Пять счастливых лет
«Ни с чем не сравнимый, ровный-ровный, легкий, нежно-свирельный и полный красок», – так описывал голос Н.И. Забелы-Врубель композитор и музыкальный критик М.Ф. Гнесин: «Казалось, сама природа, как северный пастушок, играет или поёт на этом одушевленном музыкальном инструменте».
Чрезвычайно музыкальный Михаил Врубель, услышав Надежду Забелу в роли сестрички Гретель на репетиции в опере-сказке Э. Хумпердинка «Гензель и Гретель» на сцене Панаевского театра в Петербурге, где в начале 1896 года по просьбе Саввы Мамонтова он работал над декорациями вместо заболевшего Константина Коровина, был очарован её голосом, вызвавшим в нем неземные образы, которыми грезил художник.
«Я во время перерыва (помню, стояла за кулисой) была поражена и даже несколько шокирована тем, что какой-то господин подбежал ко мне и, целуя мою руку, воскликнул: «Прелестный голос!» – описывает в своих воспоминаниях первую встречу с Михаилом Врубелем Надежда Ивановна Забела-Врубель. – Стоявшая здесь T.С. Любатович поспешила мне представить: «Наш художник Михаил Александрович Врубель», и в сторону мне сказала: «Человек очень экспансивный, но вполне порядочный». Так чувствителен к звуку голоса Врубель был всегда. Он тогда еле мог разглядеть меня – на сцене было темно, но звук голоса ему понравился».
В первые же дни знакомства художник сделал предложение 28-летней оперной диве и впоследствии уверял свою сестру Анну Александровну, что если бы Забела ему отказала, он бы покончил с собой… Надежда не сказала «да» сразу, но пообещала дать согласие, если тот напишет её портрет.
Рисунок М. Врубеля к опере Э. Хумпердинка «Гензель и Гретель», 1896. В роли Гретель – его жена Надежда Забела (справа)
Условие было выполнено – двойной портрет «Гензель и Гретель» с изображением Надежды Забелы и Татьяны Любатович в театральных костюмах и гриме на фоне декораций пряничного домика понравился певице. Несмотря на неодобрение родственников Забелы, свадьба состоялась. Венчание прошло по православному обряду 28 июля 1896 года в Швейцарии, где в это время гастролировала певица.
Цифровая копия извещения о бракосочетании Надежды Ивановны Забелы и Михаила Александровича Врубеля из Музея-заповедника «Абрамцево»
«Вот уже четвертый день, что мы женаты, а мне уже кажется – очень давно, мы как-то удивительно сошлись с Михаилом Александровичем, – пишет в письме сестре Екатерине Надежда Ивановна. – В Михаиле Александровиче я каждый день нахожу новые достоинства; во-первых, он необыкновенно кроткий и добрый, просто трогательный, кроме того, мне всегда с ним весело и удивительно легко. Я безусловно верю в его компетентность относительно пения, он будет мне очень полезен, и кажется, что и мне удастся иметь на него влияние».
Михаил Врубель и Надежда Забела-Врубель, 1896
Для Михаила Врубеля встреча с Надеждой Забелой была встречей с мечтой, с близкой душой, с давно знакомым человеком, чей образ мистически уже жил в его фантазиях. Удивительно, что черты Забелы проступают в облике персонажей его произведений, созданных еще до встречи с ней: в «Гадалке», «Демоне сидящем», «Суде Париса». А начиная с 1896 года, Забела становится Музой художника, проявляясь в женских образах его фантастических картин-сказок. Но в ней он видит не только Морскую царевну, Маргариту, Снегурочку, Царевну-Лебедь. В образах его Шестикрылого серафима, Женщины-жемчужины, таинственной девушки в «Сирени», в одном из женских лиц его декоративной композиции «Роберт и монахини» угадывается облик Надежды Забелы.
Впервые встретивший свою Музу на сцене в сказочных декорациях и в сказочном, неземном образе, Врубель, всецело поглощенный музыкальной стихией, окружит её творчество волшебными сценическими декорациями, оденет в изумительные сценические костюмы, созданные по его эскизам. Будет сопровождать её на всех репетициях и спектаклях. Глубоко понимая музыку, будет давать ценные советы по трактовке образов.
