К слову, Владимир Шалак стал 70-м Почетным гражданином Омска. Это звание присваивается раз в пять лет людям, внёсшим значительный вклад в развитие города.

— Владимир Васильевич, вы омской культуре отдали более 40 лет. И вы пришли в культуру, можно сказать, из самодеятельности из флота и по комсомольской линии, когда жили в Павлоградском районе. Как это было?

—Я родился в Павлоградском районе, село Глинкино. Там жили выходцы с Украины – они приехали за новыми землями в 1909 году, когда была Столыпинская реформа по переселению. Все мои дедушки и бабушки оттуда, с Украины.

А родители родились уже в Омской области, и я родился здесь. И я с такой теплотой вспоминаю своё детство. У нас было очень красивое село. Первым делом, что делали переселенцы — везде садили сады. У каждого дома был свой сад, и у нас был самый большой сад в селе.

Служил я на Балтийском флоте. Мой отец воевал в 71-й Дальневосточной морской бригаде, старший брат служил на Тихоокеанском флоте – так у нас сложилось. Когда я пришёл со службы, ко мне приехал секретарь парткома хозяйства. Я ещё стоял в бушлате флотском, но он говорит, что надо возглавить комсомольскую организацию совхоза «Яснополянский». Это был самый крупный по своим объемам совхоз, а комсомольская ячейка была самой большой в районе. И мы тогда так раскрутились! Развернули направление самодеятельного народного творчества, спортивное движение. У нас были великолепные мужские, женские вокальные ансамбли, солисты, музыканты. Я пел в ансамбле песни и пляски Рижской военно-морской базы, когда еще служил на флоте в Риге, и здесь продолжил. Мы все пели, плясали. Затем меня пригласили заведовать отделом культуры Павлоградского райисполкома. Я был самый молодой, наверное, заведующий отделом в области, тогда мне было 24 года. Я многого еще не знал, но были хорошие команды, которые учили по-доброму. А в 1979 году я был переведён на должность заведующего отделом культуры Большереченского райисполкома.

— Получается, вас перевели усиливать культуру другого района?

— В 1978 году был Пленум по идеологии Областного комитета партии при Сергее Иосифовиче Манякине. Он подверг критике некоторые районы за культурно-массовую работу, в том числе Большереченский район. Он был на последнем месте. Но мы создали там хорошую команду, была великолепная поддержка председателя райисполкома Валерия Дмитриевича Соломатина. Благодаря этому легендарному человеку, который всей душой болел за развитие района, в Большеречье появились зоопарк, картинная галерея и «Старина Сибирская».

По зоопарку я писал письма на имя министра культуры РСФСР. Депутат Верховного совета от Омской области Александр Фирстов зашёл в Министерство культуры, а там говорят: «Да ты что, у нас в крупных городах нет зоопарков, а ты хочешь, чтобы в сельской местности?» Но Валерий Дмитриевич Соломатин потом был избран делегатом партийного съезда, зашёл к министру — и вопрос решился. Когда строился зоопарк, Валерий Дмитриевич заставлял каждое предприятие вносить свой вклад. Многие руководители чертыхались. Но зоопарк рос, потом его стали поддерживать областные руководители.

Всей командой мы вывели район в лидеры. В 1984 году он стал победителем областного соревнования и получил переходящее Красное знамя Обкома партии Облисполкома, Облсовпрофа и Обкома Комсомола по своей зоне. В 1988 году я был переведён на должность директора Областного научно-методического центра. Сейчас это Государственный центр народного творчества. А в 1990 году на сессии городского совета меня утвердили руководителем отдела культуры Омского горисполкома.

«Культура — это то, что нельзя продавать»

— Но тогда вас не просто утвердили – процедура была не такой, как сейчас. За вас проголосовали 200 городских депутатов.

— Кто-то один из 200 был против или воздержался, остальные за. Я стоял на трибуне очень долго, мне задавали вопросы. Зал Дома политпросвещения на 700 мест (сейчас это «Концерт-холл») был полным. Не было ни одного злого вопроса! Потрясающая была атмосфера.

