Кирилл Стрежнев: «Что такое мюзикл, не знает никто»

Кирилл Стрежнев: «Что такое мюзикл, не знает никто»

Дата публикации 4 декабря 2013 10:04 Автор Светлана Васильева

6 декабря в Омском музыкальном театре состоится премьера спектакля по пьесе Николая Коляды «Баба Шанель» на музыку Александра Пантыкина. Поставил его лауреат Национальной премии «Золотая маска» Кирилл Стрежнев.
6 декабря в Омском музыкальном театре состоится премьера спектакля по пьесе Николая Коляды «Баба Шанель» на музыку Александра Пантыкина. Поставил его лауреат Национальной премии «Золотая маска» Кирилл Стрежнев.

Драматург выражался нецензурно

– Кирилл Савельевич, когда вы поставили свой первый спектакль в Омском музыкальном театре? 

– В 1978 году, спектакль «Старые дома». Тогда еще был театр музкомедии.

– Вы – главный режиссер Свердловского академического театра музкомедии, а в омском театре вас называют главным приглашенным режиссером. Что значит этот статус?

– Моя задача – приехать и поставить неплохой спектакль. Какие-то названия предлагаю я, какие-то театр. Например, «Укрощение строптивой» – это была идея директора театра Бориса Львовича Ротберга – к юбилею Виссариона Шебалина. «О бедном гусаре» – мое предложение, потому что есть прекрасный артист Георгий Котов, которому пора было это сыграть. 

– Вы ставите на омской сцене тринадцатый спектакль. Часто ли повторяете те, что идут в Екатеринбурге?

– Нет. «Свадьбу Кречинского», «Тетку Чарлея» и «Как вернуть мужа» я отсюда перенес в Екатеринбург. А с «Чирик кердык ку-ку» такая история. Я поставил этот спектакль у себя и хотел его повторить в Омске. Но перед отъездом посмотрел и понял, что спектакль плохой. И сейчас в Омске делаю совсем другую редакцию. Переделываем и музыку, и драматургию, и мизансцены.

– История пожилых женщин, объединившихся в ансамбль, как бурановские бабушки, написана для драматической сцены…

– Да, и идет в театрах с большим успехом. И вот почему. У очень хороших артисток среднего и старшего поколения мало ролей. А Коляда написал пьесу, где нет главных и второстепенных героев, у всех шести женщин своя непростая судьба. Это подарок для любой актрисы.

– А как такой автор-экспериментатор, как Николай Коляда, отнесся к переделке пьесы в музыкальный спектакль?

– Сначала он был возмущен этой идеей. У меня лежит его письмо, написанное с употреблением ненормативной лексики. Потом успокоился, побывал на репетиции, пришел на премьеру, извинился, взял свои слова обратно.

– Как омские актрисы отнеслись к тому, что им приходится играть старушек?

– Они очень увлечены, им интересно играть роли, где много драматизма. Да, Валентина Шершнева исполняет роль бывшей доярки, которой 90 лет. Но я говорю: специально изображать, что ноги не ходят, поясница болит, не нужно. Зритель и без подчеркивания немощей поверит. А самая молодая бабушка – у Ирины Трусовой.

Диктатура должна быть добровольной

– Как сочиняется спектакль? 

– По-разному. Есть спектакли-интерпретации, а есть авторские, где мы работаем вместе с композитором и драматургом. Впрягаются и дирижер, и хореограф, и художник. Вшестером мы собираем «болванку» – эскиз, приглашаем артистов, на них проверяем, что придумали, и слушаем, что скажут.

– То есть вы не режиссер-диктатор?

– Диктатор? Ни в коем случае. Зачем? Диктатура должна быть только добровольная – так говорил Георгий Товстоногов. И ему подчинялись выращенные им потрясающие артисты.

– Один из ваших спектаклей – «Свадьба Кречинского» - был отмечен премией губернатора Омской области. А «Севильский цирюльник» и «Укрощение строптивой» вызвали неоднозначную реакцию, потому что в первом случае вы придумали современную курортную историю, во втором – цирковую. Вы считаете допустимым такое преображение классики?

– Но это же комические оперы. Если бы ставил «Ивана Сусанина» или «Бориса Годунова», такая фантазия была бы неуместна. А здесь и я, и артисты в работе над спектак­лем получали удовольствие. И это омский эксклюзив.

– А как родилась «Свадьба с приданым» – ретро из 50-х годов?

