О чем рассказывал литературный альманах.
В авторской библиотеке «ОП» есть том под названием «Глубинка». Это литературно-художественно-публицистический альманах (№ 3–4, издание 1998 года). Редактором альманаха был бывший заместитель редактора «Омской правды», позднее ответственный секретарь газеты «Омский вестник» Анатолий Иванович Грачев.
Итак, «Глубинка». В обыкновенной жизни глубинкой называют периферийные места, скажем, отдаленные от центра районы или маленькие села. Ну а в литературе или даже в публицистике глубинкой обозначают желание достичь большей глубины в описаниях нашей с вами жизни и, соответственно, популяризации каких-то известных или даже неизвестных авторов. И в связи с этим глубинка как бы призывает к разработке тем, почему-то забытых или почему-то оставшихся в стороне от зоны популярности.
Возможно, кому-то эти пассажи о глубинке покажутся сложными. Ладно, давайте рассмотрим простейшие. Например, мало кто с ходу называет авторов гениального романса «Вечерний звон». Вспомните героя шукшинской «Калины красной» Егора Прокудина: вот он стоит на сцене среди зеков и старается не пропустить свое «Бум! Бум!» Не очень впечатляет? Но, уточним, этот романс пели и члены царской фамилии, пели даже священники, так как по своей музыкальности, суровой мудрости текста романс (!) стоял рядом с молитвой.
Итак, кто же написал бессмертные строки:
Вечерний звон, вечерний звон!
Как много дум наводит он…
Краевед Иван Шихатов отвечает:
– Стихи написал Иван Козлов, который имел прижизненную славу, какой не знал даже сам Александр Пушкин. А музыку сочинил легендарный Александр Алябьев (вспомните его удивительного «Соловья»). А что мы знаем об этих двух гениях? Я слышал, что Алябьев в свое время сражался в отряде Дениса Давыдова. Немного? Но как славно!
Обратимся к бессмертному романсу «Гори, гори, моя звезда». Кто его автор? Было время, когда молва приписывала поэтическое авторство адмиралу Колчаку, который как бы подарил Омску высокое звание «третьей столицы России». И нашлись серьезные историки, готовые отдать и музыкальное авторство Верховному правителю России. Во многом этому способствовал Валентин Пикуль, создатель романтических произведений, которые тот писал на базе порой случайных архивных материалов и своей неудержимой фантазии, покоряющей многих читателей.
Позвольте мне некое лирическое отступление. Почему в Омске до сих пор не созданы романы, рассказывающие о времени пребывания Колчака в городе на Иртыше? Я, правда, удивляюсь: Омск – вот он, дома, где работал и жил Верховный, сохранились. Здесь бродил, скажем так, неразгаданный Антон Сорокин (а рядом с ним можно позволить любые вольности). Потом в Омск прибыл «комиссар» Красной Армии Ярослав Гашек, «отец бравого солдата Швейка». Многое, очень многое случилось именно в Омске. жаль только, что почти все архивы каким-то образом оказались в Америке. И жаль, что фантастически красочный фильм «Адмиралъ» снят черт-те знает где, только не в Омске. Вот о чем надо написать, и это будет поистине потрясающая «глубинка».
Ну а сейчас совсем коротко. Стихи романса «Гори, гори, моя звезда» написал Василий Чуевский, музыку – знаменитый Петр Булахов. Какими они были, что сумели взволновать душу сурового человека-ученого, адмирала и воина Александра Васильевича Колчака?
В дни выхода в свет «Глубинки» Грачев был не просто весел – он был празднично одет, был торжественен, он чувствовал, что он как бы повелевает историей.
– Смотри, – говорил он мне, – в журнале всплыла тема «омских декабристов». Ее надо продолжать, копать дальше!
И он уже звонил знакомым журналистам, предлагал выступить в журнале, просил совета, спрашивал: что уже давно ждет своего часа? Я тоже пришел не только за информацией о выходе нового журнала, я хотел написать о первых омских ракетостроителях. И мое предложение было принято!
При мне Анатолий Иванович стал критически разбирать свеженькую «Глубинку». Не скрывал, что некоторые материалы не были специально написаны для журнала, а нашлись в столе, где пролежали несколько лет по неизвестной причине. Среди тех «пролежней» были даже размышления об уничтожении памятников совести воинам в бывших соцстранах. Я, например, в 1975 году был участником первого фестиваля дружбы советской и венгерской молодежи. И видел памятники нашим отцам, освобождавшим Будапешт. Где же те обелиски сегодня?! Я держал в руках карту, на которой Венгрия была разделена на несколько районов, и согласно той карте нам выпало дружить с Пештской областью. А потом дружба почему-то испарилась.
В Омской области нет полезных ископаемых, и это рядом с Тюменью, которая буквально захлебывается от нефти и газа, и вдруг Владимир Бородин публикует в «Глубинке» сенсацию: в Тарском районе нашли и готовятся добывать космический металл – цирконий.
– Анатолий Иванович, а ты о ком, о чем собираешься написать?
– Прости за нескромность, я думаю написать о Колчаке. Да и как не написать: он провел в Омске два года, здесь жила его любовь Анна Тимирева. Наш краевед Владимир Селюк неоднократно бывал в Париже, посещал русское кладбище Сен-Женевьев-де-Буа. Там похоронена жена адмирала, там есть могила – место памяти Александра Васильевича.
И вот самое печальное: номер 3–4 «Глубинки» оказался последним. Даже вторая половина «Сказки про Ивана и Гаврилу; что между ними было; как народ на свете жил, не щадя ни сил, ни жил», написанная народным артистом РФ Георгием Котовым, была допечатана в другом издании. Кто же в этом виноват? Нет ответа. А вот закрытие «Глубинки» крепко ударило по здоровью Анатолия Ивановича Грачева. Конечно, и в этом никто не виноват, увы!