«Единственное, чем он жил, была музыка, – писал театральный художник Сергей Судейкин. – Символом, идеальным выразителем прекрасного для него оставалась Надежда Ивановна».
Забела-Врубель была любимой певицей и Николая Римского-Корсакова. Она исполнила главные партии в его операх «Садко», «Сказка о царе Салтане», «Снегурочка», «Псковитянка». Специально для нее композитор написал партию Марфы в опере «Царская невеста». Декорации к этой опере выполнил Михаил Врубель, воссоздав на сцене сказочный русский городок.
Александровская слобода. Эскиз декорации М.А. Врубеля к опере Н.А. Римского-Корсакова «Царская невеста», 1899
На сцене в светло-коричневых красках осени им были воссозданы такие же по цвету, но более бледные деревянные дома и терема. Украшенные узорами наличники окон и резной конёк на кровле избушки сочетались с осенней остроконечной сухой листвой деревьев, а бледно-жёлтое небо и золотые купола храма – с широкой песчаной улицей. Тёплый неброский вид городка был созвучен драматизму и патетике оперы.
Премьера «Царской невесты» состоялась 22 октября 1899 года. В партии Марфы проявились лучшие черты дарования Забелы-Врубель – певицы женской души, женской тихой грёзы, любви и грусти, как называли её современники. Под стать таланту певицы, её образу Царской невесты был и её сценический костюм, тоже выполненный по эскизу Михаила Александровича Врубеля.
Н.И. Забела-Врубель в роли Марфы в постановке оперы Н.А. Римского-Корсакова «Царская невеста», Москва. 1899
Блистала его Муза и в опере «Садко». 90 раз она пела Морскую царевну, и все 90 раз Врубель приходил на спектакли и вдохновлялся образом-видением Волховы – сказочным существом, в платье «в пол» с жемчужным, напоминающим чешую чехлом, с шлейфом-хвостом и крыльями-плавниками. Струящиеся, плавные линии выполненного по его эскизу костюма, имитирующие движение воды, олицетворяли саму водную стихию.
Н.И. Забела-Врубель в роли Волховы в постановке оперы «Садко» Н.А. Римского-Корсакова, 1900 (Фото А. Пазетти)
На фотографии надпись: «Из глубины моря и души на память дорогому Николаю Андреевичу Римскому-Корсакову, 98-го 21-го апреля. Надежда Забела».
Художник не просто придумывал сценический наряд для Забелы, он воссоздавал в эскизе свою Музу – её лицо, пластику, слышал звучание её голоса. Костюм становился способом перевоплощения любимой женщины в сказочное существо. И, конечно же, во всех костюмах по эскизам Врубеля проступали черты его Любимой.
Врубель перенёс в театральный костюм всё, что делало его живопись узнаваемой – кристаллическую фактуру, текучие линии, символистскую поэтику, глубокое слияние образа со стихией. Он стал одним из первых художников, для кого сценический костюм был не одеждой, а полноценным произведением искусства.
Костюм Снегурочки из одноимённой оперы и костюм Морской царевны Волховы из оперы «Садко», выполненные по эскизам М. Врубеля
Сохранились только два, единственных в мире, сценических костюма авторства Михаила Врубеля, созданные по эскизам художника для любимой его Музы – оперной певицы Надежды Забелы-Врубель: Снегурочки и Волховы. Каждый из них – не просто наряд сказочной героини, а символ слияния со стихией, её породившей. Костюм Снегурочки как будто соткан из самой зимы. В нем свойственная художнику «кристаллическая» техника письма – гранёные мазки, создающие эффект мозаики, превращены в звёздчатую фактуру. Снежинки в волосах, стеклярус, вышитый белым по серебряному флёру, – всё создаёт впечатление, будто костюм соткан из кристаллов. Костюм же Волховы, богато инкрустированный бусами, стеклярусом, создаёт неповторимый образ Морской царевны, рождённой водной стихией. И кажется, что костюмы Врубеля продолжают «звучать» и сегодня.
