Василий Мельниченко: хроника одного везения

Василий Мельниченко: хроника одного везения

Дата публикации 10 декабря 2020 12:14 Источник фото Василия Мельниченко и из архива "ОМСКРЕГИОНА"

Еще недавно мы с тревогой следили за состоянием нашего коллеги и друга — художника и фотографа Василия Мельниченко, приехавшего в родной Омск и заболевшего коронавирусом. Он рассказал о своем опыте борьбы с COVID-19, «ОМСКРЕГИОН» публикует этот рассказ с небольшими сокращениями.

Я простой художник. Живу в Берлине, в городе, где, пожалуй, самое массовое в Европе движение против ограничений, связанных с пандемией коронавируса, во всяком случае, самое активное. Я разделяю мнение, что этот вирус политизирован, понятны опасения части общества, что вирус будет использован для ограничения свобод, но это не отменяет существования коварного вируса. И получить опыт прожить его на себе – стать на сторону правительств, которые вводят ограничения в попытке остановить распространение заразы, особенно если это жесткие меры, как в Китае, например. Выпить и потанцевать – могут стать последними яркими событиями в жизни.

История, которую я хочу изложить, это мой личный опыт двусторонней COVID пневмонии с поражением легких 75 процентов. Без сопутствующих хронических заболеваний и ожирения, без вредных привычек при достаточно активном образе жизни. Это история болезни в России, в Омске. Но мне повезло, я выжил. Выжил, благодаря тому, что упал.

Да, пожалуй, стоит сказать, по какой причине берлинский художник оказался в Омске. Омск – моя родина. Здесь живут двое моих детей и каждый год я делаю в этом городе выставку или провожу мастер-класс. И в этот раз мы с группой бывших коллег по Институту сервиса должны были в крупнейшем в городе торговом центре монтировать художественную инсталляцию, посвященную разумному потреблению и вторичной переработке. Над проектом я работал больше года в качестве куратора. И, кажется, все очень неплохо получилось, но посмотреть придуманное в воплощении я смог только в последний день работы выставки, на второй день после выписки из больницы, где провел полтора месяца.

В Россию я въехал 3 сентября на автомобиле через польско-российскую границу. Оставил машину в Калининграде у друга и полетел внутренними рейсами. Аэропорт Домодедово традиционно был полон. Судя по поведению масс, про маски и дистанцию никто из них еще не слышал. На омском рейсе при входе в салон всем раздали маски. Эти маски были где угодно, только не на лицах пассажиров за редкими исключениями. В день прибытия за несколько тысяч рублей я сдал тест на корону, и на следующий день получил отрицательный результат. В тот же день почувствовал озноб, на следующий день температура поднялась до 39, потом до 40. Но сначала я почувствовал отвращение к мясу во время попытки заставить себя поесть. Парацетамол почти не давал облегчения, и я сам себе на третий день назначил антибиотик, на четвертый вызвал участкового врача.

«ОРВИ, легкие чисты», - изрекла юная терапевт в защитном костюме.

Антибиотик благословила на шесть дней приема. И оставила меня в радостном ожидании скорой победы над простудой и возможностью приступить к делу. Прошло еще три дня. Температура не спадала. Я ничего не ел. Отвращение к мясу превратилось в отвращение к еде вообще. И 12-го сентября при попытке дойти от туалета до дивана я упал и ударился головой. Сознания не терял. Но чтобы исключить сотрясение, решил на такси до ехать до больницы скорой помощи.

БСМП-1, та самая, где врачи спасли жизнь Навальному. Приемное отделение. Меня осматривает хирург-травматолог. С головой все в порядке. Традиционные кровь, моча, попутно жаропонижающий укол. Приглашен терапевт. Мои легкие явно не в порядке. На моем пальце оказывается прибор, который показывает пульс и что-еще, мне тогда непонятное. Я отправляюсь на компьютерную томографию легких. Что-то жужжит. «Не дышите! Дышите!». Первое дается с большим трудом. И вдруг женский голос откуда-то из-за стекла в комнате:

«Знаете, все эти анализы вам могут не понадобиться».

Благо, сознание в полузабытьи, я не могу испугаться. Врач при мне звонит куда-то, описывает ситуацию, кто-то на другом конце провода обещает помочь, через десять минут раздается ответный звонок. Доктор сообщает, что сейчас я поеду в ковидную больницу, где договорились о моей госпитализации.

