«Иногда приходится быть психологом и педагогом» — старший музейный смотритель центра «Эрмитаж-Сибирь»

«Иногда приходится быть психологом и педагогом» — старший музейный смотритель центра «Эрмитаж-Сибирь»

Дата публикации 14 сентября 2021 15:51 Автор Фото Сергей Мельников

Лариса Борисенко рассказала «ОМСКРЕГИОНУ» о дресс-коде смотрителя, детях в музее и тревожной кнопке под рукой.

Мы запускаем цикл материалов совместно с Музеем имени Врубеля, чтобы рассказать о том, что обычно скрыто от глаз посетителей. Героиня нашего первого выпуска — старший смотритель центра «Эрмитаж-Сибирь» Лариса Борисенко.


О первых днях в музее

Весной следующего года будет пять лет, как я работаю в музее. Около трех лет я проработала обычным смотрителем, теперь я старший смотритель, или, как у нас говорят, «диспетчер». Буквально за пару дней работы я поняла, что это мое, что я хочу здесь остаться. За пять лет я ни разу не пожалела о том, что работаю в музее. Я очень хорошо запомнила свой первый рабочий день. Он проходил в залах русской живописи Врубелевского корпуса. Я оказалась среди картин Васнецова, Левитана, Репина, Шишкина. Именно тех художников, которых знала и любила с детства. Поэтому мой первый рабочий день прошел в атмосфере необыкновенного подъема, чувства радости и одновременно большой ответственности перед тем, что мне доверено быть хранителем этой уникальной коллекции. Первый день я помню в мельчайших подробностях, и особенно то, как мне давали наставления мои более опытные коллеги. В то время здесь работали смотрители с более чем двадцатилетним стажем. Теперь уже я обучаю моих вновь прибывших коллег и ввожу их в курс дела.

О любви к живописи и любимых художниках

Раньше моя трудовая деятельность никак не была связана с искусством — до Музея имени Врубеля я работала в кадровом аппарате органов внутренних дел. Поскольку моя прежняя работа даже косвенно не была связана с искусством, то и в живописи я, конечно, разбиралась на уровне обывателя. Но обывателя, любящего изобразительное искусство и такой вид искусства, как скульптура. Работа в Музее имени Врубеля с такими уникальными фондами основной экспозиции дает потрясающую возможность не просто начать разбираться в живописи, а именно проникнуться миром искусства и навсегда полюбить этот волшебный мир. Работая в нашем музее, я открыла для себя новые имена. Например, Владимира Егоровича Маковского, картина которого «Дьячок» — жемчужина нашего филиала фонда русской живописи. Открыла я для себя и Николая Александровича Бруни. Его картина «Свеченосица» меня просто заворожила. Или такой художник-передвижник, как Николай Васильевич Неврев и его великолепная картина с завораживающем сюжетом «Просительница». Не менее пронзительный сюжет у картины «Проводил» художника-передвижника Николая Александровича Ярошенко. Все эти картины есть в фондах нашего музея.

 

О работе смотрителя

Рабочий день смотрителя начинается с осмотра того зала, в котором он будет находиться весь день. Это всегда разные залы, поэтому смотритель охватывает все экспозиции, проходящие в музее. Самой главной и основной обязанностью смотрителя является соблюдение тех условий и того порядка в зале, который предусмотрен данной экспозицией. Это и световой режим, потому что различные экспонаты имеют свою светочувствительность. Звуковой режим, потому что иногда концепция выставки предусматривает звуковое оформление. И температурный режим. Но самое главное — это создание комфортных условий для гостей выставки, но с соблюдением всех правил внутреннего распорядка музея. Смотритель для посетителя выставки должен быть как бы невидим, но при этом всегда незамедлительно появляться для тактичного урегулирования любых спорных ситуаций. Смотритель — это одновременно и хранитель порядка в залах, и добрый помощник посетителей музея. Когда я только пришла работать, меня мои старослужащие коллеги, которые проработали двадцать лет и более, учили, что при любом вопросе посетителя нужно его переадресовывать куратору выставки. Сейчас нам дозволено в рамках той информации, которая висит на стендах в каждом зале что-то пояснить посетителю, например о концепции выставки.

