Прерванное детство

Прерванное детство

Дата публикации 29 апреля 2015 08:43

В годы войны более 20 тысяч детей, эвакуированных из прифронтовой полосы, обрели в Омской области новый дом.
Омская область приняла не только более ста предприятий вместе с оборудованием и рабочими, которые давали фронту продукцию военного назначения. Но, пожалуй, самое главное, что сибирякам доверили, – это дети. Будущее поколение нужно было спасти от войны.

«Омская правда» по приглашению администрации Тюменской области и Тюменского издательского дома приняла участие в экспедиции «Согретые Сибирью». Наши коллеги в одноименной книге собрали сотни воспоминаний, уникальных фотографий, статистических данных о детских домах Омской области, в состав которой в годы войны входила Тюмень. И пригласили журналистов из разных регионов принять участие в открытии мемориальных досок в честь подвига сибиряков: педагогов, воспитателей, местных жителей – словом, всех тех, кто помогал выжить и встать на ноги эвакуированным детям.

Надо сказать, что Омская область, которая в то время простиралась от степей до полярного круга, стала одним из основных регионов, куда перевозили детские дома и интернаты. Здесь также активно со­здавались новые детские учреждения для тех, у кого родителей отняла война. Если до 1941 года в области насчитывалось всего 30 детских домов, то в 1943-м их стало более 200.

Сбежать от войны

– Наша семья жила под Ленинградом, – вспоминает ныне омичка Серафима Васильевна Иванова. – Отец ушел на фронт. У мамы на руках остались пятеро детей. Начались массированные бомбежки, каждый день на улицах погибали люди. Оставаться было нельзя. Началась эвакуация в Сибирь.

Многие погибали под бомбежками, не успев добраться до мирной земли. Воспитанница детского дома Л. В. Львова вспоминает: «Привезли нас на Ладогу, которую беспрерывно бомбили. Там, на берегу, в редких кустиках даже спрятаться было негде. Кругом лужи и грязь. Вдруг – фашистские самолеты. Нам команда «Ложись!» Мы в растерянности: куда? Прячем головы в кустики, как птенцы-журавлята, остальное все на виду».

Из рассказа М. В. Птицыной: «Когда «юнкерсов» отогнали наши зенитки, началась погрузка на судно. Раненых грузили на большой пароход «Форель». Они шли, кто мог, на ногах, поднимаясь с трудом по трапу. И каждый нес на руках ребенка. Таких же детдомовцев, как мы. И от нас на эту «Форель» приказали взять половину, потому что все не входили. Но директор детского дома Анна Ивановна Корешова раскинула руки, заслоняя ребят: детей, мол, делить не дам.
Капитан и кричал, и стращал каким-то судом, а она ни в какую: хоть стреляйте, не согласна. Так и отшвартовался этот пароход, а мы остались на берегу. Но вскоре и нас взял какой-то катер. Мы успели пройти, может быть, половину пути. И тут снова налет. И опять посыпались бомбы. Катер сильно лавировал – нас бросало по палубе. Всех тошнило. Дети кричали. И вокруг все стонало, ухало. Жутко выли сирены. Так и думалось: все, конец. А когда налет прекратился и мы уже были недалеко от противоположного берега, на который держали курс, подняв от палубы головы, не увидели парохода. Вся вода была в стаях панамок и обломках досок».

Дорога в Сибирь тоже была не из легких. Детей везли в теплушках, ни о каком комфорте и речи не было: лишь бы уехать подальше от бомбежек и смерти.  
– Нас везли долго, – рассказывает Серафима Васильевна Иванова. – Мама в то время уже сильно болела. И я, когда поезд делал остановки на станциях, бегала в аптеки и просила лекарства. Люди пропускали меня без очереди. Многие давали продукты, теплые вещи. Нас сначала привезли в Алтайский край, поселили в немецкой деревне. Там мама умерла, и мы, пятеро детей, остались одни. С продуктами и питанием на Алтае в то время было очень плохо. Я написала письмо отцу, который в тот момент лежал в госпитале в Омске. Отец забрал нас и устроил в омский детский дом.