Мне повезло. Это был еще не пик пандемии в регионе и местами в больницах можно было найти свободную койку. Через двадцать минут меня доставили на машине скорой помощи в БСМП-2. По пути я выяснил, что поражение моих легких составляет 50%.

«Мест нет!», - отрезала женщина в окошке. Врач скорой помощи назвал фамилию человека, с которым согласована госпитализация. Койка нашлась в хирургическом отделении! Там все чайники подписаны ХО. Что-то пытаюсь пошутить про коньяк.

Койка. Медсестра. «Нет, аллергий нет». Тем не менее, пробы на аллергию. Капельница, уколы. Два доктора: «Лечь на живот! Лежать все время на животе! Кислород на 15 литров в минуту!».

Лежу на животе с катетером в носу, сознание уходит в туман. Последнее, что приходит из яви – голос одного из врачей:

«Теперь все от него зависит, сможет выкарабкаться, выкарабкается».

Я погружаюсь в мир бреда: гипоксия и вирус делают свое дело. Через пару дней после КТ в больнице я узнаю, что поражение легких увеличилось до 75-ти процентов. Я осознаю близость смерти и почти перейду в новое для себя состояние.

Перелом в болезни связан и с переломом в сознании, более, чем через месяц я осознаю себя с закрытыми глазами отдельным от других человеком с самостоятельным циклом потребления питательных веществ и выведением отработанных. Это начало выздоровления. Позднее от терапевта, занимающегося реабилитацией постковидников, я узнаю, что вторая волна пандемии открыла вирус с новой стороны: у половины заболевших наблюдаются в разной мере психотические реакции.

Когда ко мне стало возвращаться более или менее ясное сознание, я приступил к исследовательской деятельности, спрашивал больных в отделении, что происходило у них, когда они начинали заболевать, в отношениях с пищей, типичным ответом было «неприязнь к мясному». Я не терял обоняние и вкус. Делаю вывод: вирус блокирует определенные центры ЦНС, чтобы лишить организм помощи в борьбе с вирусом и пневмонией.

Вывод: при первых симптомах заболевания, через отвращение, насильно, жирную и белковую пищу принимать необходимо, иначе вы сообщник вируса.

Вторая проблема – страх. В моем случае страх был посеян непрофессиональными репликами других больных, которых я опрашивал, страх стал следствием общих панических настроений в СМИ и обществе. Для меня, кто не так давно пережил длительную и сильную депрессию с постоянным суицидальными настроениями, своего рода анальгетиком стала давно осмысливаемая мною фраза Хайдеггера «Философия – это наука умирать». Мне нужно было осознать эту возможность, принять ее как то, что может случиться и быть спокойным. Но в какой-то момент проснулась воля к жизни. Какой-то волчок закрутился во мне: «Я хочу жить!». Но страх еще сыграет свою роль в борьбе за жизнь, работая против выздоровления. Его действие необходимо отслеживать и сверять с действительным положением вещей. Однако, сознание в этот период неадекватно.

В больницу с вирусной пневмонией поступают люди с разной степенью поражения легких, и как ни странно может показаться несведущему человеку, на сатурацию, насыщение крови кислородом, фактор степени поражения легких влияет не в первую очередь. У одного легкие болеют, но дышат, у другого… сразу два пункта минус. Сатурация в норме – 95-100, я поступил в больницу с сатурацией около 80. Это означает почти круглосуточное пребывание под генератором кислорода. Отсюда два отрицательных момента.

1) Кислород – не только необходимый животным газ, он еще и высушивает слизистые и ткани. Через скорое время кожа рук и ног начинает шелушиться. Если у вас, как это было у меня, есть проблемы с верхними дыхательными путями, эти пути оказываются перекрыты нарастающими корками: лежа на животе, все выделения под напором кислорода тут же «окаменевают».

Я решал эту проблему так. Для кожи: 7% Пантенол крем, детский крем (много). В нос: Аквамарис и чуть позднее капли в нос на масляной основе. И дальше, благослови господи ваш указательный палец. Массируйте внутренние стенки вашего носа. Когда освоитесь дышать хоть немного самостоятельно, так, чтобы мочь задержать дыхание, лучше отмачивать корки теплой водой, втягивая ее носом и резко выдувая обратно.

