часть проекта «Жизнь за маской». Когда ребята увидели себя в гриме, они освоились в новом для себя жанре. Не все профессиональные актеры могут выдержать жанр на протяжении всего спектакля, а они могут. Все работают в масках, и только в конце спектакля снимают их. Не могу сказать, что в основе пьеса Филдинга. Мы написали свою: я, Олег и режиссер Алексей Пичугин. Собирались у нас дома, сочиняли и разыгрывали. Почему позвали Алексея? Когда он работал в ТЮЗе, играл в спектакле «Сердце», поставленном в стилистике дель арте.
– В театре не противились такой странной идее сотворчества с особенными детьми?
– Мы пришли к нашему директору Михаилу Мальцеву. Он сказал: «Идея интересная. Давайте попробуем». А потом на постановку этого спектакля мы выиграли президентский грант. Пригласили из Москвы режиссера Яну Савченко, она провела мастер-классы по работе с масками. Хореограф Анна Лаврентьева имеет опыт работы с особенными детьми. Меня поразила работа с нашими детьми мужского состава нашей труппы. Спектакль будет идти в двух вариантах: с участием особенных детей и без них. То есть одну роль играют двое. Удивительно наблюдать, как тюзовец Дмитрий Пономарев работает с Женей Бирюковым. Подружился с юным актером, все объясняет, и особенный мальчик его полюбил и со вниманием слушает. Для ребят работа с профессиональными актерами – стресс. Но именно он подвигает их к развитию.
– Вы впервые выйдете на профессиональную сцену?
– Нет. «Подпрыгнувшего мышонка» мы играли в Бресте в зале на 1200 мест, и он был полон. На обсуждении мне сказали: «Поразительно, что было слышно каждого ребенка». А там сцена в два раза больше нашей. На следующий год там же Таня Приган читала «Молитву» Экзюпери, и мне говорят: «Как вы здорово придумали спрятать микрофон за свечкой!» – «Таня читала без микрофона». – «Как?»
– Мама одного из ваших актеров сказала: «Театр – это наша жизнь». Сотрудничество с родителями важно для театра?
– Родители – и костюмеры, и реквизиторы, и швеи, и помощники режиссера, и педагоги. Я всегда говорю: театр – это организм, в котором каждый важен.
– Какие качества нужны, чтобы работать с особенными детьми?
– У моего двоюродного брата после гриппа было осложнение, и он оглох. Мы вместе росли, ездили к бабушке в деревню. Однажды он принес мне азбуку для глухих, чтобы я научилась с ним общаться. А когда была совсем маленькой, однажды обидела его, крикнув: «Дурак». Родители наказали меня, не взяв с собой в гости. И больше никогда я не позволяла себе грубого слова в его адрес. Любой может заниматься с особенными детьми, если обладает состраданием, уважением к другому человеку.
– Каким вы видите развитие театра «Параллельный мир»?
– В 2015 году мы стали автономной некоммерческой организацией. А на московском фестивале «Про театр» узнали о том, что в Москве и Петербурге открыты общественно-культурные центры. Подумали: «Как нам дальше жить?» И подготовили заявку на президентский грант об открытии в Омске областного центра «Территория равных возможностей». Ее удовлетворили. С докладом об этом проекте я выступала на форуме «ИнноСиб». Были финансовые трудности, когда снимали помещение на ул. Гагарина, 20. Получали в ТЮЗе с мужем зарплату – и относили в уплату долга. Горсовет отказал в 50-процентной льготе. Опускались руки. Но переехали на ул. Гагарина, 8/2, выиграли грант. Сейчас в центре, кроме театральных, проводятся занятия по интуитивному рисованию: живописи на воде, рисованию ладошками, мыльными пузырями. Здесь же уроки элементарного музицирования, хореографии, прикладного искусства и анимации, фотодела. Бывают трудные минуты, когда нет поддержки. Но видишь рост ребят, их огромную работу над собой, подкупающую старательность – и строишь новые планы.