Осенью 1941 года эшелоны с детьми прибывали почти каждый день. Ребятишки приезжали в одних панамках, шортах, футболках. А тогда в Сибири уже стояли морозы. Бюро Омского обкома ВКП(б) специальным постановлением обязывало партийные, советские, комсомольские и хозяйственные органы принять все необходимые меры для создания нормальных условий жизни и учебы детей. Но в первое время маленьким беженцам помогали простые жители. Они встречали поезда и прямо в вагонах укутывали малышей в свои теплые вещи. Люди также несли молоко, хлеб, вареную картошку.

– Детский дом, где нас разместили, находился  рядом с вокзалом, – продолжает Серафима Васильевна. – Здесь была совсем другая жизнь. Нас намного лучше кормили, одевали. С нами были замечательные, отзывчивые, добрые воспитатели. Помню, как мы ездили на уборку овощей в совхозы. В интернате было много ребят из Ленинграда и других западных областей. Со многими из них мы общаемся до сих пор.

70 лет спустя…


22 апреля 2015 года на здании средней общеобразовательной школы № 1 г. Тобольска в торжественной обстановке была открыта мемориальная доска в честь педагогов детского дома, который в годы войны располагался в этом здании. На церемонию приехали бывшие воспитанники интернатов, представители городской и областной власти, школьники, журналисты.

– Главная трудность при подготовке материалов для проекта «Согретые Сибирью» заключалась в том, чтобы разыскать здравствующих воспитанников и воспитателей детских интернатов, пионервожатых, нянь, – рассказал автор проекта, главный редактор книги «Согретые Сибирью» Иван Филиппович Кнапик. – Тех, кто в тяжелейшем 1941 году взял на себя неимоверно трудную обязанность – принять тысячи детей, эвакуированных из блокадного Ленинграда, Запорожья, Ростова, Карелии и других областей и республик Советского Союза. Они принимали их зачастую в наспех подготовленные помещения, отмывали в бане, кормили. Журналисты всех районных газет и специально созданная творческая группа Тюменского издательского дома пошли в архивы, поехали в села и деревни, в которых располагались эвакуированные детские учреждения, на встречи со старожилами. Удалось подключить к поиску воспитателей телепередачу «Жди меня», польскую газету. В течение месяца только в Санкт-Петербург было отправлено более 700 писем.

Большинство ответов на них обес­кураживало. Письма возвращались с лаконичными надписями на конвертах: «Адресат по данному адресу не проживает», «Квартира расселена»… Приходили и ответы другого содержания: «Огромное спасибо Вам за Ваше доброе дело. Но, к большому сожалению, ни Луковникова Константина, ни Кузнецова Николая уже нет в живых. У ныне здравствующей Кузнецовой Галины не сохранилось каких-либо документов той поры, а воспоминания очень отрывочные и очень тяжелые для сегодняшних дней. Просим снять данный адрес с контроля. Удачи Вашему проекту».
Работа над книгой соединила времена, Сибирь с Санкт-Петербургом, с десятками других городов и сел России.

Двухтомник «Согретые Сибирью», около 50 мемориальных досок – это промежуточный итог. Работа продолжается: готовится к изданию третий том книги, где журналисты расскажут в том числе о детских домах г. Омска.

Редакция благодарит за по­­мощь в подготовке материала авторов книги «Согретые Сибирью».

Андрей Мотовилов

©
Распечатать страницу
Добавить комментарий

Блоги

Кипервар Андрей

Кипервар АндрейДепутат ЗС Омской областиЗачем продавать за бесценок объекты, которые нужны городу?

Недавнее заседание комитета Законодательного собрания по ...
Иван Сычев

Иван Сычевблогер, редактор geektimes.ruВремя первых: к премьере фильма

6 апреля 2017 года на экраны выходит фильм о космическом полёте ...
Сумароков Станислав

Сумароков Станиславбуквоед и любитель изящной словесностиДень суслика — 5, или Полет на Марс

Я уже говорил о своей любви к г-ну Сусликову? Повторюсь: я его ...

Все авторы блогов

Loading...