2) Страх. И это страх задохнуться. Вырабатывается не только физиологическая, но и психологическая зависимость от генератора кислорода. Если первый тип зависимости решается постепенным сокращением потребления кислорода и увеличением времени самостоятельного использования легких, то включается предохранитель — страх хоть сколько-то дольше, чем добраться до туалета и обратно, остаться без трубки в носу.

Ослабить психологическую зависимость от генератора кислорода мне помогла медсестра, Наталья Сабельфельд, удивительный человек, будто созданный для своей профессии. Пять минут легкой гимнастики, сидя на кровати. Простое движение по бокам руками вверх-вниз с ритмичным дыханием. Сначала сатурация упала до 88. Но спустя несколько минут, как я лег на живот – предварительно подключив себя к кислороду – сатурация выросла до 96. Это был своего рода трюк. Мое дыхание бы без дополнительного кислорода не восстановилось. Но это сняло часть страхов, связанных с движением. Постепенно без рвения, увеличивая нагрузки, я начал делать упражнения по укреплению корсета скелета и дыхательные упражнения и чуть позже определять себе дистанции для пеших прогулок по коридорам отделения.

Предупреждение: лечение приводит связки в очень слабое состояние. Поэтому, начиная делать упражнения и прогулки, избегайте резких и быстрых движений! Все плавно и без рвения.

Еще. COVID – взламывает не только лёгкие, этот вирус провоцирует образование тромбов. Поэтому лечение сопровождается введением кроверазжижающих препаратов. Отсюда, носовое кровотечение для многих пациентов – норма, не стоит пугаться. Почему я говорю об этом? Все просто. Занятость медперсонала и врачей в больницах такова, что объяснять, что за чем следует при лечении вам никто, скорее всего, не будет.

Следующая проблема — грибы. Основное лечение при пневмонии – антибиотики в сочетании со стероидными препаратами. Кишечник вымывается в достаточно короткие сроки от полезных бактерий до «Проверено, ничего доброго здесь больше нет! Грибы, добро пожаловать!». Вскоре к вам пожалует кандидоз. Прыщики, язвочки в ротовой полости, своеобразные высыпания на половых органах. Вскоре человек просто не в состоянии принимать нежидкую пищу. Прижигать язвы препаратами типа Кандида – просто добавлять ожоги. Нужно комплексное противогрибковое лечение, включающее прием специальных препаратов и полоскания. Рецепты я не выписываю, я не врач. Просто умолчу, чем лечился сам. Главное в том, что один препарат в наличие в Омске был, а другой друзья высылали из Екатеринбурга.

Чтобы избежать кандидоза или минимизировать его активность, необходимо как можно раньше начинать прием пробиотиков в удвоенной дозировке против обычной, и еще — тройная доза витаминов группы В. Главным в этой связке является В2, но отдельно в таблетированной форме я его не встречал. Про поливитаминные комплексы, витамин С и Д, надеюсь, все слышали. Во время лечения суточная доза этих препаратов как минимум удваивается.

Коротко об еще одном сюрпризе, теперь со стороны стероидных гормонов. Они блокируют выработку организмом инсулина, и иногда случается диабет, он так и называется – стероидный. У меня случился. В большинстве случаев, по мере прекращения действия гормонов, поджелудочная восстанавливает свою функцию, но бывает и так, что диабет становится хроническим. Просто имейте это в виду. Пока вы в стационаре, у вас будут четыре раза в день контролировать уровень сахара в крови и вводить инсулин. Но, если до выписки сахар не пришел в норму, и если вам скажут при выписке, что всё само нормализуется при соблюдении диеты, то первым делом обеспокойтесь поиском эндокринолога. Еще вам понадобится глюкометр, а потом инсулиновые ручки. И вот тут подвох. Это удовольствие стоит по российским меркам очень недешево, но продается без игл. Иглы – еще одно дорогое и дефицитное удовольствие. Ведь вы не состоите на учете как инсулинозависимый, бесплатно он вам не положен. Запомните, что инсулиновые ручки отдельно, а одноразовые иглы к ним – отдельно и не обязательно, что в одной аптеке или в одном городе.