О дресс-коде

Для посетителей музей открывается в 10:00. Обычно смотритель приходит чуть раньше этого времени, чаще всего минут за двадцать, чтобы успеть подготовиться и переодеться. Дресс-код в музее, конечно, есть, и в обычной одежде, в которой мы ходим по улице, например, летом, смотритель в зале находиться не может. Дресс-код универсален для всех госслужащих: не должно быть оголенных частей тела. Летом предпочтительна, например, закрытая блузка, брюки, или юбка. Зимой — костюм. Обязательно должна быть закрытая обувь, собранные волосы. В общем, строгость во всем. У нас нет униформы, как, например, у смотрителей в «Эрмитаже» Санкт-Петербурга, но я хочу с гордостью сказать, что мои коллеги-смотрители, мои девушки, как я их называю, всегда выглядят достойно, и мне не стыдно за них.

 

О безопасности

Смотритель находится в течение дня в том зале, который у него предусмотрен по расписанию и уходит только в тот момент, когда приходит старший смотритель закрывать зал. Конечно же в графике смотрителя предусмотрен обеденный перерыв, перерыв на отдых. На этот период приходит дежурный смотритель и меняет основного смотрителя. Оставлять зал пустым недопустимо — неважно, есть ли там посетители или нет. В плане распорядка у нас все очень четко, как в армии. Взаимодействие смотрителей между собой — это очень важно. При загруженности одного зала смотрители из соседних залов, как правило, приходят на помощь. У смотрителя всегда с собой находится кнопка вызова помощи. В чрезвычайных ситуациях к нам на помощь придет не только служба безопасности, но и Росгвардия. Однажды у нас сработала кнопка и мы не сразу поняли это. Росгвардия прибыла через восемь минут. Это вселяет уверенность и чувство безопасности. Кроме того, все залы центра «Эрмитаж-Сибирь» оборудованы камерами видеонаблюдения. И в специальной комнате — она называется пультовой — можно просмотреть каждый уголок.

О посетителях

Дети — это наши особые посетители, самые неугомонные и любопытные гости. Конечно, когда в зале дети, смотритель становится более внимательным и бдительным, потому что нередко нужно терпеливо объяснять ребятишкам, что мы находимся в музее, в храме искусств. Что ко всему нужно относиться бережно и любоваться экспонатами можно только глазками, ничего не трогая руками. Как правило, ребятишки все хорошо понимают, потому что наши смотрители никогда не повышают голос. Никаких значимых конфликтов не возникает. Иногда бывает чуть сложнее с родителями, потому что порой они думают, что если они пришли в музей, то автоматически ребенок становится как в игровой комнате предметом бдения смотрителей. Но это не так, и мы объясняем это. Иногда приходится быть и психологом, и педагогом. Но хочу отметить, что за время моей работы каких-то серьезных конфликтных ситуаций не было. Основная проблема в том, что в «Эрмитаже-Сибирь» большие залы и детям очень хочется побегать. Но делать этого нельзя. У нас стоят скульптуры, и, конечно, их можно нечаянно уронить. В таких ситуациях смотрителю приходится быть очень бдительными. Со взрослыми посетителями чаще всего возникают проблемы, когда посетитель подходит слишком близко к картине, чтобы, например, сделать селфи. Не все картины защищены стеклом — по правилам к таким дышащим картинам можно подходить не более чем на метр. И следить за этим — также обязанность смотрителя. Поскольку у меня второе образование психолога, то мне легче в тех моментах, когда возникают какие-то сложности в коммуникациях. Посетители, конечно, бывают совершенно разные, и именно деликатность, умение разрешить ситуацию, чтобы не было конфликта, чтобы все оставались довольны и спокойны, — все это мне это давалось легко.


О преданности музею

Наш омский музей считается лучшим за Уралом по нашим фондам, которые находятся у нас в запасниках. Это потрясающий, уникальный музей. И мне очень хочется, чтобы все мои современники открыли и полюбили этот удивительный по своей красоте и уникальный по своей коллекции музей точно так же, как когда-то, придя сюда работать, полюбила его я. Я точно знаю, что преданность музею будет со мной до конца. Есть такой, к сожалению, забытый советский поэт — Сергей Островой. У него есть изумительные строчки о любви к малой родине: «Перед родной землей благоговея, всегда достоин будь ее любви. Она-то без тебя прожить сумеет. Ты без нее попробуй проживи». Эти строчки прекрасно можно переложить и на наш музей.


Распечатать страницу
Добавить комментарий