В 1898 году образ прекрасной тоскующей царевны Волховы из оперы «Садко» – своей Музы Надежды Забелы-Врубель – художник воплотил и в акварели.
М. Врубель. «Царевна-Волхова». Н.И. Забела-Врубель в роли Волховы в опере Н.А. Римского-Корсакова «Садко», 1897-1898
Пленительный ночной пейзаж, мерцающий свет на глади вод и в россыпи жемчуга головного убора и наряда Волховы, золотистые чешуйки и перламутровые ракушки на нём, лиловый с золотистым акцентом колорит акварели передают фантастическое, нереальное сияние сказочного мира, усиливают ощущение томительной меланхолии, объявшей душу Морской царевны.
21 октября 1900 года в частной опере Саввы Морозова с триумфом прошла премьера оперы Николая Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане», художником-постановщиком которой также был Михаил Врубель. Сохранился его эскиз декорации к этой опере-сказке.
Город Леденец. Эскиз декорации к опере Н.А. Римского-Корсакова «Сказка о Царе Салтане», 1900
Партию Царевны-Лебедь исполнила Надежда Ивановна, покорив взыскательную московскую публику своим свирельно-нежным голосом и трогательным образом, воплотить который помог завораживающий костюм, тоже выполненный по эскизам Михаила Врубеля.
Н.И. Забела-Врубель - Царевна-Лебедь в опере Н.А. Римского-Корсакова «Сказка о Царе Салтане». Постановка Московской частной русской оперы С.И. Мамонтова, 1900
Одухотворённый, почти эфемерный облик его Музы, ставшей для художника символом гармонии Музыки и Женского начала, бесконечно вдохновляет Врубеля. Впитывая музыку в хрустальном голосе жены, он переводит её в красочный и пластичный язык живописи – пишет одну из самых загадочных своих работ – картину «Царевна-Лебедь».
М. Врубель. «Царевна-Лебедь», 1900
Синтезировав сказочное и реальное в образ волшебной птицы с ликом девы, художник создаёт чарующий миф о высшей Красоте и Тайне её проявления в мире. Царевна-Лебедь, существо двойственной природы, как и двойственность сумерек – пограничья дня и ночи – времени магической метаморфозы Девы-Птицы, соединяет в себе свет и тень, человеческое тепло и потусторонний холод. В колдовском мерцании её жемчугов, серебра, драгоценных каменей и теплых белёсо-розовых крыльев ещё таинственнее становится взгляд бездонных глаз ускользающей из этого мира сказочной Царевны. И эти полные печали и тревоги глаза обернувшейся в последнем порыве прекрасной Девы-Птицы становятся вдруг глазами «Демона сидящего» – глазами демонической Музы Врубеля Эмилии Праховой…
Многие годы творчество художника, напитанное чувством таинственности мира, обволакивающим рубежную культуру ХIХ-ХХ веков, не находило понимания современников, но по мировосприятию было близко русским поэтам-символистам. По-особому оно отзывалось в сердце Александра Блока, ставившего свою Прекрасную Даму – свою «Незнакомку» – в один ряд с врубелевской «Царевной-Лебедь», репродукция которой неизменно висела в кабинете поэта в Шахматове. Таинственный образ Девы-Птицы «в лиловом сумраке необъятного мира» художника оборачивается поэтической метаморфозой Блока в его стихотворении «Дали слепы, дни без гневны» («Врубелю»).
Что мгновенные бессилья?
Время — легкий дым…
Мы опять расплещем крылья,
Снова отлетим?
И опять, в безумной смене
Рассекая твердь,
Встретим новый вихрь видений,
Встретим жизнь и смерть!
Любимую Музу и жену Михаила Врубеля – Надежду Забелу-Врубель не встретишь на её портретах в обыденном образе. Окруженная ореолом романтичности и загадочности, она поэтично живёт в таинственном мире художника не только в сочинённых для её ролей сценических костюмах-символах и гриме, но и в придуманных им для неё повседневных нарядах, которые портнихи шили Надежде Ивановне по его эскизам.