Прежде, чем перейти к теме восстановления на дому, хочу дать маленький совет тем, кто еще не в состоянии передвигаться дальше туалета, а то и до туалета путь кажется смертельно опасным. Когда я был переведен в палату интенсивной терапии, то мое состояние не предполагало культурных походов в туалет. Но я решил оставить себе этот шанс пользоваться ногами, и несмотря на страшную одышку и бешеную тахикардию, делал эти короткие прогулки, чтобы, вернувшись в палату, пасть ниц и хватать горстями кислород. Это было некомфортно, очень неприятно и обидно. Но несколько дней бездействия запускает процесс атрофии мышц. Потом встать будет труднее. Однако, степень безумства и отваги у всех разные. Вне зависимости, встаете вы или лежачий больной, но в сознании, необходимо изготовить очень простой тренажер.

Берем пластиковую бутылку, заполненную водой на треть. У медсестры необходимо попросить шланг от капельницы. Примерно на половине расстояния от уровня воды до воротника бутылки делаем небольшое отверстие, не более диаметра шланга, в которое вставляем один конец шланга и опускаем его на дно бутылки. Это первый шаг к восстановлению функции легких, который зависит только от вас. Пользоваться прибором легко. Свободный конец берем в рот, и: вдох через нос, выдох через рот в бутылку. Поначалу это будет казаться адским занятием, но начните с времени тренировки от «ой, устал/а», до 10 минут за один раз. После приема пищи можно полежать на боку, вот это самое благое время для таких спортивных занятий. Следующий этап – это двигательные упражнения лежа, потом пойти. Геройства здесь не требуется. Чувствуем усталость, прекращаем.

Итак, вас выписывают не потому, что вы здоровы, а потому, что считают, что дальше вы можете лечиться дома. И это понятно. Отделение, в котором я лежал, рассчитано на 70 коек, а лежало там более 90 человек. И на каждую койку, образно говоря, очередь из скорых на улице. Последнее КТ показало поражение моих легких 50%, но воспалительный процесс был остановлен, и я отправился домой при условии наличия генератора кислорода дома, за который не перестаю благодарить моих друзей, с назначением лечения на месяц вперед и потом снова Компьютерная Томография. Мой вам совет: зная, что вас готовят к выписке, постарайтесь заранее узнать, какие назначения будут сделаны. В вашем городе элементарно может не оказаться нужных препаратов, вы окажетесь один на один с проблемой, когда назначение в выписке есть, а фармакологической помощи у вас нет. В моем случае, лекарства доставали друзья в разных городах России и пересылали, или моя невероятная по человеческим качествам дочь, Александра, обзванивала часами все, что могла, и вырывала в какой-нибудь аптеке последнюю упаковку лекарства.

Итак, вы дома. Первое и главное – режим дня! У меня, без указания времени, он выглядит так. После подъема, стакана теплой воды и умывания, гимнастика. Первая часть упражнений – дыхание. Я выбрал несколько упражнений из системы Стрельниковой, те, которые не требуют резких движений. Плюс двухфазное дыхание. Помним, что рекорды нам не нужны, необходимо восстановление функции легких и связок. Устал? Отдыхай. После дыхательных упражнений перехожу к нагрузкам на связки и мышцы. Повороты корпуса, наклоны, подъем колена (держась за стенку), упражнения для мышц грудной клетки, отжимания от стенки. Потом упражнения лежа на укрепление мышц живота.

После гимнастики сатурация падает значительно, но стоит лечь на живот, как поднимается до показателей здорового человека. Это значит, что после гимнастики следует отдых на животе. Если вы еще кислородозависимы, лучшего времени для того, чтобы дышать кислородом, не придумать. Если вы уже обходитесь без генератора кислорода, глубокое дыхание в хорошо проветренном помещении решает те же задачи.

Предостерегаю от того, чтобы начать делать полный комплекс упражнений. Мне до этого формата нагрузок понадобилось три недели. После отдыха завтрак. У меня каждый прием пищи сопряжен с измерением уровня сахара в крови и определением дозы короткого инсулина на порцию еды. Есть еще проблема. Побочным эффектом лечения стала нейропатия кисти левой руки, пальцы не сводятся к большому, лишены двигательной силы и максимум их способностей – сжаться в кулак. Решение этой проблемы я оставил на время после окончательного решения проблемы с высоким сахаром в крови.