– Меня потрясло такое предложение директора театра. Но Борис Львович уговорил. Я стал что-то придумывать и пришел к выводу, что это время можно показать с высоты сегодняшнего дня, а главное – людей, озаренных идеей. Конечно, они иногда произносят дурацкие тексты про яровизированное зерно (что это такое?), но наивность и чистота души подкупают. Между прочим, я после Омска поставил «Свадьбу с приданым» в Краснодаре. И там спектакль играют до сих пор, возят по станицам, и люди плачут от радости. Получилось точное попадание. 

– Есть ли у вас новые идеи для Омского музыкального театра?

– Хочу предложить поставить «Труфальдино». Два года назад мы с хореографом Гали Абайдуловым сделали спектакль в Свердловской драме. В омске есть артисты, которые могли бы хорошо разыграть эту историю. 

– А фильм с великолепным Константином Райкиным не помешает восприятию?

– Нет. И в Свердловске говорили: «Ой, все Костю помнят». А вышел спектакль – забыли. То же самое со спектаклем «О бедном гусаре». В кино – Леонов, а зрители идут посмотреть, как это сделано на сцене. Театр умеет по-своему убеждать, и снятые фильмы, наоборот, становятся локомотивом интереса.

Неумирающая оперетта

– Кирилл Савельевич, я не раз слышала, что оперетту, музыкальную комедию считают жанрами из прошлого…

– Много лет хоронят старушку оперетту, а она никак скончаться не может. Неблагодарное это дело, потому что не мы изобретали этот вид искусства, не нам его и хоронить. Он возник естественно, как балет, опера. Если это случилось, значит, кому-нибудь нужно.

Другое дело, что надо делать хорошую оперетту. Что произошло в советское время? Либретто классических оперетт переписали. Ну как же, граф – значит, подлец. Что обидно? Эрдман написал хорошую пьесу «Летучая мышь», но она ничего общего не имеет с произведением Штрауса. Там про другое, и музыка не совпадает с текстом. Легар, Штраус, Кальман – очень хорошие композиторы, но надо брать пьесы, на которые они писали музыку. Это возможно. Венская библиотека за 80 долларов присылает оригинал, делается подстрочный перевод, потом литературный. Так, опираясь на оригинал, я хочу поставить «Летучую мышь» в свердловском театре. 

Нам не нужен секонд-хенд

– А как вы относитесь к переносу американских мюзиклов на российскую сцену?

– Отрицательно. Потому что это совершенно противоречит российскому менталитету. И практически ни один мюзикл из этих секонд-хендов не пользуется устойчивым успехом. 

– А кто-то думал, что это составит конкуренцию нашим театрам музкомедии.

– Перспективным был только «Норд-ост». Это блистательный спектакль. Но, к сожалению, он оказался с такой несчастной судьбой. И на нем все кончилось. Вместо того чтобы искать драматургов, композиторов, придумывать что-то свое, воспользовались самым легким способом – купить лицензию, привезти «Чикаго» или «Кошек».

– Говорят, что и в Америке кризис жанра…

– Я каждый год в октябре езжу на фестиваль в США. И последние три года я просто в шоке от того, какого качества теперь стал Бродвей. Ты платишь 100 долларов за билет в театр и уходишь после первого акта. Сомнительные вокал, пластика, отвратительная актерская игра, примитивные сюжеты. 

– Почему это случилось?

– Видимо, очень много американцы себе сделали ограничений. Толерантность не позволяет ставить то, это.

– А России вообще нужен мюзикл?

– Что такое мюзикл? Никто же не может ответить. Это музыкальное нечто. Я поклонник того, чтобы соотношение музыки и прозы было в спектакле 90 к 10. И считаю композитора первым в музыкальном театре.
©
Распечатать страницу
Добавить комментарий
Загрузка...

Блоги

Борис Никонов

Борис НиконовНаблюдательный омичЗачем богатый Омск спонсирует бедную Собчак?

Как можно прославиться? Например, как чеховский ...
Виктория Богданова

Виктория БогдановаПроизводитель одежды, креативный директор бренда MacushkaНаши родители не покидали город, а пытались его изменить. И мы сможем!

Хочу поблагодарить всех, кто пришел 10 сентября на ...
Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской области«Единая Россия» может наступить на «грабли Двораковского»

Прошедшую избирательную кампанию в городской Совет ...

Все авторы блогов