И тогда же родилась идея: нам надо удержать в это лихолетье всё от распада. 21 февраля 1991 года вышло распоряжение о создании в Омске шести профессиональных муниципальных коллективов. Это театр «Галёрка», который Владимир Витько сначала организовал при строительном кооперативе «Берёзка», театр Любови Ермолаевой, оркестр русских народных инструментов «Лад», академический хор «Современник», ансамбль танца «Иртыш», городской музей «Искусство Омска». И всё, что мы создали 35 лет назад, работает и сегодня.

— В девяностые годы денег у людей не было, сходить в кинотеатр для семьи — уже событие. Как в этих условиях удавалось поддерживать культуру?

—Я благодарен руководителям города того времени: Геннадию Александровичу Павлову и Владимиру Алексеевичу Варнавскому, которые поддерживали наши предложения и инициативы.

Я внёс предложение создать городское управление культуры, забирать у предприятий учреждения культуры, чтобы не дать их продать. Я ездил по предприятиям, организациям, встречался с руководителями заводов. Со многими легендарными омскими директорами установил тёплые отношения – это Петр Будеркин («Омскшина»), Сали Катык («Омсктрансмаш»), Болеслав Буковский (завод имени Попова), Иван Подковка (Кордная фабрика), Иван Лицкевич (Омский нефтезавод), Альфред Фальчевский (Телевизионный завод).

Предприятия не могли содержать свой соцкультбыт. Вот в 1992 году Дворец культуры Завода подъемных машин (ДК «Звёздный») решили отдать под муниципальный банк «Сибэс». Я зашёл к Варнавскому: «Неужели под банк нельзя найти другое помещение? Советский район – студенческий, здесь столько вузов. Куда мы денем молодёжь? Посмотрите на всплеск преступности». Он говорит: «Всё, вопрос снимается. Забирайте». Так он стал Дворцом культуры молодёжи и студентов.

Дворец культуры Красной Гвардии и Дворец культуры имени Свердлова мы забрали у Трансмаша. Заходил я и к директору завода имени Козицкого Эдуарду Назарову. Глава администрации города Юрий Шойхет обещал найти денег на их Дворец культуры. Но завод тогда решил не отдавать ДК, мы его забрали только в 2012 году, когда он, к сожалению, уже был в полуаварийном состоянии – несущая стена дала большую трещину. Мы приглашали туда строителей, они смотрели. Некоторые нам предлагали: «Отдайте нам дворец, дайте место. Мы выстроим вам новый дворец, дадим ключи и только потом снесём старое здание». Но мне очень жаль, что все осталось на уровне предложений. Там было два великолепных зала – один из них с большой сценой с поворотным кругом, второй – кинозал. Жаль, что все осталось на уровне предложений.

А в 2012 году мы просили ДК имени Баранова под создание Городского Дворца культуры. Но тогда предприятие находилось в стадии акционирования, и на полтора года все сделки были запрещены. Спустя некоторое время было подготовлено письмо в Ростех, которое подписал губернатор. В ответе госкорпорация сообщила, что не возражает против передачи Дворца культуры на безвозмездной основе Омской области. Прекрасно знаю этот Дворец культуры, там великолепный зал на 550 мест. Он был введён в строй в 1956 году. И, кстати, орден Ленина Омской области в январе 1957 года на сцене этого Дворца культуры вручал Леонид Ильич Брежнев. Но потом все переговоры о передаче застопорились. На его восстановление, конечно, нужны колоссальные средства.

— А как появился «Лицейский театр»?

— Мы создавали его в октябре 1994 года. Некоторые критиковали: зачем, денег нет. Денег действительно не было, но надо было иметь мужество принять решение подписать распоряжение об открытии театра. А потом уже кто-то из спонсоров помог, муниципалитет.