М. Врубель. «Портрет Н.И. Забелы-Врубель в летнем туалете «Empir», исполненном по замыслу художника», 1898
Созданный в счастливую пору семейной жизни и признанный одним из самых гармоничных произведений художника, этот портрет Надежды Ивановны в исполненном по замыслу Михаила Врубеля летнем ампирном наряде полон света и чувства влюбленности. Его Муза-Жена – в изумительной шляпке наподобие капора, отделанной лентами, кружевом и подвязанной лентами под подбородком, в платье с завышенной талией, подчёркнутой широким поясом – в наряде, сшитом из легкой просвечивающей кисеи светлого оттенка, свидетельствующего о высоком положении дамы. В длинных шёлковых перчатках. Всё – по моде в стиле «ампир». И эти легкие, светлые краски наряда: лиловатые, фисташковые – так созвучны манящему, загадочному взгляду Забелы-Врубель, словно звучащему в тональности «ля мажор» – как в письмах к Н.А. Римскому-Корсакову описывала певица своё душевное состояние в 1898 году.
В портрете же Н.И. Забелы-Врубель «После концерта» художник с глубочайшей проникновенностью и нежностью раскрывает состояние томительной отрешённости певицы после выступления на сцене.
М. Врубель. «После концерта. Портрет Н.И. Забелы-Врубель у камина в платье, исполненном по замыслу художника», 1905
Застыв от усталости в кресле возле камина с догорающими в нём углями, его Забела всё ещё одета в лёгкое, воздушное концертное платье, воланы и складки которого неясно-лилового тона, чуть тронутые розовыми бликами от огня в камине, словно таят в себе звучание непостижимо прекрасной музыки, что сродни стихии огня. Удивительное по красоте платье, сочиненное Врубелем для своей Музы, олицетворяющей беззаветную самоотдачу творчеству, уже само по себе являет произведение искусства. По свидетельству Екатерины Ге, сестры Надежды Забелы, платье это было неповторимым цветком: «опять несколько прозрачных материй одна на другой, пунцовое, черное и серое, все вместе образовывало какой-то гигантский цветок». Увы, картина «После концерта» не была закончена – размыты черты лица Музы художника, который к тому времени уже почти ничего не видел и вынужден был прекратить работу над этим портретом.
Годом ранее, в 1904-м, находясь в психиатрической клинике, Михаил Врубель закончит один из самых вдохновенных портретов жены – «На фоне берёзок».
М. Врубель. «Портрет Н.И. Забелы-Врубель на фоне берёзок», 1904
В новом образе своей супруги на фоне тонких берёзок со сквозящим сквозь них мерцанием синего неба художник передаёт всю свою нежность к кажущейся хрупкой, словно не имеющей возраста женщине с ускользающим трогательно-печальным выражением лица с тенью беспомощной улыбки. Её затуманенный, полный мечтательности и неизъяснимой грусти взгляд, светящаяся бледность говорят о пережитом внутреннем надломе, оставившем свой трагический след в душе. Её нарядная бледно-розовая шляпка с вплетённой в неё чёрной траурной лентой, бледно-жёлтая роза в руке как символ случившейся разлуки невольно вызывают воспоминание о материнском горе Забелы-Врубель и неутешном горе самого художника – смерти их двухлетнего сына Саввы в 1903 году…
В годы тяжёлой болезни Михаила Врубеля, потерявшего зрение и всё больше теряющего рассудок, Надежда Ивановна – Муза и Жена художника – становится для него и Ангелом-Хранителем. Зная о том, как благотворно действует на него её голос, она пела для мужа и в лечебницах. Часто, по его просьбе – «Колыбельную» Волховы, арии Марфы, Царевны-Лебедь, знакомила его с новым своим концертным репертуаром. Старалась не выдавать своей боли и отчаяния от смерти сына и своего отца, болезни матери, безумия любимого мужа и неизбежности разлуки с ним… Проявляя необычайную стойкость, оберегала и поддерживала художника до последних дней.