Я живу на четвертом этаже в доме без лифта, для меня это своего рода Эверест. Поэтому я вынужден рассчитывать нагрузки и дистанцию пешей прогулки с учетом нагрузок при подъеме по крутой лестнице на четвертый этаж. На третьей неделе все становится легче, но первые опыты могут вызвать страх и отбить охоту от уличных подвигов. Не люблю цитаты, но здесь самое время вспомнить строчку из популярной некогда песни «Нужно быть спокойным и упрямым». Другого варианта нет. Спокойствие и упрямство – то, что вернет работу вашим легким и связкам. Далее следуют обед и отдых на первых стадиях. В моем случае вместо отдыха вторая прогулка. Потом свободное время, ужин. И я делаю уже третью прогулку перед сном. За три недели моя сатурация без агрегата кислорода и без нагрузок вышла на значение 95. Это нижний порог нормы. Использование генератора кислорода сократил максимум до сорока минут в день. Первые две недели я спал, подключенный к генератору, уменьшая мощность аппарата. Первая ночь без генератора и катетера в носу показались чудом, мол, я выжил. Кислород только час утром. Но постепенно легкие привыкают добывать кислород самостоятельно. Это вызывает головокружение от успехов, но в реальности это астения, усталость после любого копошения на кухне. Из нее выход медикаментозный или очень длительный. И тут нужно приготовится к…

Спокойствие и упрямство - это не единственное, что нужно. Вторая важная вещь – деньги, точнее много денег. Умереть в России дешевле, чем лечиться от серьезного заболевания. Лекарственные препараты, нужные витамины – все стоит как… дорого. Один набор инъекций – четыре препарата по десять ампул, плюс услуги медсестры, которая будет ставить системы – это месячная пенсия среднестатистического омского пенсионера. Добавим расходы на прочие медикаменты и оплату консультаций специалистов по приобретенным во время лечения пневмонии заболеваниям.

Люди влезают в кредитную кабалу, чтобы выбраться из болезни, или смиренно умирают, определяя свое право жить в капиталистическом мире вполне себе капиталистическими критериями: деньги как право на продолжение своего бытия на Земле. В городе нет ни одного генератора кислорода в аренду. Впрочем, на продажу тоже нет в наличии. А стоимость генераторов с нужной для лечения мощностью начинается от 60 тысяч рублей. Последний в городе генератор за 15 000 рублей купила моя знакомая для своей матери с серьезным заболеванием сердца. Кому пандемия – потеря здоровья или близких, а кому – ничего личного, просто бизнес.

Перед тем как поставить последнюю точку в этом тексте, я хочу сказать, что с момента заболевания до написания этой хроники прошло уже три месяца. В социально-экономическом плане – это потерянные заказы и слетевшие часы в художественном училище, где я веду несколько спецкурсов, потраченные на лечение и проживание несколько тысяч евро, разлука с семьей. И полная неизвестность, когда свое состояние я смогу описать как удовлетворительное.

Кто-то может не верить в существование вируса. Его право. Но должны ли мы допускать одинаковое влияние на общественную жизнь всех представлений о реальности? Не думаю. В качестве финала приведу диалог с омским таксистом, не верующим в вирус.

- Наденьте, пожалуйста, маску!

- Да я не боюсь вируса, это все политика!

- С этого момента меня ваше здоровье не интересует. Я пережил этот вирус. Прошу вас, надеть маску, иначе я выйду из машины.

Поэтому я сторонник жестких государственных мер в области защиты от инфекций.

Можно было бы многое написать о разрушении советской системы профилактирования и эпидемиологической службы. Но если мы оказались там, где оказались, нужны общественная взаимопомощь и бдительность. Надеюсь, мой опыт кому-то принесет пользу.


Будьте здоровы!

Василий Мельниченко

Распечатать страницу

Комментарии пользователей (всего 3):

Карина
Спасибо, за столь подробный и интересный рассказ своего сложного личного опыта! Думаю эта статья будет многим полезна, в том числе и тем кто уже пережил ковид.
14 декабря, 13:25 | Ответить
Андрей
Двоякие ощущения. С одной стороны, спасибо автору за столь ценную информацию. А с другой стороны, "умереть в России легче, чем жить" - зачем так? Если сам автор вроде как признаёт, что фиаско в борьбе с короной - это последствия капиталистического уклада. Не стыдно так про страну, где родился и вырос говорить?
27 декабря, 13:48 | Ответить
Василий Мельниченко
Я родился и сформировался в СССР.
30 декабря, 18:53 | Ответить
Добавить комментарий