«Мы забирали детей с улицы не комиссиями, а баянами и кисточками»

— Владимир Васильевич, в девяностые годы у вас была почти утопическая идея — открыть учреждение дополнительного образования возле каждой общеобразовательной школы…

— Еще 11 мая 1990 года, когда меня утверждали руководителем городской культуры, я выступал в Доме политпросвещения и озвучил свою голубую мечту: чтобы рядом с каждой из 165 школ Омска стояла либо школа искусств, либо музыкальное или хореографическое отделение. Приводил в пример обучение до революции: институт гувернеров, музыка, танцы, языки — оттуда вышло столько выдающихся деятелей XIX и XX века.

Мы создали программу развития, и посмотрите на результат сегодня: в городе работает 25 школ (из них 21 школа искусств и 4 художественных школы), где учится свыше 13 тысяч детей. И среди них нет правонарушителей. Ребёнок, переступая порог школы искусств, становится другим человеком. Поэтому всегда говорил – зачем нам многочисленные комиссии по правонарушениям, лучше открывайте школы искусств.

— В те самые «лихие» девяностые вам удалось забрать многих ребят с улицы?

— Конечно. Но мне приходилось выдерживать немалую критику. Но всё, что мы построили тогда, спустя 35 лет работает. Значит, правда была на нашей стороне.

Школы искусств мы открывали буквально по кирпичику. Вот вам один пример уже из двухтысячных, но он показательный. 8 октября 2012 года я выступал на совещании у мэра Вячеслава Двораковского. После него ко мне подходит директор департамента транспорта: «На Мира, 112 есть огромное закрытое здание бывшего 9-го пассажирского депо». Поехали смотреть: 4000 квадратных метров, четыре этажа. Денег в бюджете ноль. Мэр отдал его просто так, под мое честное слово. Силами нашего хозяйственно-эксплуатационного центра мы два года делали там ремонт и в июле 2015 года открыли школу. Сегодня там учатся больше 800 детей.

Или другой случай — здание на Дмитриева, 3/4, первый этаж жилого дома, которое город выкупил у Ростелекома к трехсотлетию Омска. Ни одного ученика не было. Сделали звукоизоляцию от квартир, открыли в 2016-м. Сегодня там 1070 учащихся! Вы только вдумайтесь в эту цифру. Потом мы забрали здание пограничного управления на Авиационной, 141.

Уже при новой команде, когда мы попали в нацпроект «Культура», министр культуры Омской области Юрий Трофимов начал выбивать федеральные деньги и на городские школы искусств тоже.

— Ваш второй приход в департамент культуры 2012—2020-ые годы отличался от работы в 90-ые?

— Идеи у нас были те же – развивать культуру. Другой вопрос, что девяностые годы – это было время не только лихолетья, но и время романтики. Денег не было, но мы искали различные варианты, развивали учреждения, а какие мы делали праздники и фестивали!

Потому что дух был такой – духоподъёмность невероятная. 1991 год, 275-летие Омска — к нам приехал театр Вахтангова на целый месяц. на празднование юбилея города на улицы вышло 475 тысяч человек. А какое это было красочное зрелище!

В 1993-м — провели первый городской праздник детства, колонна в 35 тысяч детей шла от Сквера пионеров (сейчас это площадь у Успенского собора) до Зеленого острова, где собралось 200 тысяч зрителей. В том же году и в 1994-м — проходил первый и второй международный фольклорный фестиваль: Испания, Аргентина, Украина, Латвия, множество российских коллективов...

Конгресс соотечественников, живущих от Австралии до Канады, также состоялся здесь, в Омске, в 1992 году. В 1995 году к пятидесятилетию Победы — за месяц отремонтировали стадион «Красная Звезда», 18 тысяч зрителей было внутри, еще тысячи стояли вокруг. В 1996-м привезли на 280-летие Омска Государственный Кубанский казачий хор. А первый раз они приезжали в 1992 году, когда мы инициировали и провели первый фестиваль «Душа России». Это была романтика созидания во времена безденежья.