… Как-то он пожаловался жене на воробьев – в их чириканьи ему слышалось: «Чуть жив, чуть жив…». И был в этом тоже некий мистический «умысел» жизни – польские корни отца Врубеля, где «Wrobel» значит «Воробей». И воробей, оказывается, совсем не простая птица. По восточным преданиям, он вестник между мирами. Не как все, немного с сумасшествинкой: не ходит, как все пернатые, а меленько подскакивает. Во время весеннего солнцестояния, в тёмные воробьиные ночи, эти птички пропадают – все слетаются в одно место, где чёрт меряет воробьёв огромной меркой, сгребая их греблом, а потом убивая всех, сколько попадёт в меру, и отпуская остальных…
Художник ослеп в 50… Последующие четыре года прожил, отгороженный от реального мира пеленой тьмы и стенами психиатрических клиник, не имея возможности созидать. Суровой зимой 1910 года Михаил Врубель сознательно провел перед открытой форточкой несколько часов. В феврале у него открылось воспаление лёгких, 1 апреля гения не стало. За день до смерти он произнёс: «Довольно! Поедем в Академию!». И на следующий день тело Михаила Александровича Врубеля перевезли в зал Академии художеств, где и состоялась панихида. Художника похоронили на петербургском Новодевичьем кладбище. Речь на похоронах произнес Александр Блок:
«Незаметно протекла среди нас жизнь и болезнь гениального художника. Для мира остались дивные краски и причудливые чертежи, похищенные у Вечности. Для немногих – странные рассказы о земных видениях Врубеля. Для тесного кружка людей – маленькое восковое лицо в гробу с натруженным лбом и плотно сжатыми губами. Как недлинен мост в будущее! Ещё несколько десятков лет – и память ослабеет: останутся только творения да легенда, ещё при жизни художника сложившаяся. Врубель жил просто, как все мы живём; при всей страсти к событиям, в мире ему не хватало событий; и события перенеслись во внутренний мир, – судьба современного художника; он стремился иллюстрировать душу, будить её от мелочей будничного величавыми образами. Перед тем, что Врубель и ему подобные приоткрывают перед человечеством раз в столетие, – я умею лишь трепетать. Тех миров, которые видели они, мы не видим, и это заставляет нас произнести бедное, невыразительное слово: «гениальность».
Похороны М.А. Врубеля на петербургском Новодевичьем кладбище. Среди присутствующих A.А. Блок, А.А. Врубель, Е.И. Ге, Н.И. Забела-Врубель, Н.К. Рерих, B.В. Матэ, Л.С. Бакст, И.Я. Билибин, В.А. Серов, 1910
Надежда Ивановна Забела-Врубель, любимая Муза, Жена и Ангел-Хранитель художника, переживёт его всего на три года, посвятив их концертно-камерной деятельности: служению памяти великих художников – Врубеля и Римского-Корсакова. «Теперь, разучивая что-нибудь, я думаю о том – как бы это понравилось М.А. Но, увы, его уже нет…», – писала она. День 20 июня 1913 года окажется для неё последним. В возрасте 45 лет, ночью, после концерта, она внезапно скончается при весьма туманных обстоятельствах… Смерть соединила их - Художник и его Муза покоятся друг подле друга на Новодевичьем кладбище Санкт-Петербурга.
Жизнь гениального художника М.А. Врубеля и знаменитой оперной певицы Н.И. Забелы-Врубель, подарившая им пять лет счастья, была непрерывным творчеством – любовь и искусство пронизывали всю их жизнь. Это было удивительно гармоническое супружество.
Источники фото:
автора,
https://levelvan.ru/pcontent/vrubel-1/kiev-and-italy
https://artchive.ru/wilhelmkotarbinski/works/518794~Portret_Emilii_L'vovny_Prakhovoj
https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/8122/foto/a9549/569246/
https://kulturologia.ru/blogs/110716/30403/
https://www.tg-m.ru/articles/3-2021-72/vse-zabudetsya-vremya-konchitsya
https://theatremuseum.ru/exposition/vrubel?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera
