Мы продолжаем рассказ об интересных омичках необычных профессий. Раиса Салтыкова — специалист по обеспечению сохранности предметов музейной коллекции. Вот уже почти 20 лет она поддерживает оптимальный температурно-влажностный режим и защищает картины от солнечного света.
Раиса Салтыкова долгое время оставалась единственным музейным климатологом за Уралом. Но в прошлом году к ней на стажировку приезжала студентка из Тюмени. Теперь специалистов столь уникальной профессии два.
А работа музейного климатолога и вправду очень интересная. Раиса Владимировна следит за температурой и влажностью, освещенностью в помещениях музея, а также изучает, как звуки, вибрация и воздушные потоки влияют на картины.
Оказывается, оптимальные режимы для живописи, графики, декоративно-прикладного искусства примерно одинаковы — 50—65% влажности и 18 градусов Цельсия. Правда, поддерживать их без дорогостоящего оборудования сложно, но можно. Что и делает омичка.
«Где-то с 80-х годов прошлого века считалось, что единственной панацеей для сохранения музейных экспонатов является система кондиционирования, поддерживающая оптимальные условия. Но со временем оказалось, что если оборудование установлено в старом здании, таком, как наш музей, то в стенах в зимний период образуется точка рос. А это приводит к разрушению стен. Кроме того, исследования показали, что если мы резко не меняем температуру и влажность, происходит постепенное изменение, и предметы коллекции спокойно и комфортно адаптируются к новым условиям. Они спокойно могут существовать при влажности 33% в зимних условиях, а потом постепенно выходить из них. Это мы и взяли на вооружение», — рассказала Раиса Владимировна.
В музее уже отработана система постепенного входа в отопительный сезон и выхода из него. Специалисты хозяйственного отдела руководствуются графиком, разработанным омским климатологом, и без резких скачков снижают и добавляют давление, изменяя температуру в помещении музея.
Все же главную опасность для картин представляет свет. Для поддержания оптимального режима климатолог обходит залы со специальным прибором люксметром и замеряет уровень освещенности и ультрафиолетовую составляющую.
«Ультрафиолета вообще не должно быть. Вот почему у нас на окнах двойной ряд штор, которые не пропускают солнечные лучи. Особенно освещение категорично для графики и текстиля. Полотна, выполненные в этих техниках, у нас обычно выставляются в коридорах, где вообще нет окон, а когда посетители выходят из помещения, хранители выключают свет. Что касается ламп, мы переходим на светодиодные источники света. Отказываемся также от люминесцентных, которые содержат ультрафиолет, и галогеновых, которые нагревают воздух», — поделилась планируемыми нововведениями специалист.
Оказывается, свет является наиболее разрушаемым фактором. Поскольку допущенное повреждение картины при свете невозможно устранить, даже если полотно убрано в папку. В качестве примера, Раиса Салтыкова привела историю с автопортретом Леонардо да Винчи. В прошлом веке картина активно выставлялась, теперь она покрылась бурыми пятнами (фоксингами). Полотно убрали, но запущенные химические реакции уже не обратить. Картина потеряна.
В профессию Раиса Владимировна попала с легкой руки хранителя музея им. Врубеля Анны Чернявской. Программист из управления статистики, по ее мнению, должна была привести в порядок систему мониторинга и контроля. И не ошиблась.
Если ранее показания по температуре и влажности в музее снимались 1—2 раза в неделю, и, как говориться, шли в стол, то с приходом в музей Раисы Владимировны эти цифры были систематизированы. Полученные сведения помогли музейщикам вычислить безопасное количество посетителей для каждого зала, а также количество времени, которое они могут там находиться.
«Когда я начинала работать, это были двухтысячные годы, у нас были приборы 1—2-го поколения, которые требовали участия человека. Я брала в руки гигрометр и шла собирать данные. Но меня волновало, что происходит с полотнами, когда нас нет, когда в музее проходят мероприятия и в залах собирается большое количество людей. Юрий Викторович (Прим.ред. —Трофимов, экс директор музея им. Врубеля) меня услышал, и со временем нам удалось закупить новое современное оборудование. Теперь я знаю, как поток посетителей влияет на изменение температурно-влажностного режима. Собранные данные помогли разработать рекомендации и вычислить допустимое количество посетителей в залах музея», — пояснила климатолог.
Так, в парадном зале музея безопасно для картин могут находиться до 100 человек в течение 90 минут. В остальных помещениях количество посетителей варьируется от 15 до 50 и строго до 60 минут.
В Международный женский день Раиса Владимировна вместе с представительницами прекрасного пола музея принимала поздравления от мужчин-коллег. По традиции каждой сотруднице они дарят тюльпаны и поцелуй, а потом приглашают к праздничному столу.