— Вам же довелось курировать и масштабную реконструкцию Омской крепости, спустя годы можно оценить – удался ли этот проект?

— В январе 2013 года Андрей Голушко, будучи депутатом Госдумы, сказал, что есть возможность отреставрировать крепость. Он помог нам выйти в то время на министра культуры Владимира Мединского. Он трижды прилетал и спрашивал: «Что будет в том или этом здании?». За два месяца мы подготовили укрупненные сметы, проектировщики «Омскгражданпроекта» и «Мостовика» работали сутками. Пошло федеральное финансирование, к 2016 году восстановили Воскресенский собор, здания крепости. Сегодня крепость преображается, и я очень рад, что нынешний губернатор Виталий Хоценко и мэр Сергей Шелест уделяют этому колоссальное внимание.

– Вспоминается тот юбилей города, в 2016 году, когда в Омск пригласили Надежду Бабкину, а критики писали: «Лучше бы позвали группу "Ленинград"». Но зато какой сейчас успех у Надежды Кадышевой и других «народников»!

— Я знаю тех, кто меня тогда критиковал. Но журналистам, прежде чем писать, стоило бы знать коллектив. У Надежды Бабкиной в коллективе 28 молодых артистов с консерваторским образованием. Посмотрите, как они поют о России. Сегодня не хватает таких песен на сцене. Это мощнейший патриотизм. А что про тех, кто писал про «Ленинград», это их мнение. Творить надо с умом. И я тоже всегда старался семь раз обдумать любое решение.

– Сегодня Омск носит статус Культурной столицы. Объем предложений огромный. Как вам этот темп?

— Это замечательно. Чем больше мероприятий, тем лучше. Потому что каждый имеет право на свой выбор, согласно вкусам и предпочтениям. Прекрасно работает Союз художников во главе с Андреем Машановым — вернисаж за вернисажем, к ним пошла молодежь.

За последнюю пару лет преобразился весь город: успешно работает в выходные «Пешеходный Любинский», идет масштабная реконструкция улиц, набережных, Зеленый остров, который наконец-то начали развивать на частные инвестиции. У нас шесть государственных театров, два муниципальных, Северный драматический в Таре, детский театр в Калачинске – мы действительно культурная столица, без натяжки. Но это звание получено не на ровном месте. Не одно поколение руководителей отрасли, творческих коллективов создавало базу, имидж города.

«Руководитель должен быть “зажигалкой”»

— В вашу бытность нужно было иметь большое мужество, чтобы принимать такие управленческие решения…

– Это касалось любых решений по открытию новых учреждений. И потом надо было быть и дипломатом, и администратором, и хозяйственником. Нужно было убеждать руководителей предприятий, заводов что-то передавать, что-то содержать, поддерживать своими силами.

— Скоро у вас личный юбилей — 9 сентября исполняется 75 лет. Что бы вы посоветовали молодым руководителям?

— Я считаю, любой руководитель должен быть «зажигалкой». Говоря образно, это тот, кто подаёт идеи, генерирует их и пытается, чтобы вверенный ему на этом этапе коллектив проникся этими идеями, и все вместе шли к достижению цели.

Руководитель должен двигаться не один, а командой. Я благодарен всем командам, с которыми мне пришлось работать за многие годы, я всех до единого и каждого отдельно благодарю за их самоотверженную работу.

Кроме того, руководитель должен быть умным и человечным. Без доброго сердца нельзя. Ко всем нужно относиться одинаково уважительно — и к уборщице, и к заму. Я никогда в жизни никого не называл на «ты», только на «вы». Ведь каждый на своем месте отвечает за свой участок работы – и специалисты разных уровней, и начальники, и простые работники. А руководитель должен их сплачивать.

Слово «руководить» имеет древние корни: это не «руками водить», а сплачивать людей в одну команду, идти вместе. И у нас это получалось.